Чтение онлайн

С дочерью что-то произошло, это точно. Ники часто приходила домой поздно, поэтому Людмила начала волноваться только в первом часу, когда закрылось метро, а дочь так и не вернулась. Среди горы хлама на письменном столе дочери Людмила с трудом отыскала бумажку с телефоном кого-то из ее приятелей-музыкантов. Но приятель – это был Рэн-дом – сонным голосом сказал, что Вероника сегодня на репетицию не приходила. Совсем встревожившись, Людмила позвонила Тилю на мобильный. Тиль был чем-то занят, буркнул: «Не парься, я все решу, завтра она найдется» – и бросил трубку. Людмила, покачав головой, пошла ставить чайник. Этой ночью ей было не заснуть. Впрочем, короткий разговор с Тилем ее отчасти успокоил. Она знала, что Тиль головой отвечает за Ники и предпримет все возможное, чтобы ее найти. Если только не он сам ее увез.

«Давно уже надо было купить Веронике мобильник, – думала она, заваривая чай. – Самый простой, подержанный. Расход невелик, а я всегда знала бы, где она, и мне было бы гораздо спокойнее…»

Когда чай был готов и Людмила со вздохом отпила первый глоток, в прихожей позвонили в дверь.

– Наконец-то! – с облегчением воскликнула Людмила, спеша открыть входную дверь, и тут же, вскрикнув, отступила назад. В прихожую, тяжело дыша, ввалился Толик.

– Есть что-нибудь выпить? – с порога спросил он, срывая с себя пальто и швыряя его на руки женщине.

– В холодильнике… – автоматически ответила Людмила, с удивлением глядя, как Толик по-хозяйски достает из холодильника полбутылки водки и тут же выпивает ее почти до дна.

– Что-то с Вероникой? – робко спросила она.

– С Вероникой?! Ха-ха-ха!

Толик истерически расхохотался. От выпитой водки его лицо пошло красными пятнами.

– Не с Вероникой, а со мной! – заявил он. – Да и с тобой тоже. Ух, какие у нас скоро будут проблемы, если бы ты знала!

– В чем дело? – повторила Людмила. – Где она?

– В районной больнице в Озерках… Да ты не дергайся, ничего с ней не случилось…

Толик чуть успокоился и жестом пригласил Людмилу сесть рядом с собой за стол.

– Чего ты тут, чаи гоняешь? Налей-ка и мне. И заодно выслушай меня. Пару месяцев назад шеф устраивал жертвоприношение и случайно вышел на одного бессмертного, наемного убийцу, который давно его выслеживал и наконец прокололся…

Сбиваясь и перескакивая с пятого на десятое, Тиль пересказал Людмиле все историю поисков сяня, вплоть до прошедшего вечера, включая побоище в Озерках, побег сяня с мальчишкой-жертвой и исчезновение Ники.

– Как вы могли? – с возмущением воскликнула Людмила. – Зачем вы впутали Веронику в ваши грязные игры?

– Должна же от нее быть какая-то польза. Именно она вывела нас на логово бессмертного. На этом ее роль должна была закончиться, и все пошло бы по-старому. Но идиот Арсан дал ей магическое оружие, у девчонки потекла крыша и… В общем, она попала к бессмертному в плен. Правда, через несколько часов мы ее нашли – наверно, сбежала. А скорее, ее выпустили специально, с какой-то целью. Что она делала эти несколько часов, которые пробыла неизвестно где? Что бессмертный успел ей наболтать?

– А что он мог ей такого наболтать? – удивилась Людмила. – Я не совсем понимаю, что тебя так ветревожило.

– Ах ты не понимаешь?!

Тиль заскрипел зубами и потянулся к бутылке с остатками водки.

– Один вопрос, только один. Мне нужен честный ответ. Кто отец твоей дочери?

Людмила побледнела.

– Это только мое дело, – глухим голосом сказала она.

– Нет, уже не только твое! – рявкнул Тиль. – Я хочу знать правду! Кажется, ее знают все, кроме меня! Эрлин, старуха… и, разумеется, ты! Но сейчас ты мне все расскажешь. Отец девчонки – твой муж, бог-хранитель?

– Ты сам знаешь, что у нас не было детей.

– Я уже ничего не знаю. Кроме того, что ты затеяла какую-то хитрость. Зачем ты родила эту девчонку? Она ведь появилась на свет не просто так!

– Да что с тобой? – с изумлением спросила Людмила. – Несешь какой-то бред! Что вы привязались к Веронике? Ей и так живется несладко. Несчастное, беспомощное, одинокое существо во враждебном окружении, чуждое в этом мире, живущее под надзором…

– Дочь бога беспомощна только до тех пор, пока она считает себя человеком. Поэтому я повторяю вопрос – кто ее отец? Имей в виду, я не уйду отсюда, пока не получу ответ.

Людмила не ответила. Несколько секунд они оба выжидающе глядели друг на друга.

– А чего это ты вдруг занервничал? – спросила Людмила. – Дошло наконец, чем тебе грозит служба у Эрлин а?

– Эрлин меня подставил! – с ненавистью прошипел Тиль. – А я не демон и не бессмертный, чтобы не бояться Мертвого бога. Если я попаду в Нижний мир, мне же конец!

Людмила глядела на Тиля, и ее лицо становилось все более суровым.

– Да, – сказала она, – ты действительно влип. А тебе не приходило на ум покаяться?

Толик оборвал свои стенания на полуслове.

– Что?

– Отправиться к Мертвому богу и рассказать ему всю правду? О тех годах, которые ты прослужил тюремщиком при его дочери? Ты ведь когда-то сам служил ему, Тиль Крюгер, не так ли? И – предал его!

Лицо Тиля побелело.

– Так это правда? – закричал он, подступая к Людмиле. – Он ее отец?!

Не владея собой от страха и бешенства, он схватил ее за горло.

Людмила, даже не пытаясь вырваться, приникла к нему и прижалась к его рту губами. Взгляд Тиля остановился, черты лица окаменели, ноги подогнулись. Аккуратно подхватив падающее тело, Людмила положила его на пол. После этого она подошла к окну, открыла форточку и выдохнула в нее крошечную извивающуюся фигурку, похожую на червеобразный сгусток темного дыма.

– Глупый Тиль, – произнесла она с сожалением. Но это сожаление относилось не к убитому. – Улетай, предатель, неверный слуга! Улетай туда, куда ты так боялся попасть. Тебя там уже давно ждут!

В форточке засвистел ветер, бросил в кухню горсть снежинок и унес дымную фигурку в пустоту ночи. Людмила захлопнула форточку, выключила свет в кухне, надела сапоги и пуховик и ушла в ночь не закрыв за собой дверь.

Утром сянь не позвонил.

До самого обеда Лешка в нетерпении бродил по квартире, представляя себе картины гибели сяня – одну ужаснее другой. Папа, как всегда, ушел на работу ни свет ни заря, а мама с Лешей не разговаривала – демонстрировала обиду. Впрочем, Лешке было и не до разговоров. К обеду не осталось никаких сомнений – битва с мировым злом проиграна. Когда Лешка это окончательно осознал, то едва не расплакался. «Может, он занят, и ему просто не до звонков, – уговаривал он себя. – Или он ранен… Или в плену… А я опять ничем не могу ему помочь!»