Чтение онлайн

Наверное, я стала медленно, но неумолимо отдаляться от папы именно тогда, когда он напал на меня в Диснейуорлде. Он играл струнами моего сердца долгие годы, но ближе к тридцати годам я все-таки собралась с мыслями и смогла вырезать его из моей жизни. Может, это и жестоко с моей стороны, но я считаю, что люди, которые не могут обращаться с тобой должным образом, не имеют права быть частью твоей жизни. Вне зависимости от того, является ли этот человек членом семьи или нет, но ему придется изрядно постараться, чтобы заслужить место за моим столом.

Мне было 15 лет, когда я впервые попробовала себя в модельном бизнесе в качестве модели плюс-сайз. Тогда как некоторые матери могут пренебрежительно относиться к мечтам о модельной славе своей дочери с 16-м размером, мама меня активно поощряла.

«У тебя все получится! – сказала она. – Я считаю, что ты очень красивая».

Несмотря на весь ущерб, нанесенный моей самооценке издевательствами в школе, я знала, что в фотогеничности мне не откажешь. Люди часто отмечали, что я прекрасно получаюсь на фотографиях; к тому же с тех пор, как мама купила мне МОЮ священную книгу, я стала куда лучше наносить макияж, ведь я могла ориентироваться на заповеди Кевина Окоина. Да, моя попа и ляжки были заметно больше, чем у Хайди Клум и Наоми Кэмпбелл, вместе взятых, но мама всегда учила меня тому, что нет ничего невозможного. Сложно спорить с таким советом от человека, которого расстреляли, как на казни, а она все равно смогла выкарабкаться с того света… Она, может, и не 50 Cent, но на никель [31] точно потянет. Мне было еще далеко до того, чтобы действительно полюбить себя, но я мечтала об успехе, и мама научила меня упорству.

Мама отвела меня в «Lane Bryant» [32] за покупками, и я поймала себя на том, что засматриваюсь на изгибы тел моделей на рекламных плакатах, задумавшись о том, смогу ли я стать такой, как они. Казалось, что эти женщины чувствуют себя действительно уверенно в своем теле, и это было тем, о чем я мечтала.

Думаю, мама понимала, что я нуждаюсь в чем-то, что поможет мне пережить травлю в школе. Чтобы защититься, я отстранялась и замыкалась в себе, и это явно не способствовало хорошей успеваемости. Я слишком много витала в облаках и слишком мало участвовала в учебном процессе. Это привело к тому, что в конце восьмого класса я завалила все предметы, кроме четырех: ИЗО, театрального искусства, компьютерных технологий и основ здоровья. Мне казалось, что хуже уже не будет, но я поняла, что ошибалась, когда из-за оценок меня оставили на второй год. Вот это да!

Разумеется, Тад был не в восторге, что его «тупая сестра» теперь будет учиться в его классе, но его спасли хорошие оценки – из-за разницы в успеваемости мы оказались в разных классах одной параллели. Он, как и всегда, отлично чувствовал себя в школе, будучи в завидном положении представителя «популярной тусовки». Я с омерзением наблюдала за тем, как менее популярные дети подлизывались к Таду и при этом брезгливо игнорировали меня, его странненькую сестру.

Было бы здорово, если бы Тад снизошел и кинул мне спасательный круг в бурные воды школьной жизни, но он этого так и не сделал. К сожалению, наши отношения никогда не были особенно теплыми, несмотря на то что мы были братом и сестрой. Даже теперь, когда мы давно выросли, иногда кажется, что между нами пропасть.

Мама ужасно переживала за меня из-за моей шаткой самооценки и подавленного настроения. Она ухватилась за возможность поддержать меня, когда я захотела поучаствовать в шоу и кастинге моделей плюс-сайз в Атланте, о котором я узнала из объявления по радио. В немалую стоимость билета была включена возможность пройтись по «подиуму» в присутствии настоящих специалистов модельной индустрии и агентов по поиску талантов. Это была возможность не только узнать мнение профессионалов, но и потенциально прорваться в модельный бизнес! С учетом того, что мы жили в 350 милях от Атланты, мое участие требовало от мамы немалых усилий, но она согласилась поговорить об этом с моим отчимом Биллом. Не хочу знать, чего ей этого стоило, но Билл согласился купить билеты, и я стала на шаг ближе к моей мечте о модельной карьере.

Для участия в конкурсе мне нужно было модельное портфолио, и мама наняла для меня местного фотографа-портретиста. Я тщательно накрасилась, используя как черную, так и белую подводку; надела черные брюки-капри и серебристую рубашку с присборенными рукавами, а под рубашку поддела белый топ с тонкими лямками. Свой образ я завершила сабо из коровьей шкуры, с открытым мыском. Невероятно модный образ. У меня были недлинные волосы, которые слегка заворачивались вверх по бокам. Я была очень довольна результатом, хотя на самом деле я напоминала скорее 40-летнюю сотрудницу банка на Среднем Западе, нежели начинающую модель.

Во время съемки я сидела на деревянном стуле и чувствовала себя не в своей тарелке – я понятия не имела о том, как нужно позировать.

– Сядь прямо, – просил фотограф. – А теперь слегка опусти голову и посмотри на меня.

На следующей фотографии я сидела на полу, вытянув ноги, спиной к фотографу и через плечо улыбалась в объектив. Оглядываясь на эту фотосессию, я понимаю, что позы были странноватые, да и сама съемка была далека от высокого искусства. Тогда же мне было все равно – я получила необходимые мне «профессиональные» фотографии и была счастлива.

За день до шоу мы с мамой и Биллом отправились в Атланту на семейном минивэне. Моего брата не волновали мои мечты о карьере модели, и он остался дома с дедушкой и бабушкой. Мы прибыли в Атланту ранним вечером, после восьми часов езды. Билл забронировал нам номер в отеле, где должно было проходить само мероприятие. Отель был шикарным, а наш номер оказался огромным – в большой комнате разместились мама с Биллом, и у меня была своя, отдельная комната. Теперь я понимаю, что одному богу известно, как они смогли позволить себе такие расходы.

В день кастинга я проснулась рано утром. У меня в животе порхали бабочки, и я долго приводила себя в порядок. Я решила не мудрить; надела синюю футболку с треугольным вырезом, натянула джинсы и сделала себе спокойный натуральный макияж.

Шоу проходило в огромном конеренц-зале, где была целая куча стендов и просто море людей. Воздух гудел от возбужденного предвкушения десятков девушек-подростков, которые явно потратили месяцы на планирование своих нарядов. У многих были джинсовые костюмы, пояса с заклепками, чокеры на шее и кепки-бейсболки, как у водителей грузовиков. Я внезапно поняла, насколько простеньким выглядит мой наряд в сравнении с остальными. Мне вспомнилась школа – я словно снова оказалась странной девчонкой в одежде с барахолки. Я смотрела на этих начинающих модниц с восхищением, как они с типичной для подростков самоуверенностью перепархивают от одного стенда к другому и подкрашивают губы матовым блеском. Я не стала падать духом и провела утро, блуждая между бесчисленными прилавками, продающими одежду и косметику. Время от времени я задерживалась у какой-нибудь сцены – на них проводили мастер-классы по макияжу и укладке волос или демонстрировали, как правильно дефилировать по подиуму.