Чтение онлайн

– Эээ... Оля?
– только и сказала я.

– Да.
– Она улыбнулась.
– Привет, Маша.

Я молча еще раз ее оглядела. Нет, это определенно, сударыня Князева. Явила-таки она наконец последнюю инстанцию своей мутной троллевской душонки! В конец оборзела. Может, у меня уже что-то не в порядке с головой, и у меня начал развиваться мания преследования, но она точно меня копирует!!

– Как твои дела? Готова к инязу?
– то ли не замечала, то ли не хотела замечать моего замешательства, граничащего с помешательством, эта змея.

– Готова к инязу, - эхом отозвалась я.

– Молодец. А я подстриглась. Давно этого хотела. Мне идет?
– и она, засмеявшись, запустила пальцы в свои некогда длинные прямые волосы. Черт, она опять выигрывала! Если сегодня я была слегка растрепана, потому как сильно торопилась в универ, едва не проспав, то ее волосы лежали идеально - волосок к волоску.

– Идет?
– чувствуя и обиду, и гнев, и сильнейшее недопонимание, вновь переспросила я.
– Дааа, Оля, очень идет.

Головастики внутри меня выросли раза в четыре каждый, превратившись, наверное, в полноценных глистов, и запрыгали от злости - поэтому у меня от ярости и затряслись кончики пальцев.

– Мне, правда, идет?
– улыбнулась мне своей старой обаятельной улыбкой лапочки Троллиха.

– Правда, - только и сказала я не слишком дружелюбно.
– Это... Оля... а зачем ты так кардинально стиль-то поменяла?

Ее красивые голубые глаза в упор посмотрели на меня.

– Так нужно, Маша, - сказала она мне.

– Кому?

– Мне.
– И словно опомнившись, Князева добавила.
– Жарко очень с длинными. Я вообще давно хотела подстричься, но все никак не решалась. А теперь подружилась с тобой, и решилась почти мигом. Ты действительно, классная.

– Я? Ну что ты, Оля, я совсем не классная.
– Отвечала я и уже хотела добавить много чего нелестного, что накипело у меня за неделю, но в это время нас нагнали три одногруппницы, которые тут же принялись восхищаться прической этого рогатого трупоеда, то есть Князевой, и я не стала при них ничего говорить.

– Ой, а у вас с Машкой прически ну просто один в один, - вдруг заметила одна из девчонок.

– Ага, точно! Прикольно!

Мне прикольно не было, и я, пробурчав, что мне пора на английский, почти что побежала к нужной аудитории. Там меня уже ждал Чащин, довольный, как стая гиен, которым подарили мясокомбинат. Рядом тусовались еще несколько человек из нашей языковой подгруппы в обнимку со словарями и конспектами.

– Ну что, Инфернальный Бурундук, будем сегодня давать взятку? Я тут подумал, что...

– Отстань. Будем.
– Отрывисто произнесла я. Настроение улетело в тартарары.

– Эй, что с тобой?
– заметил одногруппник мое выражение лица.

– Ничего, - с размаху уселась я на лавку.

– Кому ты это говоришь?
– тут же сел Дима рядом.
– Марья, давай, колись, что случилось, что за бешенный вид?

– Эта сучка, - не выдержала я, - это сучка меня копирует!

– Чего? Ты о чем? Это кого ты так не любишь?
– удивился он.

– Эту гребанную Князеву, кого еще! Ты видел ее сегодня? Ты видел ее?
– закричала я.
– Видел?

– Нет. А что с ней?
– поднял брови явно удивленный парень и пятерней потер лоб.

– У нее такая же прическа теперь, как у меня! Она все делает, как я! Она всю неделю меня доставала! А теперь еще и подстриглась! У нее такое же Nзапрещено цензуройN каре.
– Нажаловалась я Димке.

– Успокойся, - впервые в жизни ласково погладил меня по голове Димка.
– И не говори таких слов, ты же девочка.

– И что дальше?

– Ничего. Маша, ты фигню какую-то несешь. Зачем Ольге тебя копировать?

– Зачем?

– Зачем? А затем...
– Я замолчала на полуслове.

И только тогда я точно поняла - она копирует меня, потому что неравнодушна к Смерчу и пытается его таким способом заполучить в свои цепкие когтистые лапки. Она видит, что между нами начинают завязываться серьезные отношения. Наверняка завидует. И думает, что если будет похожа на меня, он обратит на нее, тупую высушенную жабу, внимание. Да она до сих пор неравнодушна к Дэну, и только прикрывается тем, что они - друзья детства, а ее сестричка Инна с ним встречалась. Наверняка, она завидовала и сестричке! Куда только та сейчас делась?

Все это я выдала слегка озадаченному Дмитрию.

– Маша, - выслушав меня, сказал он спокойно, - брось, зачем Ольге тебя копировать? Ради Смерча? Ты совсем ребенок. И с манией величия. Прогрессирующей. Думаешь, она станет похожей на тебя, и он тут же начнет ею интересоваться, как девушкой? По-моему, ты многое на себя берешь.

Теперь я обозлилась и на него. Просто до колик в собственных головастиках, у которых вдруг еще и зубы острые выросли.

– По-твоему, Чащин, - тихо произнесла я, - если кто-то будет похож на меня, то парней это не привлекать не будет? Только отталкивать, да?

– Ты не так поняла, - все так же спокойно заявил он.
– Бурундукова, почему ты в последнее время все в штыки воспринимаешь? Ты в норме?

– Нет, не в норме, - прошипела я.
– ПМС у меня, знаешь ли.

– И зачем мне это знать?
– закатил он глаза, а потом издевательски заржал.
– Ты мне еще этот... ну, что вы там ведете обычно... календарик предоставь. Чтобы я вообще все про тебя знал.

– Идиот.
– обалдела я от такой наглости. А я то ожидала поддержки!

– Бурундук, перестань нервничать.

– Не называй меня так.

Зубы головастиков начали щелкать друг о друга с железным лязгом.

– Бурундук.
– Улыбнулся мне Дима, и я сощурилась.
– Всеобщий лесной любимчик, послушай. Ольга - симпатичная девушка, если бы ей надо было, она Смерча и так захомутала. И без того, чтобы притворятся тобой. Она просто сменила имидж, ей это идет даже, а ты бесишься.

– Если ты еще раз так скажешь, я тебя ударю.
– Честно предупредила я его.

– Охотно верю, Бурундук, - на миг мне показалось, что Димка вдруг решил вызвать весь мой гнев на себя, и это меня распалило еще больше. Защищает Князеву? Ну и прекрасно.

– Чаща, ты нарываешься!
– Заорала я, напугав сокурсников, мигом с интересом на нас уставившихся.

– Нет, говорю праву. У тебя паранойя. Боишься, как бы кто Смерча не увел, вот и бесишься. Успокойся уже.
– Отведя взгляд, сказал мне друг.

Друг? Хорош у меня друг!

– Я тебя, правда, ударю.

– Ну попробуй.
– Равнодушно сообщил Дима мне.

Я молча ударила его по лицу, вроде бы не кулаком, а ладонью. Метила, кажется, по губам, а попала ребром ладони по носу, и у Димки отчего-то тут же носом пошла кровь.