Чтение онлайн

— Ты близко? — спрашивает он с хриплым выдохом.

Вода в душе уже стала прохладной. Я едва замечаю это, как на меня накатывает другая волна, которая грозит унести меня на дно. Я чувствую это каждой клеточкой своего тела.

Рид кончает почти одновременно со мной, наши тела двигаются в одном ритме, в унисон. Это по-другому, по-особенному. Я чувствую, как он наполняет меня, как тепло разливается внутри.

— О, Боже. — выдыхаю я, зрение мутнеет. Если бы не его руки, поддерживающие меня, я бы просто соскользнула на дно душевой.

Но он держит меня. Не отпускает. Ни на секунду.

Даже когда выходит из меня, он бережно омывает нас обоих прохладной водой. Его руки лежат на мне, когда он заворачивает меня в полотенце, плотно обматывая его вокруг тела, а затем притягивает к своей груди.

— Я знаю, сейчас всё странно, — говорит он, голос всё такой же низкий. С выключенным душем нас прикрывает только голос Ингрид, звучащий из динамика телефона. — У тебя всё сложно с семьёй, твой идиот-бывший шлёт цветы и хочет, чтобы ты вернулась домой. Как сказал Джефф, он был бы идиотом, если бы не попытался тебя вернуть.

Я поднимаю взгляд. Его волосы влажные, с кончиков скатываются капли воды.

— Рид, я не… — начинаю я, но он перебивает:

— Я должен тебе кое-что сказать. Я не ожидал, что ты ворвёшься в мою жизнь. Ни тогда, когда ты появилась на крыльце. Ни когда села ко мне на колени и поцеловала. Ни тогда, когда ты впервые надела мое джерси. Ни сегодня вечером. Ни разу. Никогда.

Я киваю, горло сжимает от эмоций. Я чувствую то же самое.

— Что бы ни случилось, Шелби Рейкстроу, знай, я люблю тебя. И я хочу для тебя самого лучшего. Даже если это лучшее будет за две тысячи миль отсюда.

— Рид… — пытаюсь снова, но он наклоняется и целует меня.

Не страстно. Не отчаянно. А нежно. С пониманием. С любовью.

Он отступает, его взгляд мягкий, но решительный.

— Я больше не буду умолять девушку остаться рядом со мной, если она чувствует, что это не её место. Ты показала мне, что я достоин большего.

Он поворачивается, оборачивает полотенце вокруг талии и выходит из ванной. Через секунду я слышу, как захлопывается дверь его комнаты и щёлкает замок.

Мне хочется сказать ему тысячу вещей. Но он прав. Если сегодняшний день меня чему-то и научил, так это тому, что пора разобраться со своей жизнью, пока я не причинила боль кому-то еще.

Рид

После ужасной ночи я проснулся с ощущением, будто меня переехал грузовик. Похмелье? Хотелось бы. Оказалось, вот каково это. Отпустить лучшую женщину, которую мне доводилось встречать. Даже если она сама этого хочет. Или думает, что хочет.

Я не пытаюсь выставить себя мучеником. И не делаю вид, будто это просто недоразумение. Я понимаю, что Шелби запуталась. Мы ведь договорились. Я помогаю ей немного разобраться в себе, получить новый опыт. Никто не планировал влюбляться.

Но теперь очевидно, что её разрывает на части. Когда я вернулся домой и увидел цветы от Дэвида, всё вдруг стало предельно ясно. Её бывший, видимо не такой уж и бывший. Даже если они расстались, её пребывание здесь было временным. Она получила то, за чем пришла. И я рад, что смог ей в этом помочь.

Когда вчера вошел в ванную, я и не подозревал, что это будет наш последний секс. Последний раз, когда я был в ней, чувствовал, как она сжимается вокруг меня, как принимает меня до последней капли…

Что-то внутри меня надломилось. Я признался ей в своих чувствах и отпустил.

Глупо? Возможно. Но она заслуживает правды. А мне нужно уйти, пока я не зашел слишком далеко. Дарла уже сломала меня. Хотя нет, вся моя чёртова жизнь меня сломала. В этот раз я ухожу первым.

Несмотря на то, что еще рано, когда я спускаюсь вниз, Аксель уже стоит в гостиной, вышагивая, с телефоном в руке. Я сразу направляюсь за кофе, к счастью, он уже сварен и ждёт.

— Что значит, ты в аэропорту? — услышал я его голос.

Я наливаю себе чашку и с хмурым видом смотрю на веранду. Дверь приоткрыта. Аксель подходит, распахивает её и жестом приглашает меня посмотреть. И я сразу понимаю. Чемодан Шелби, её вещи, всё исчезло.

Этот удар в грудь больнее, чем шайба от Риза, пущенная со скоростью девяносто миль в час.

— Она уехала? — спрашиваю я, чувствуя, как мир под ногами пошатнулся. Я знал, что это случится. Просто надеялся, что у нас будет ещё хотя бы пара дней. Может, всё, что я сказал вчера, подтолкнуло её следовать за сердцем.

А может это потому, что я сказал, что люблю её?

— Ладно. Позвони, когда прилетишь, — Аксель завершает звонок. — Да, она уехала.

— Когда? — у меня кружится голова. — Ночью?

— Без понятия. Я спустился, её дверь была открыта. Заглянул, а там пусто. Она поменяла билет, решила вернуться домой раньше. — Его взгляд останавливается на тех самых цветах, точно так же, как минуту назад мой. — Грёбаный Дэвид. Совсем ей мозги запудрил.

И он прав. Цветы Дэвида и правда всё запустили, но всё не так, как он думает. Это была моя ошибка. Только моя. Но, может, так лучше, пока мы не завязли в этом ещё глубже.

— Знаю, ребята, вы будете тосковать, — говорит Джефферсон, лениво спускаясь по лестнице. Волосы у него сзади топорщатся, видимо, спал слишком крепко. Он зевает и трет лицо. — Но я вот точно скучать по этим утренним тренировкам не буду.

— Думаешь, в НХЛ у тебя не будет утренних тренировок? — спрашиваю я.

— Там они хотя бы будут оплачиваться, — бросает он, направляясь к морозилке за пакетом замороженных фруктов для своего смузи. — А вы чем здесь вдвоём занимаетесь?

— Шелби уехала, — говорит Аксель. — Собрала вещи и вернулась домой.

— У неё же вроде ещё несколько дней оставалось?

— Ага.

Джефферсон достаёт блендер и начинает закидывать туда миндальное молоко, фрукты, лёд.

— И что ты натворил? — кидает он в сторону, даже не глядя.

Я уже открываю рот, чтобы оправдаться, но он смотрит не на меня, а на Акселя.

— Ничего, — бурчит тот, но в голосе слышна лёгкая оборона. — Ладно. Я вчера зашёл за ней после работы и завёл разговор про Рида.

Я поперхнулся кофе.

— Про меня? Что?