Чтение онлайн

Какое-то время Аяка сидела под столом в полной растерянности, медленно подняла руку и дотронулась до собственных губ. И тогда на смену ошеломлённому смущению пришла злость. Какого чёрта этот сопляк себе позволяет? Что за внезапные атаки? То два дня великолепно изображает, что между ними ничего нет и та ночь ей приснилась, а то в самый неожиданный момент целует.

Она встала и первым делом нашла его взглядом, но Шикаяма уже как ни в чём не бывало беззаботно болтал с Синохарой, что-то показывая той на чертежах. Каков актёр — талантище пропадает в безвестности!..

— Ёси, ты же сегодня будешь пробовать растягивать викунью ткань? — обратилась Аяка к подруге, придумав, как отомстить ему.

— Да, хотелось бы сегодня начать эксперименты, я уже подготовила несколько ставов. Теоретически один из них должен сработать. Но нужен оборотень, который согласится в половинчатую перекидываться.

— У нас есть один оборотень, пригодный для этой роли, — произнесла она и улыбнулась, встретившись с настороженным взглядом карамельных глаз.

Почти всегда покладистый Шикаяма вдруг продемонстрировал весьма неуступчивый характер, в категоричной форме отказавшись выступить подопытной мышью. Неужели из-за боли так сильно сопротивлялся? Аяка знала, что переход в половинчатую форму, мягко говоря, не из приятных. Чего только стоит отрастить копыта вместо человеческих ступней или сменить плоское лицо на вытянутую оленью морду. Но для оборотней всё же естественно прыгать между формами.

Уговоры заняли несколько часов и так толком ни к чему и не привели.

— Если я обернусь до половинчатой, то рога полностью выйдут, — смотря ей в глаза на расстоянии трёх метров, тихо процедил сквозь зубы Шикаяма.

Кажется, он теперь ещё и злился. Поразительно.

— И что? — Аяка искренне не понимала, в чём заключалась проблема. — Вам же это на руку. Согласно вашей теории, как только я увижу ваши рога во всей красе, то сразу прозрею.

— Вы правда хотите обсудить здесь и сейчас мою теорию?

— Нет, Шикаяма. Я не хочу её обсуждать ни здесь, ни где-либо ещё в принципе.

— Для вас пути назад больше не будет, — бросил он и одним решительным движением стянул через голову свитшот, оставшись в белой майке. Вернулся к ней взглядом и серьёзно спросил: — Уверены, что готовы перейти на следующий уровень?

— Вы же просто блефуете, — не поддавалась она. — Если бы рога реально имели отношение к моему прозрению, то вы бы давно их отрастили. Нужен всего-то один оборот. Но вы тянете. Значит, сами не уверены, сработает или нет. Нет, не так. Вы знаете, что не сработает, но вам нужно время, чтобы запудрить мне мозги сказками об истинности.

— Я жадный.

— Что вы имеете в виду?

— Хочу, чтобы вы влюбились в меня до того, как прозреете.

— Какого чёрта, Шикаяма, — она была готова провалиться сквозь землю от смущения из-за слов, сказанных им. — Вам самому не стыдно такую пошлость нести?

— Вам показать пример реальной пошлости? — спросил Шикаяма, чуть приподняв внешний уголок правой брови.

И Аяка тут же вспомнила, как он в прошлом давал ей почувствовать разницу между извращенцами. Во второй раз на одни и те же грабли вставать не собиралась.

— Воздержитесь, пожалуйста, от примеров, в этом я поверю вам на слово.

— Жаль.

Она запоздало заметила, что расстояние между ними подозрительно сократилось за время разговора, теперь Шикаяма стоял не дальше вытянутой руки и все также нагло смотрел ей прямо в глаза. И когда только успел так близко подкрасться?

Сбоку послышался хруст, на который они повернулись. И Ёсико тут же подняла одну руку в жесте извинения, поскольку вторая держала открытую пачку чипсов. Рядом с ней стояла Синохара, испуганно жующая лист эвкалипта, и Комацу, который будто только и ждал, когда на него обратят внимание, чтобы воодушевлённо воскликнуть:

— Вот так страсти-мордасти!

Закатив глаза, Аяка глухо пробормотала, что в клоуны не нанималась. Подхватила готовые выкройки и пошла примерять их на манекене. Манекен у них был непростой, а также сделанный под заказ всё тем же знакомым артефактором. Хотя сейчас она уже считала, что выгоднее было бы купить тот серийного производства. А переплачивать втридорога за чёрный матовый дизайн корпуса оказалось достаточно глупой идеей.

— Чего замерли, Шикаяма? Раздевайтесь, раз уж решились, — она бросила на него быстрый взгляд, после чего открыла панельку на спине манекена, где вращались заколдованные шестерни. Вбила параметры, накануне снятые с госпожи Сагидайго, и захлопнула обратно миниатюрную дверцу.

Несколько секунд внутренний механизм обрабатывал полученную информацию, а потом внешний облик манекена пришёл в движение: его силуэт вытянулся и словно сбросил с десяток килограммов, имитируя долговязую фигуру заказчицы. Удобная функция, сокращающая количество примерок до одной, и то только из-за того, что клиент за время изготовления изделия мог поднабрать или наоборот скинуть вес.

— Я не теряю надежды, что вы передумаете, — усмехнулся он.

— И поверю в ваши сказочки? Зря надеетесь на чудо.

Звякнула пряжка ремня, и Аяка снова глянула на продолжившего раздеваться Шикаяму. Тот ни на секунду не отрывал от неё взгляда, пока снимал штаны. И стоило признать, делал это чертовски сексуально. Может, дело в подкаченном теле с ярко выраженными кубиками пресса, крупной грудной клеткой и круглыми плечами. Тем не менее от мимолётной мысли, что не так давно она гуляла по этому телу собственными руками, исследуя наверняка каменные на ощупь мышцы, у неё аж в горле пересохло.

— Ая, не пялься так откровенно на Шикаяму, — с озорным смехом поддела её Ёсико.

— Хочу и пялюсь, — как можно равнодушнее отмахнулась Аяка, продолжив закреплять выкройки на манекене при помощи булавок. Главное — не покраснеть, иначе это будет полным фиаско.

— О-о, девочка моя, ты приняла свои чувства? Мне есть с чем вас поздравить?!

— Я всего лишь посмотрела на красивое тело. Нельзя, что ли? Обязательно жениться после этого?

— Вот же коза упёртая…

Кинув на стол полупустой пакет с чипсами, Ёсико взяла влажную салфетку у Комацу, протёрла руки и вернула в скомканном виде её обратно. Затем подхватила тонкую полоску викуньей ткани, на которой заранее вышила рунический став, и направилась к Шикаяме, стоявшем посреди мастерской в одних светло-серых трусах. И судя по тому, как он прикрывал ладонью стратегически важное место, всё же чувство стыда ему было знакомо.

— Эх, Шикаяма, не повезло вам втюриться в эту ледышку, — Ёсико встала рядом и стала закреплять полоску у него на бедре. — Ничего себе, вы качаетесь?

Взгляд Аяки тут же метнулся к пальцам подруги, бесцеремонно ощупывающим ногу её оленя. Что-то мерзкое заклубилось в груди. Какой-то извращённый симбиоз из страха, гнева и обиды. Почему он позволял себя трогать Ёсико? Вот как, значит, проявлялась так называемая «истинность» его чувств?

— Госпожа Хасэгава, пожалуйста, прекратите, — Шикаяма схватил её за запястье и отодвинул руку, обеспокоенно смотря при этом на Аяку.