Чтение онлайн

Ники вывалила содержимое коробки на диван. В ворохе старых квитанций, открыток, повесток и разного мелкого мусора ей первым делом попался мамин паспорт. Ники пролистнула его без особого интереса. Паспорт был нового образца, получен около года назад, и никаких отметок о семейном положении в нем, разумеется, не было. Только запись о рождении дочери. «Хоть мать у меня настоящая», – иронически подумала Ники и отложила паспорт – она искала не его, а свое свидетельство о рождении. Вскоре нашлось и оно – в пластиковой обложке, с алюминиевой медалькой «Рожденному в Санкт-Петербурге». В графе «отец» Ники обнаружила прочерк.

Итак, никаких доказательств отцовства Толика не нашлось. Ники несколько минут разглядывала старые фотки. Их было очень мало. На всех – только мама и Ники. Даже с бабушкой ни одной фотографии в семейном альбоме не было.

«Почему так? – впервые задумалась Ники. – Неужели у нас, кроме бабушки, нет никаких родственников? Вот мама говорит, что я необщительная, а ведь у нее тоже нет подруг. Ну почему мне так не повезло с семьей? У других есть нормальные папы, бабушки и дедушки, которые балуют, а не проедают плешь, друзья и родственники, к которым можно ездить в гости… А мы с мамой ни разу никуда не ездили, разве что летом – погулять в Павловск или Петергоф…»

Ники погладила выпавший из коробки старый желудь, который когда-то привезла из Павловска. «Вот это – реальное свидетельство, – подумала она. – А Толик – как призрак. Вроде есть, а по документам – нет». Подозрительно все это… А тут еще эта «элитная гимназия». Теперь, после облома с карьерой рок-звезды, Ники с удовольствием отменила бы переход в новую школу. Не очень-то ей туда и хотелось. Но было уже поздно. Документы переданы, все оформлено, и в ближайший понедельник ее там с нетерпением ждут.

«Отец ли мне Толик? Зачем ему переводить меня в новую школу? Зачем он врал мне насчет Эрлина? Что ему вообще от меня надо? Как узнать правду?»

Ответа не было.

Ники сгребла бумажки в коробку, убрала ее в секретер и пошла в прихожую одеваться. Ей еще предстояло ехать на Леннаучфильм, «порадовать» друзей-музыкантов.

Глава 25

Родственник демона

В субботу после целой недели холодов внезапно наступила первая декабрьская оттепель. Всю ночь за окном капало, хлюпало и булькало – оттаял выпавший накануне снег. А утром снова ударил мороз, и мир стал стеклянным. Деревья покрылись ледяной пленкой, дороги сверкали на солнце так, что болели глаза Машины крались со скоростью пешехода, и все равно на каждом углу мигали желтые лампочки аварийных сигнализаций. Зато небо в то утро было величественное, таинственное и потусторонее, как на полотнах Эль Греко.

Ранним воскресным утром Виктор и Лешка поднимались на вершину сосновой горы, разделяющей Верхнее и Нижнее Суздальские озера. Солнце заливало светом Озерки. На севере и востоке простирался белоснежный лес, над которым поднимались дымки – в Шувалово топили печи. На юге розовели новостройки. С высоты озёра казались покрытыми черными точками – это продравший глаза народ шел кататься с гор.

Сянь беспечно шагал по тропинке, подставляя лицо холодному декабрьскому солнцу. Лешка, цепляясь за торчащие из снега корни сосны, мысленно измерял высоту горы и скорость, с которой он покатится вниз, если поскользнется на обледенелом насте.

– Ты меня спрашивал, как укрыться от холодного демона, – сказал сянь, продолжая разговор, который тянулся уже второй день. – Способов немало. Вот, например, погляди туда.

Он показал на дальний берег озера, где над деревьями, сверкая крестами, высился голубой купол Шуваловской церкви.

– Белый город и его посады. Владения Доброго Бога – защита от любых злых сил. Он не приемлет зло во всех его проявлениях и борется с ним при всяком удобном и неудобном случае. Без колебаний. Не боясь жертвовать собой…

– Как ты?

Сянь ответил только тяжелым вздохом.

– В отличие от меня, он не сомневается потом в правильности своих действий. Так я к чему? Если ты попросишь в Белом городе убежища, ты его легко получишь. На всякий случай запомни.

– Ты там скрываешься? – спросил Лешка, остановившись, чтобы перевести дыхание. От солнечного света не было никакого спасения. Лешка щурился как мог, но все равно отраженное сияние снега просачивалось сквозь ресницы, обжигая глаза.

– Нет.

– А почему нет? Если Добрый Бог такой сильный…

– Да, очень сильный.

– Почему нам не заручиться его поддержкой?

Сянь вздрогнул.

– Нет, – быстро ответил он. – У меня есть свои покровители. Не такие страшные.

– Добрый Бог – страшный? – удивился Лешка. – Как же так?

Виктор помедлил с ответом. «Опять темнит», – подумал Лешка, глядя сверху на сяня, который уже спускался по тропинке, ведущей к дальнему озеру. Но он ошибся. Сянь просто подбирал нужные слова.

– Добрый Бог, – заговорил Виктор минуты через две, когда Лешка уже забыл о заданном вопросе, – самый сильный покровитель. Если ты ему служишь, то становишься абсолютно неуязвимым для злых сил… если только не пригласишь их в свою душу сам. Но в обмен Добрый Бог тоже требует человеческих жертв.

– Как это? – обалдел Лешка.

– Вернее, одну жертву, – уточнил сянь. – Человек, идущий под руку Доброго Бога, должен принести в жертву самого себя. Отдать ему себя целиком. Добрый Бог не приемлет компромиссов. Потому что зло – всегда зло. Это понятие безотносительное. Добрый Бог действует по правилу – кто не с нами, тот против нас. А я принести себя в жертву пока не готов.

Виктор подумал и добавил:

– И вряд ли буду готов в ближайшие лет сто.

Что-то в рассуждениях сяня показалось Лешке неправильным, нелогичным. Должно быть, слова о добре и зле. Подобные вопросы Лешка иногда обсуждал с папой. Вернее, Лешка задавал вопросы, а папа учил его уму-разуму. Папа любил пофилософствовать (в выходной после обеда, за бутылкой пива, если нечего смотреть по телику). Беседы с сянем все чаще напоминали Лешке его разговоры «за жизнь» с папой. Однако Виктор умудрялся самые очевидные вещи выворачивать наизнанку.

– Ведь это неправильно – что зло всегда зло, – сказал Лешка. – Добро и зло – это относительные понятия. Что одному добро, то другому – зло. Разве не так?

– Не так, – хладнокровно ответил сянь. – Что одному зло, то другому добром никогда не станет. Это не добро, а выгода. Чувствуешь разницу?

Лешка в задумчивости почесал нос, поглядел с горы вниз, на безлюдное озеро. Папа был прав. Но и Виктор был прав тоже. Как такое могло быть? «Это потому что он сянь», – решил Лешка и сменил тему, возвращаясь к изначальному вопросу.

– Что же нам делать с холодным демоном, если ты не хочешь связываться с Добрым Богом? Я не хочу быть тупой приманкой! Научи меня, как от него защититься!

– «Научи!» – фыркнул Виктор. – Этому годами учатся, а в нашем распоряжении самое большее несколько дней.

– Что же делать?

– Подожди.

– Опять «подожди»! Сколько?!

Сянь остановился, измерил взглядом озеро.

– Минут десять.

Они уже спустились с горы. Тропинка перестала петлять между сосновыми корнями. Теперь она шла напрямик по льду, вдоль берега озера. Самое дальнее из Суздальских озер было не популярно среди гуляющей публики – слишком долго идти от метро, нет ни кафе, ни накатанных горок. Озеро было длинное и пустынное. У правого берега жались какие-то домишки, изо льда торчали сходни. К этим-то сходням и направлялся Виктор.