Чтение онлайн

— Ну… да.

— Ладно. Правда это никак не мешало тебе трахать меня, но… ладно.

— Дашка, ты… другая. Ты открыта чувствам. Тебе было легко.

Кофе почти идет у меня носом на этих словах.

— Откуда ты это знаешь?! — выкрикиваю я, чем привлекаю внимание других людей, и мне приходится сбавить громкость. — Ты хоть раз меня об этом спросил?

— Я видел.

— А знаешь, что видела я? Что влюбилась в полного кретина. Не в запутавшегося паренька, который, по-хорошему, мог попросить дать ему время, мог разойтись мирно, спокойно, не оскорбляя меня, не втаптывая в грязь! В полного. Кретина. Которому не было до меня никакого дела.

Марк молча смотрит на меня.

Я не понимаю, о чем он думает, и это — мучительно.

И страшно.

— Я сожалею, — шепчет он так, что я едва слышу.

Он… что?

Сожалеет?

Он… сожалеет?

— Правда? — шепчу я в ответ.

— Да. И как только ты исчезла, все стало понятно.

Я больше не могу это слушать.

Хочется заткнуть уши, подобно ребенку, начать бормотать что-то себе под нос.

Хочется выбежать из бара поскорее, чтобы больше не видеть его и не слышать.

— Марк… — говорю я и впервые смотрю на него всерьез, прямо в его душу, которую всегда считала черной, как мгла. — Ты что, признаешься мне в чувствах?

Я так хочу, чтобы он сказал, что да. Хочу услышать это.

«Да, признаюсь».

«Да, я больше не строю из себя мачо, не веду себя, как козел, не вожу одну девчонку по паркам, попутно трахая на досуге другую. Да, я люблю тебя и признаю свои чувства».

Тогда я бы… Возможно, даже нашла в себе силы простить.

Марк опускает взгляд.

— Если попросишь — я признаюсь.

Если попросишь…

Его надо… просить.

Смешок срывается с моих губ, и я, швырнув купюру на стол, быстро выхожу.

За неделю до свадьбы мы, наконец, знакомимся с женихом.

Его зовут Степа, он очень милый парень, прямо-таки мужская версия Ани.

Я смотрю на них, и они напоминают мне Бингли и Джейн из «Гордости и предубеждения». Тот факт, что Марк при них — этакий мистер Дарси, я полностью игнорирую.

— Ребят, все круто! — заявляет Степа, когда мы рассказываем ему все подробности. — Лучше и быть не может.

— Это все твоя невеста, — скромно говорю я, а Арсений расписывает, какой он молодец, отчего мне приходится закатить глаза.

Последние дни до торжества проходят в такой суете, что мне удается даже не думать про Марка.

Как и всегда — в последний момент находятся правки, которые нужно внести, гирлянды, которые нужно доделать и пожелания, что нужно учесть.

Я обожаю это.

Дни полной вовлеченности и погружения.

Я чувствую себя настоящим творцом, той, кто нашел свое призвание и свой стиль.

От возбуждения у меня даже руки подрагивают.

Мы с Арсением и Аней на связи почти каждый час. Доделывая дела, попутно подбадриваем Аню, у которой настоящий предсвадебный мандраж.

Она скидывает мне фото в платье, и я почти плачу от такой красоты.

За ночь до торжества я переделываю последнюю гирлянду, на ходу вкидывая в себя какую-то еду и поглядывая на время.

Когда в дверь звонят, я мысленно радуюсь, что у Ромки и Алены все-таки нашлось время, чтобы прийти ко мне с моральной поддержкой.

Поэтому, открывая, я даже не думаю посмотреть в глазок.

На пороге Марк.

Он мокрый насквозь и только так я понимаю, что за окном — дождь.

Мне бы паниковать, что мероприятие запланировано в саду, но сейчас меня накрывает паника другого рода.

— Как ты нашел меня? — спрашиваю я в ужасе.

— Твой начальник дал мне адрес.

Я убью Арсения.

Я уничтожу его.

Я уже почти бегу ему звонить и на ходу закрываю дверь, когда Марк просовывает в проход ногу, не позволяя мне это сделать.

— Убирайся, — говорю я жестко.

— Ты не позволила мне договорить тогда, в баре! — отвечает он, как будто я в чем-то виновата перед ним.

— Это дает тебе право вламываться ко мне?

Меня всю трясет.

Все впустую.

Время, отведенное на восстановление, выбор города, поиск квартиры — в пустую.

Марк снова нашел меня, он снова вламывается ко мне домой, в мою жизнь и в мою душу!

Он снова… делает из уравновешенной, смелой меня — ЭТО.

— Я просто скажу, а потом уйду. Обещаю.

Я обнимаю себя руками.

Ну почему я всегда это делаю, когда он рядом? Просто почему?

— Говори.

Я не приглашаю его войти, стеной стою в проходе.

Марк кивает, осторожно переминаясь с ноги на ногу.

— Тот наш последний разговор… — начинает он, и мне становится плохо. — Понимаю, почему ты уехала. Любой бы уехал. И, наверное, так должно было случиться, чтобы я понял все.

— И что ты понял?

— Что ты нужна мне. Что я люблю тебя. Что… Полностью разбит.

Слышать от Марка слова любви — как будто спать.

Во сне все реально, даже самое странное. Даже то, чего мы, бодрствуя, никогда не услышим.

Я не понимаю, холодно мне уже или жарко, я не чувствую своего тела вообще.

Марк говорит, что любит меня, а у меня в голове звенит.

Наш последний разговор.

РАЗГОВОР.

Он и правда так это называет?

Если бы я тогда не напилась, возможно, этого бы не произошло, но мы отмечали мой День рождения в баре, я была раздавлен этими отношениями, похожими на чертов ад, и вот я, пьяная и злая, в свой собственный праздник…

И тут заходит Марк.

С ТОЙ САМОЙ. С которой обещал расстаться.

Я сорвалась.

Долго сидела, глядя в стол, обещала себе, что не буду, все слушала, как она смеется над его шутками, все вдыхала в себя его запах, который долетал до меня даже через три столика.

Меня разорвало на куски тогда.

Меня — влюбленную, готовую ради него на все!

Я же… правда, могла бы планету ради него перевернуть, а он сидел и смешил ЕЕ в мой День рождения!

Я тогда с трудом на ноги встала.