Чтение онлайн

Вдруг один из британцев покачнулся и упал замертво на дорогу, а остальные продолжали стрелять по зданию, как будто пули, летевшие в них, не могли причинить им никакого вреда. Британцы всегда храбро сражались.

Наконец офицер отдал приказ, и солдаты поднялись на ноги. Штыки их мушкетов блестели. Офицер поднял шпагу и направил лошадь к дому, солдаты пошли за ним. Когда они дошли до двери, офицер отъехал в сторону, а солдаты стали бить в дверь мушкетами. Когда она поддалась и с грохотом распахнулась, солдаты ввалились внутрь. Я услышал чей-то крик:

— Здесь чертовы черномазые, что нам с ними делать?!

— Убейте их! — выкрикнул офицер. Он ворвался в дом, размахивая шпагой.

Я увидел Неда, который пытался поймать на мушку офицера. Но офицер опередил его. Он вонзил шпагу в живот Неда и выдернул ее. Нед зашатался, все еще сжимая ружье. И тут шпага молнией сверкнула в воздухе. Я увидел, как голова Неда отделилась от тела. Я не заметил, куда она упала. Я свалился за каменной стеной, и меня вырвало. Потом я встал, пробежал через поле, с трудом перелез через еще одну стену, лег под ней и замер… Прошло довольно много времени, пока я решился подняться. Стрельба прекратилась. Я вспомнил о мужчине в таверне. Он умирал, и я не хотел быть виновным в его смерти. Я пробрался вдоль живой изгороди и, пройдя мимо дома Старра, оказался на поле и побежал к дороге. Через какое-то время я обернулся. Дом Старра горел — это британские солдаты подожгли его.

С этого мига я уже больше не был тори.

Доктор Хобарт оседлал лошадь и поскакал в таверну, а я медленно побрел следом. Теперь мне не надо было спешить. Я пытался выкинуть из головы то, что увидел. Не заходя в дом, я пошел в коровник и попытался привести в порядок одежду, а потом прошел в пивную. Там было полно народу, люди собрались, чтобы поговорить о британцах.

Раненый был жив. Пуля застряла у него между ребер, не причинив особого вреда. Доктор Хобарт дал ему огромную кружку рома, а когда раненый выпил и алкоголь подействовал, четверо мужчин положили его на стол и держали, пока доктор Хобарт делал надрез, вытаскивал пулю хирургическими щипцами и затем обрабатывал рану.

— Пара сломанных ребер, — сказал он, — но они заживут.

Он перевязал раненого, и мы усадили того на стеганые ватные одеяла у огня, налили ему еще рома и дали поесть. Раненый был сильно пьян, но сумел все-таки рассказать свою историю.

— Они хотят найти склады боеприпасов в Денбери, — сказал он. — Я ехал, чтобы предупредить об этом. Мы думали, что кому-то удастся их остановить. Но я опоздал.

Доктор Хобарт покачал головой.

— Бессмысленное поручение, — сказал он. — В этих краях ополчение очень малочисленно.

— Я знаю, — ответил раненый, — но мы думали, что здесь будут войска континентальной армии. Я думаю, вы слышали о генерале Бенедикте Арнольде? Он и генерал Силлимен преследуют британцев от Компо. Они надеялись, что кто-то задержит британцев и тогда их удастся догнать. Хотя мне кажется, что из этого не вышло бы ничего хорошего, у Арнольда не хватит людей, чтобы справиться с таким количеством красных мундиров.

Я выдохнул. Сэм был в отряде капитана Арнольда. Или по крайней мере, был там раньше.

— Сэр, вы хотите сказать, что отряд генерала Арнольда пройдет через Реддинг?

— Таков был план. Хотя, конечно, никогда нельзя сказать, что может произойти во время войны. Все время что-то меняется.

Я знал: это будет очень большой удачей, если Сэм окажется в отряде генерала Арнольда, но, когда желаешь чего-то очень сильно, все равно продолжаешь надеяться. Я спрашивал себя, помнит ли мама, что Сэм служил у генерала Арнольда? Она никогда не обращала внимания на такие вещи.

Я подошел к окну и выглянул наружу. Небо затянуло тучами, пошел дождь. По площади бежал какой-то человек. Когда он приблизился, я увидел, что это — капитан Беттс. Он подбежал к таверне, открыл дверь и вошел.

— Стивен?! — воскликнул кто-то из посетителей. — Ты сбежал?!

— Они отпустили кое-кого, — ответил он.

— Сколько?

— Девять человек. Почти всех. Задержали только троих.

— А с Джерри Сэнфордом все в порядке, сэр?

Он покачал головой:

— Нет, его не отпустили. Не спрашивайте меня, почему они задержали мальчика.

— Они задержали Джерри?! А что они сделают с ним, сэр?

— Не знаю, — угрюмо ответил он. — А что произошло здесь?

— Они отправились на север в Денбери. Сожгли дом Старра и убили людей, которые там были.

— Дэн Старр? Они убили Дэна Старра?!

— Да.

Взгляд капитана ожесточился.

— Ублюдки! Мы еще можем их поймать. Я соберу ополчение. Мы последуем за ними через поля и перережем всех за стенами. Тим, иди звони в церковный колокол! Звони изо всех сил!

Я не хотел быть в этом замешанным, но пришлось подчиниться. Я пошел к двери, но мама схватила меня за воротник.

— Нет! Нет! — вскричала она. — Только не мой мальчик. Вы больше ни одного Микера не вовлечете в эту ужасную войну! Посылайте вашего ребенка играть в солдатики, если хотите, Стивен Беттс, но своего я вам больше не отдам!

Беттс удивленно уставился на маму:

— Где твой патриотизм, женщина?

— Ха! Патриотизм! Из-за вашего патриотизма мой муж сидит в тюрьме, а один из моих сыновей бродит где-то там под дождем в грязи, стреляет в людей и в любую минуту сам может погибнуть, а наш бизнес наполовину разрушен. Продавайте ваш патриотизм в другом месте, я уже сыта им по горло!

— Они убивают ваших соседей, Сюзанна! — закричал капитан Беттс. — Они убили Дэна Старра!

— Тем более, и так уже слишком много людей погибло!

— Тим… — начал он.

Мама схватила кочергу с камина.

— Оставь в покое моего мальчика, Стивен Беттс! — закричала она, подняв кочергу над головой. По безумному ее взгляду я понял, что, если придется, она ударит капитана Беттса.

— Мама! — крикнул я.

— Я не могу терять с вами время, — сказал Беттс.

Он развернулся, вышел из таверны и с шумом захлопнул за собой дверь. Через несколько минут зазвонили в церковный колокол, оповещая об опасности. Люди начали уходить из таверны. Я знал, что некоторые из них были ополченцами, — они уходили, чтобы вооружиться. Другие, почувствовав, что неприятностей не избежать, спешили убраться восвояси. Скоро в таверне осталось всего несколько человек. Раненый заснул у огня. Ветер хлестал дождем по оконным стеклам. Наступала ночь.

Мама села за стол и уронила голову на руки.

— Тимоти, я хочу помолиться. Сядь рядом и помолись со мной. — Она взяла меня за руку и усадила на скамью. Я склонил голову. — Господи, — сказала она, — пожалуйста, пусть эта война прекратится. Чем мы заслужили такое наказание? Почему она так затянулась? Господи, в чем мы перед Тобой провинились, что заслужили такое зло?

Она замолчала, потом встала и начала нарезать лук в горшок, в котором тушила мясо с овощами на ужин.

Через час мы снова услышали громкие звуки. Я посмотрел на маму. Раненый, сидевший у камина, открыл глаза.