Чтение онлайн

А Денис, нисколько не ленясь, выполнил просьбу матери: пошел в ближайший гипермаркет. Надев большие мощные фиолетовые наушники и засунув руки в карманы он погрузился в мир музыки, созданный одним из его ближайших друзей. Этот друг находился сейчас где-то в своей студии в США, а Дэн шагал вперед, по тускло освещенной аллее, глядя вперед и не разрешая себе окунаться в какие-либо воспоминания: пятилетней ли давности они были, или пятнадцатилетней. У воспоминаний нет срока давности. Денис это ясно усвоил. Шоколад он купил быстро: и себе, и матери. И что-то еще купил, зачем - и сам не понял. Просто прогуливался по огромному магазину, вдоль полок, бросал что-то в тележку, ловил на себе восхищенные взгляды девушек, встретил приятеля из какой-то тусовки, мигом позвавшего его на очередную вечеринку 'сегодня в полночь'. Раньше, наверное, Дэн, не раздумывая, согласился на веселье - у него была необъяснимая потребность в ярких впечатлениях и знакомствах с новыми людьми. Но сегодня решил отказаться.

– Зря отказываешься! Туса будет мега-гига-бест, - сказал ему с разочарованием знакомый, чья тележка была забита самым разнообразным алкоголем.
– И телок много клеевых будет.

– Я – пас, - покачал головой Смерч, - сегодня я - пас. Удачной ночи, приятель. Гарантия от меня - она удастся.

И Дэн ушел в другую сторону. Настроение у него сейчас было не самым лучшим. Со Смерчем что-то происходило, уже довольно давно, - что-то глубокое и сильное, как мощное землетрясение. Видимо, подсознательно его внутреннее 'я' стремилось к чему-то новому, и для этого разрушало старое, чтобы очистить площадку для постройки этого самого неведомого нового. Может быть, из-за этого у Дениса и произошел сбой интуиции - а, может быть, специально для этого. Может быть, его удача на время сделала ноги, а, может быть, именно она стала инициатором произошедшего, чтобы вернуть своего подопечного-любимчика на правильный путь, предназначенный ему свыше.Молодой человек понял, что за ними сегодня все-таки следили, только когда уже шел обратно домой, по той же слабо освещенной аллейке, уже значительно опустевшей - было уже около полуночи. Зато теперь на ее территории ощутимо ощущался какой-то приятный горьковатый аромат ночного растения, и он вместе с темнотой умудрялся создавать атмосферу загадки.

Почему-то Дэн, полной грудью вдохнувший этот непонятный ночной аромат, почти сразу понял, что их пятеро. Ник же обещал: пять. Пять и один. На одного. А своих слов он на ветер не бросает.

Началось все вполне обычно. Совсем недалеко от неширокой дороги, по которой в это время суток мало кто ездил, под задумчивым фонарем, все никак не желавшим признать, что свет звезд более ярок, чем его собственный.

– Эй, тля, парень, есть прикурить?
– гнусаво поинтересовались у Дэна. Из кустов, в которых пряталась деревянная резная лавочка, вышел слегка сутулый и совсем еще молодой парень в спортивном костюме. Смутные очертания фигур еще четверых тут же были замечены синими проницательными глазами

– Конечно, - дружелюбно улыбнулся Смерч, прекрасно понимая, что, скорее всего, как бы 'антигероично' это не звучало, но ему с ними не справиться. Пятеро на одного - не вариант для драки. Даже если этот один - боксер. Лучший выход в этой ситуации - убегать. Быстро и проворно.

– Вам зажигалку или спички?
– все так же дружелюбно спросил Денис.
– У меня есть линза, можем подождать солнца. Или, может быть, поищем кремний, чтобы высечь огонь?

– А? Че...?
– растерялся парень от такого ответа и выдал.
– Э, я не понял, ты чего такой дерзкий, а?

– Характер плохой, - сказал Денис, прекрасно осознавая, к чему приводят такие вот фразы. И тут же почти без размаха, ударил незнакомого парня кулаком в лицо. Не дожидаясь, пока соперник сообразит, что произошло, добавил правой в "солнечное" сплетение. Тот, не ожидавший подобной прыти от жертвы, упал, задохнувшись от боли.

'Кто первым вмазал по морде - тот почти победитель', - любил говорить самоуверенный Черри, во время дружеских спаррингов с Дэнвом в далеком подростковом возрасте.

Еще один резкий и хороший удар - и противник, начавший с матами подниматься, вновь оказался на земле. Пнув, для верности его еще раз, Смерч развернулся лицом к кустам, откуда ломились на помощь выведенному из строя товарищу еще трое.

Четвертый, парень к красной кепке, на которого как раз падал слабый свет уличного тонкого фонаря, стоял за их спинами, засунув руки в карманы кожаной куртки.

Убегать всегда рациональный Дэнв не стал. Почему? Этого он не знал и сам. Хотя сначала планировал именно это. Да это было глупостью, но глупостью иррациональной, не поддающейся логическому осмыслению. Он остался, зная, что сегодня победителем не выйдет. Стоял, подобравшись, словно одинокий волк, угодивший в облаву, и смотрел на встретивших его на пустой аллее загонщиков: без страха, спокойно, принимая неизбежность того, что вот-вот случится, сосредоточившись только на одном желании: не позволить им морально сломать себя. Смерч не боялся боли и умел терпеть, да и болевой порог у него достаточно высок. Он не боялся показаться слабаком ни в глазах этих парней, ни и в глазах других людей. Денис боялся потерять самоуважение. Боялся увидеть в себе что-то, что заставит его принять поражение от самого себя, и заставит окунуться вновь в воспоминания. Наверное, поэтому и не сбежал. А еще на мгновение представил вдруг, что с ним, к примеру, сейчас оказалась бы девушка - Маша. Свалил ли бы он тогда? Конечно, нет! Это было бы просто невозможно, и он сделал бы все, лишь бы защитить ее от этих уродов. То, что сейчас Дэн один - не слишком важно, и чтобы ни сделали с ним эти пятеро, он обязан показать им свое морально превосходство.

Наверное, психоаналитик его матери был прав - Денис Смерчинский оказался чересчур сложной натурой. Возможно, ему надоело собственное существование, и он желал что-либо поменять в нем. Возможно, вдруг раскрылась природная черта - совершать неожиданные для других и для самого себя поступки, а, возможно, в его поступке были сокрыты еще какие-то тайные психологические мотивы, более глубокие, нежели возможность доказать свою мужскую крутость в драке.

Или он просто был идиотом.

Как бы то ни было, однако возможность убежать он глупо проигнорировал и остался.

– Ну ты встрял, придурок чертов, - ухмыляясь, поведал Смерчу один из парней, одетый в серую олимпийку с накинутым на голову капюшоном. Он был самым агрессивным, а глаза его странно блестели на заостренном бледном лице.

– Думаешь?
– от избытка адреналина сердце Дэна застучало сильнее, словно в предвкушении новых ярких эмоций.

– Уверен.

– А я уверен, что встрял ты с дружками.

– Заткнись.

– Ну, поцик! Ты реально конкретненько так встрял, - подхватил его товарищ, помогая подняться побитому.
– Ты, Nзапрещено цензуройN, щас землю жрать у меня будешь.

– Не буду, поверь, - уверенно отозвался Смерчинский. Он оценивающе оглядывал противников, выстаивая в уме схему защиты на первые пару минут нападения.

Женщина в вуали набросила на него прозрачную тонкую сеть полного сосредоточения. И его тело словно бы начало жить своей собственной жизнью. Подбородок слегка опущен. Ноги на ширине плеч и чуть согнуты в коленях. Отступ правой ногой на полшага назад, для удержания равновесия. Руки на уровне середины груди.

"Ну что же,– появилась из ночной глади окутанная дымкой красноглазая госпожа в своей неизменной шляпке с вуалью, - повеселись. Ты ведь уже устал, не так ли? Доказывай".

Взмах ее тонкой белой руки - и перед Дэном появилась полупрозрачная красноватая линия: вертикальная и словно делящая его тело пополам.

"Твоя центральная линия, мальчик, дерзай".

"Отлично".

Они напали не так благородно, как в кино - не по одному, а все вместе, действуя вполне слаженно и грамотно.

Сместившись корпусом вправо, Денис ушел от первого удара, парировал второй, и следом осчастливил ближайшего противника парой хороших ударов по корпусу и животу. Не задерживаясь на хватавшем воздух гопнике, он подсечкой уронил на землю настырного "любителя покурить". Однако в этот момент в драку вступило новое лицо - парень в серой олипиийке. Видимо, решив, что столь резвую жертву надо немного стреножить, он со спины обхватил Дениса руками, сильно сдавив шею. Прорычав что-то неразборчивое, Дэн одновременно нанес удары задником кроссовка по голени гопника, возомнившего себя Голиафом, и затылком - в лицо нападавшего. Объятия разом ослабли, это позволило Дэну добавить удар локтями по корпусу "Голиафа", и теперь тот корчился, рыча и матерясь. На него напал четвертый парень, но он проигрывал молодому человеку в скорости, как и его вновь активизировавшийся товарищ в олимпийке.

Еще в начале драки Денис понял, что лидером в этой команде был скуластый парень в красной кепке и с болезненными слезящимися глазами, который участие в драке принимать не спешил. Знал - чтобы прекратить все происходящее необходимо как-то добраться до него и вырубить. Причем сделать это надо быстро, потому что долго ему, Дэну, не продержаться. Приняв решение, он ринулся в атаку. В отчаянном рывке он все же добрался до "красной кепки" и даже успел нанести тому серию ударов.

Однако в этот момент удача изменила ему. Его снова схватили - на этот уже двое. Тут же на лицо и корпус обрушился шквал ударов. В глазах потемнело от боли. Во рту он почувствовал знакомый вкус крови. Она всегда казалась Смерчу не железной, а сладкой, словно ванильной - и за это он терпеть не мог ваниль.