Чтение онлайн

Потому что зря Злобина думает, что может остановить меня. Если я решил узнать правду, я вытрясу всех скелетов из ее шкафа и из шкафа ее псевдомуженька. И я найду способ, как вытащить Жанну даже из ада, если потребуется. Даже если это теперь ее любимая среда обитания.

— Григорий, все документы по следачке и ее мужу закинь на чистую флешку и положи мне на стол. — прошу Поручика. — И дочь ее пробей. Учеба, работа, детский сад, — словом, все с момента рождения.

— Принял, — отзывается помощник и я отключаюсь, потому что из здания экспертизы выходит Жанна с документами в руках.

Увидев меня, она притормаживает и хмурится, но все же садится в машину.

— Зачем ты ждал меня? Мы же не договаривались.

— Я просто заболтался по телефону, а тут ты. Судьба. — усмехаюсь. — Куда теперь?

— На работу.

— Окей, — выезжаю с парковки и подкидываю Жанну обратно.

Она уходит, бросив короткую благодарность, а я не задерживаю. Во-первых, я злюсь. Мое эго все же уязвлено ее словами. Во-вторых, нужно усыпить бдительность Злобиной. Пусть думает, что я буду довольствоваться лишь “приятным досугом”. Пусть думает, что мне только это от нее и нужно.

Всю вторую половину рабочего дня отпиваюсь чаем и работаю с документами. После болезни, я немного просел в делах и приходится наверстывать упущенное. Но, все же, в шесть часов вечера я как штык паркуюсь чуть вдали от входа в следственный, пишу Злобиной сообщение и терпеливо жду ее.

Когда строптивица появляется на крыльце и, увидев мою машину, спокойно направляется к ней, я даже удивляюсь такой покорности.

— Вау, — улыбаюсь, когда она падает в машину и откидывается на сидении. — А где фокусы с убеганием?

— Дэн, я устала сегодня, — отмахивается Жанна и закрывает глаза. — Давай перепихнемся по-быстренькому — и по домам.

Сжимаю руль до скрипа и побелевших костяшек. Хочется выругаться покрепче.

Эта стервозина решила до конца меня вымотать своими приколами? Я прекрасно понимаю, для чего она это делает. Я не буду трахать Злобину в таком состоянии, и она это знает, поэтому просто включила заднюю. Возможно, испугалась, что я не отступлюсь.

Но, хрен-то она угадала, что вывернет все по-своему.

— Девочка моя, — улыбаюсь широко и отъезжаю от следственного, тянусь рукой к руке Жанны и сплетаю наши пальцы, — какой может быть секс с уставшей женщиной? Я же не животное. У меня есть для тебя кое-что другое.

— Куда мы едем? — тут же напрягается Жанна.

— Увидишь. — усмехаюсь.

— Дэн, мы так не договаривались, — хмурится она, убирая свою руку и выпрямляясь в кресле.

— Расслабься, солнышко, — вздыхаю. — Надолго я тебя не задержу. Отдыхай. Или ты придуривалась?

Злобина закатывает глаза и, снова откинувшись на кресле, переводит взгляд за окно.

Ну вот и все, нечего со мной спорить.

— Я не пойду никуда, — заявляет Жанна, когда мы подъезжаем к моему дому.

— Ну, если ты хочешь удивить консьержа своими визгами, могу отнести тебя на руках. Или на плече. — смотрю на нее с улыбкой.

Вздохнув, Злобушка открывает дверь и выходит. Пропускаю ее перед собой в подъезд и мы поднимаемся на мой этаж.

— Заходи, — распахиваю дверь квартиры. — Чувствуй себя как дома. Иди в душ, полотенца найдешь в шкафу.

— Какой душ, Дэн? — оборачивается Жанна и смотрит на меня сердито. — Ты же не трахаешь уставших женщин.

— Ну, душ же поможет тебе взбодриться, — подмигиваю ей. — Хочешь, вместе примем? Обожаю трахаться в душе.

Злобина поджимает губы и уходит в сторону ванной, а я иду на кухню, споласкиваю руки и ставлю на варочную панель небольшую кастрюлю с водой. Достаю из морозильного отсека тигровые креветки, а из холодильника — томаты-черри, зелень, пармезан, сливки.

К тому моменту, как Жанна выходит из душа и появляется на кухне в одном белом махровом полотенце, я уже заканчиваю приготовление ее любимой пасты. Двадцать лет назад я готов был каждый день баловать Злобину блюдами итальянской кухни.

На несколько секунд зависаю на стройных бедрах Жанны, едва прикрытых полотенцем, и испытываю резкий прилив возбуждения, но я буду не я, если нарушу свое слово. Сказал — не буду трахать, значит, не буду.

— Подожди, сейчас я принесу тебе свою футболку, — обхожу ее, немного растерянную и смущенную.

Она-то, видимо, реально ожидала, что я привез ее не для того, чтобы кормить.

— Держи, — кладу ей на плечо футболку и открываю винный шкаф. — Сухое или полусладкое?

— Полусладкое, — отзывается Злобина и уходит переодеваться.

— Тогда… — достаю французский Рислинг две тысячи шестого года. — Вот это.

Открыв бутылку, нюхаю пробку и киваю. Да, аромат шикарный. Разливаю вино по бокалам и сажусь за стол. Спустя минуту заходит Жанна и молча садится напротив.

— Пробуй, — поднимаю бокал и киваю ей на пасту.

Она чокается со мной вином, делает глоток и потом начинает накручивать на вилку спагетти. С удовольствием наблюдаю за процессом.

Помню, мама шептала мне, чтобы я научил свою невесту использовать нож, а я кайфовал от того, как ловко Жанна управляется одной вилкой и огромным гнездом спагетти на ней. Хотя сейчас, наверное, Злобина из вредности не даст мне тех эмоций, которые я от нее жду.

Намотав спагетти и наколов половинку черри, Жанна запихивает их в рот и медленно жует.

Молчу. Жду.

— Ммм! — она внезапно закрывает глаза и облизывает губы. — Это божественно, Дэн!

— Серьезно? — улыбаюсь, глядя, как Злобушка подцепляет пальчиками креветку за хвост и с хрустом откусывает от нее половину.

— Честно. Мне кажется, ты стал готовить ее еще вкуснее.

Ну, вот. А говорила “не помню”, “не помню”.

Беру в руки вилку и при помощи ножа накручиваю на нее порцию пасты и отправляю в рот. Да, все же паста у меня выходит невероятно вкусной, я и сам это знаю. Но, слышать это от Злобиной приятно вдвойне.

Жанна снова закатывает глаза от удовольствия, отправив еще одну вилку в рот, а меня распирает от вопросов, которыми я могу испортить эту хрупкую идиллию. Поэтому просто ловлю кайф от вкусного ужина и желанной женщины, что сидит напротив в моей футболке.

— Спасибо, — доев пасту и допив вино, коротко улыбается Жанна. — Было очень вкусно.

— Добавки? — уточняю.

— О, нет. Я наелась. Да и возраст уже не тот, чтобы трескать как не в себя и не поправляться. — усмехается Злобина и встает из-за стола.