Чтение онлайн

— Я не понимаю, к чему вы клоните, сударыня, но отвечу вам — да, я верю в судьбу!

— Тогда, послушайте меня: я случайно изменила ваш жизненный путь и свой, наверное, тоже… в тот вечер…, я хотела сказать ему правду, но язык не повернулся произнести имя Дианы, женщины, которая по многим причинам казалась мне не достойной любви этого господина. Я решила, пусть теперь судьба сама выбирает, как быть дальше. Ведь, если им суждено встретиться, это произойдет рано или поздно. Но я не стану подталкивать Бюсси к той, что принесет ему смерть, — в тот вечер заболел мой батюшка, и я спешила за лекарем, вы просто оказались на моем пути…

— Не знаю, случайность или нет, но я вам очень признателен, госпожа…, он осекся, — я до сих пор не знаю вашего имени…

— Катрин Фаре де Шнур, — представилась, краснея до кончиков ушей. Не привыкла лгать. Но не могла же я, в самом деле, рассказать ему о себе всю правду. Бюсси бы точно счел меня умалишенной.

— Госпожа Катрин, вы можете располагать мной в своих бедах… Реми говорил, что вы испытываете сильные финансовые затруднения… Моя дружба состоит из трех вещей — кошелек, шпага и жизнь — все это принадлежит вам с того момента, как вы помогли мне.

— Господин Бюсси, я признательна вам за ваши слова, но не могу принять такой щедрый подарок. Ваша жизнь — принадлежит только вам, и я не могу и не хочу ею распоряжаться, но…дружба — это ценный дар, которым обладают далеко не многие.

Его я, пожалуй, приму. Что же касается слов господина Реми, то тут он искренне ошибся, мне не нужны чужие деньги и опека, у меня есть все, чтобы вести достойную жизнь.

— Простите, госпожа де Шнур, если ненароком нанес вам оскорбление. Но …расскажите хоть немного о себе. Я искал вас, но так и не нашел. Мне даже грезилось, что все увиденное в тот день было сном. Если бы не ле Одуэн, клянусь, я бы сошел с ума, продолжая поиски прекрасной незнакомки…

— Так все-таки он не сдержал своего обещания?

— Что вы, вовсе нет! Но он всегда был рядом и помогал разыскивать девушку-стрекозу.

— Стрекозу?

— Да. Я запомнил золотую стрекозу и ваши зеленые, полные слез глаза…

— Вот эти? — я откинула вуаль и посмотрела с вызовом в его темные, словно омут очи. Теперь пришла его очередь удивляться.

— Вы? Та самая девушка, которая бросилась под ноги к моему скакуну, чтобы спасти серого зверя чем-то очень напоминающего крысу?

— Да, я. А Роки — это действительно ручной крыс, вы угадали.

— Катрин — вы самая необычная девушка из всех, что я, когда-либо встречал в своей жизни, — он рассмеялся. А я вдруг поняла, что по-настоящему пропала с головой.

"Катька! Что ты делаешь?" — кричала совесть, но я запнула её подальше и просто наслаждалась моментом общения с красивым молодым человеком. Ну и что, что мы живем слишком далеко друг от друга и между нами протянулись столетия, сейчас это обстоятельство не имело для меня никакого значения. Все в прошлом или будущем, теперь же было настоящее, во всяком случае, очень хотелось в это верить.

Я желала быть с этим человеком — дышать с ним одним воздухом, говорить о глупостях, слушать этот редкий, бархатистый голос, чувствовать его сильное плечо рядом.

Эх, почему в мое время мужчины скрывают свою силу, волю, любовь под тысячей замков? Нам же приходится только угадывать их намерения. Часто мы ошибаемся, принимая за искренние чувства лишь их тень. Вот тогда и становится горше всего от разочарования, разводов, драм…, потому что сами виноваты: не поняли, не разглядели, ошиблись.

Наше свидание затянулось до самого утра. Прогуливаясь вдоль правого берега Сены, мы не испытывали власти времени, поглощенные общением. Едва забрезжил рассвет, я вспомнила о Люке.

— Простите, граф, но мне пора домой и уже довольно давно.

— Могу я проводить вас, Катрин?

Я покачала головой, отступая от него на несколько шагов:

— Нет, сударь. Я думаю, на этом нам с вами стоит расстаться навсегда. Наши миры слишком разные и пересечение лишь случайность. Не ищите больше встреч со мной, умоляю вас. Прощайте!

Подхватив длинный подол платья, я побежала со всех ног, но в это раз избавиться от преследования было слишком сложно. Жаль, что на мне оказались не брюки, бегать в платье — очень неудобно, особенно, если его длина до пола.

Но судьба иногда идет навстречу и посылает свою помощь. Толпа полупьяных (или полутрезвых) господ вывалилась из подворотни и на некоторое время разделила нас с графом. Я воспользовалась моментом и скрылась в узкий проулок. Петляя, будто заяц, забежала в торговые ряды и спряталась за одной из телег с какими-то бочками. Бюсси пробежал мимо. Я видела графа, но запретила себе выходить из убежища на его зов.

Что могло нас ждать в будущем? Зная его любовь к дуэлям и женщинам — ничего хорошего. Больше всего на свете я ценю преданность и честность. Ни то, ни другое граф не мог дать. По своей природе он был ловелас, каких поискать. Обманывать свои чувства — это больнее во стократ, чем сразу на корню убить в себе зародыш любви.

Я еще не любила, но уже была слишком близка к этому чувству, оно буквально прокрадывалось в мою душу, и сейчас от моего решения зависела дальнейшая судьба, не только моя.

Слишком больно, но необходимо избавиться от чувства сейчас (пока оно не овладело мною полностью), чтобы жить дальше. Я сделала свой выбор.

Вырвавшись из плена чувств, поспешила домой, к Люку. Он, наверное, с ума сходит, а я тут… Вина от содеянного захлестнула меня. Что я ему скажу? Как оправдаюсь перед тем, кто дороже всего на свете?

Эти мысли подхлестывали меня, подгоняя к лачуге, ставшей за время пребывания тут — родным домом.

На бегу придумывала разные варианты оправдания. Впорхнула бабочкой в дверь и замерла на пороге. Люка не было.

Роки рылся в углу, а дом — пустой и одинокий — приветствовал меня остывшим очагом и серым листом бумаги на столе.

Я замерла, боялась пошевелиться, страшилась того, что могла прочесть. Письмо.

Оно адресовано мне… Оно пугало тем, что есть.

Люк, зачем?! Слезы прыснули сами, а сердце сжалось комочком в груди… Что он придумал, пока меня не было? Почему не дал возможность объясниться? Почему?