Чтение онлайн

Давид знал, что со Стасом мы не просто в плохих отношениях, а в экстремально дерьмовых.

— Я уверен, что это покушение — его рук дело, — досадливо процедил я. — Стас вился вокруг этой ненормальной с первого дня.

— Ты мне мотив объясни, — облокотился он о кровать. — Он правда готов тебя убить?

— Стас знал, что Галина меня не убьет, — покачал головой. — А вот доставить проблем — да. Особенно с Яной. Он навестил меня на неделе. Увидел, что я измотан, на нервах из-за всего… и что у меня появилась женщина. Но я думал, он меня по допросам затаскает, потреплет нервы, позубоскалит на Яну… А он, видимо, свои способности зря не растрачивает.

— Что-то он совсем не в породу, — покачал головой Давид и после небольшой паузы продолжил: — Я допросил Яну.

— Как она? — вцепился я в него взглядом.

— Напугана, конечно, — покачал он головой. — Пока на препаратах.

Я прикрыл глаза, хмурясь:

— Не хочет меня видеть…

— Не может. Она… довольно предсказуемо все, в общем. С ней сейчас работает психотерапевт. Яне нужно время.

Я слушал, стекленея взглядом на белой стене.

Когда я пытался не обернуться зверем там, рядом с трупом своей неудачливой убийцы, мне даже показалось, что Яна осталась рядом. Она хоть и испугалась, но действовала четко — нашла чем заткнуть мне рану, держалась, спасала меня…

— Я говорил ей, что все будет хорошо, — усмехнулся я. — Что я выживу. А она плакала, сжимая мою руку, и… прижималась губами к моей щеке.

— Игорь, ее состояние вполне нормальное.

— Да, я знаю, — сморгнул я, вздыхая. — Ты же рассказал ей правила, да?

— Не совсем. Не все. Я не сказал ей, что она зависит от тебя. Обошелся информационным ограничением.

Я кивнул.

— Можно мне будет поговорить с ее психотерапевтом?

— Конечно. Это в плане терапии, насколько я понял.

— А как твои дела? — поинтересовался я, и это вышло неожиданно для него.

Мне просто не хотелось сейчас думать о том, что за дерьмо у меня случилось в собственной жизни. Вернее, смысла думать не было. Я мог «продумать» себе голову насквозь, но это не будет иметь никакого значения, пока Яна не пожелает меня увидеть. Хотелось услышать что-то отличное от собственных мыслей.

— Хорошо, — улыбнулся Давид устало. Я видел, он удивлен моим таким нетипичным вопросом. — Сына воспитываю.

Я захлебнулся воздухом, вперивая в него взгляд. Горький? Сына?

— Как? — выдавил сипло. — Ты же… с твоим образом жизни…

— А чем он отличается от твоего? — Стыдно признаться, что я ничего о Давиде не узнал за то время, что он пытался спасти мой блохастый зад от тюрьмы или, еще хуже, смертного приговора. Давид усмехнулся шире. — Да, даже такому, как я, удалось завести семью.

— Я бы послушал…

— Как-нибудь расскажу, если тебе интересно.

— Ловлю на слове. Мне тут долго валяться.

— Не раскисай, никуда она от тебя не денется, — ободряюще заметил Давид. Вытащил из папки планшет и показал мне статью с фотографиями.— Взгляни для осведомленности. Для всех — вы с Яной попали в аварию. Прости, Игорь, но машину твою пришлось угробить.

— Шустро ты, — усмехнулся я невесело, опуская взгляд на экран.

На фото моя тачка сиротливо стояла посреди трассы без морды, уткнувшись остовом в отбойник. Капот изуродован до состояния фарша, щедро посыпанный стеклами от лобового. Обзор в салон перекрыт вялыми подушками безопасности, напоминавшими вяленный рыбий пузырь.

— Мы еще и погорели…

— Это мы перестарались.

— Это понятно. — В нашей суровой реальности пожертвовать машиной — самое малое, что может случиться из неприятного. А так на кону чаще жизнь. — Ты не переборщил? Мы точно могли выжить в такой аварии? И… я тут точно не пьяный был?

— Утром были легкие заморозки, — усмехнулся он. — И, конечно, тебя подрезали. Ты читай ниже, там все красиво.

— А, — смущенно протянул я, опуская взгляд. — Да, действительно… «Несуществующий водитель внедорожника подрезал… и не выжил». Горький, только не говори мне, что вы еще и ликвидировали кого-то заодно.

— Это не твое дело, Игорь, — укоризненно заметил он.

Я вздохнул, запрокинув голову:

— Понял. Спасибо, Давид. Еще раз. Я бесконечно тебе должен.

— Ничего ты мне не должен, — поднялся он. — Если что, я на связи, звони в любое время.

Когда Давид ушел, тишина навалилась с новой силой. Я подумал, что мне стоит немного перегрузить мозги и позаботиться о человеческих проблемах. Нужно связаться с клиникой, в которую должен выйти завтра. Еще следовало позвонить юристу… Но все это казалось неважным. Я скучал по Яне. Еще ничего не ясно, а мне уже казалось, что именно ее выдрало из меня выстрелом, и от этого в груди расползался холод.

Ведь не сам по себе страх Яны становился препятствием к нашим отношениям.

Главной проблемой было то, что стояло за этим страхом.

Потому что когда Яна откажет мне, зверь сойдет с ума.

Что он будет чувствовать?

Сорвет меня с катушек?

Вытянет всю звериную злобу из нутра, заставляя вспомнить, кто я прежде всего?

Одно я знал точно — моя звериная сущность невероятно терпеливая. Но когда волк внутри меня поймет, что терпел напрасно…

…он возьмет плату за многолетнее подчинение.

А выдержу ли я?

И что я сделаю с Яной, если нет?

Брошу на операционный стол Иве?

Картинка взорвалась в мыслях такими сочными красками, что я наяву вздрогнул от брызг крови, летящих в лицо, и ощутил ее запах, будто он настоящий. Сердце затарабанило о грудную клетку, выбивая на коже холодный пот. Воздух сперло в груди, приборы забили тревогу, и в палату влетела Ива:

— Князев!

Я дергал грудной клеткой, пытаясь сделать вдох, и не мог.

— Пусть выйдут все, — просипел.

— Игорь, дыши…

***

— Яна, почему к тебе не пускают? Почему ты не говоришь, где ты?

— Мам, со мной все в порядке, — повторила я третий раз, пялясь перед собой. — Игорь после операции. Вы ему тут точно не нужны.

За окном стемнело. А вся моя вселенная сузилась до нескольких квадратов моего номера. Остальное будто стерли.

— Яна, как же так?..

И это она повторила уже несколько раз. Но между ее стенаниями я выяснила, что Никиту обследуют. Что вроде бы есть промежуточные диагнозы и, кажется, связаны они с сердцем. Какая ирония… Игорь действительно мог помочь сыну Ольги как никто другой.