Чтение онлайн

— Чего? — Ёсико обернулась и проследила за его взглядом, уставившись на неё с вопросительно приподнятыми бровями, которые постепенно сменились ехидной ухмылкой. — Чего лазеры врубила? Я всего-то пощупала, после такого тоже жениться необязательно.

Вот же заноза в заднице. Специально спровоцировала её.

Дверь распахнулась, и в мастерскую вошла высокая и худая девушка в клетчатой дизайнерской олимпийке на несколько размеров больше нужного, из-за чего буквально в ней тонула. Она сняла солнцезащитные очки, и тяжёлый взгляд пробежался по всем присутствующим, остановился на обнажённом Шикаяме, и тогда уголок ярко-красных губ приподнялся, добавляя надменности и без того отталкивающе холодному выражению лица.

— Мужской стриптиз? Ничего себе вы тут развлекаетесь, сучки.

С диким визгом, от которого в ушах зазвенело, Ёсико кинулась на шею их подруге, вернувшейся из двухлетней командировки. Она работала моделью, поэтому большую часть времени проводила в Саларуне, дефилируя по подиумам высокой моды. На родину возвращалась редко, как правило в промежутках между контрактами, которые заключало её агентство.

— Отцепись от меня, пиявка, задушишь, — кряхтела Хина, для вида даже упиралась руками ей в живот, но недовольное лицо приобрело приметный оттенок радости.

— Когда ты вернулась? — Аяка тоже подошла, чтобы получить свою порцию ленивых объятий.

— Три часа назад.

— Почему нас не предупредила? Мы бы встретили тебя в аэропорту.

— Хотела сделать вам сюрприз, — она наконец-то отвоевала желанную свободу и расстегнула олимпийку, под которой не оказалось ничего, кроме нижнего белья, сшитого в их ателье. — Смотрю, у вас тут народу прибавилось. Ещё и оленя кое-кто завёл. Неужели свидания вслепую дали такие плоды?

— Свидания тут не причём. Это новый работник.

Хина обошла Шикаяму по кругу, оценивающе рассматривая со всех сторон, и кивнула:

— Одобряю выбор. А то я волновалась, что ты себе старого пня выберешь. А тут такое молодое и сексуальное тело. Значит, ещё не всё потеряно.

— Мы исключительно в деловых отношениях, — Аяка уже утомилась всем вокруг это доказывать.

— Добрый вечер, я — Шикаяма Джун, — немного сконфуженно представился он.

— Привет, Шикаяма. Можешь звать меня просто Хиной, — она протянула ему ладонь для рукопожатия. — Терпеть не могу всю эту шемуанскую формальщину с уровнями вежливости. — Комично скривилась и произнесла писклявым голосом, стереотипно имитирующим восточный акцент: — Многоуважаемый господин, госпожа, дайте мне, покорному и ничтожному слуге, поцеловать ваши драгоценные ножки в несомненно гладкие пяточки. Тьфу… ненавижу это лицемерное дерьмо.

— Я запомню.

— Так вы не спите, что ли? — Хина снова обратилась к Аяке, закатившей на её слова глаза. Да они как сговорились.

— Шикаяма по уши влюблён в нашу Аяку, клянётся, что её истинный. Но эта дурочка его отшивает и продолжает бегать по свиданкам со стариками! — наябедничала Ёсико и громким шёпотом добавила: — Он даже рога ради неё отращивать начал.

— Зачем?

— Вроде как у неё третий глаз на лбу после этого откроется. Но главное, что Шикаяма не хочет торопить события, поэтому сейчас мы в затруднительном положении из-за необходимости в тестировании ставов. Нам нужен оборотень, который перекинется до половинчатой формы.

— Вот же хитрожопая мартышка. Я не успела от дороги отойти, а ты меня уже запрячь хочешь?

— Ну, понимаешь, тут такое интересное кинцо, — хихикнула она. — Да и само изделие мы шьём для птицы, поэтому тестировать став на другой птице более надёжно, чем на олене.

— Пожалуй, это так, — нехотя согласилась Аяка.

— Ладно, помогу вам, тем более мне это кинцо тоже интересно глянуть, — хмыкнула Хина и по-военному быстро скинула одежду. В отличие от Шикаямы она не ощущала смущения оттого, что предстала перед незнакомцами в нижнем белье. А её кружевное бюстье и стринги даже и близко не стояли рядом по откровенности образа с серыми трусами-боксёрами. Сказывался многолетний опыт работы в модельном бизнесе. — А это кто такие?

Проследив за её взглядом, Аяка представила оставшихся работников. И если Синохара вела себя, как обычно, то увидеть притихнувшего Комацу оказалось в новинку. Он с каким-то ошарашенно-пришибленным видом разглядывал Хину, толком не моргая. Но надолго его не хватило. Минут десять от силы, а потом всё же оклемался и огласил на всю мастерскую, что является её ярым фанатом.

— Миленько, — только и хмыкнула она.

Эксперимент не увенчался успехом. Полоска растянулась и лопнула. И пока Аяка отпаивала зельями подругу, вернувшуюся в человеческий вид, а одевшийся Шикаяма убирал с пола волосы, ногти, зубы и перья, оставшиеся после оборота, Ёсико подготавливала другой став на новом клочке ткани.

Обнимая и поглаживая по плечу дрожащую Хину, она слушала грязные ругательства. Те были адресованы преимущественно одной конкретной рунической ведьме, которая с первой попытки не справилась со своей задачей. Понять её злость Аяка могла: два раза за день переходить в половинчатую форму удовольствия мало. Даже одного, как правило, хватало с головой. У птиц в половинчатой форме не только пара крыльев отрастала, но и большая часть тела покрывалась перьями, а часть лица сменялась клювом. Все эти изменения наверняка сопровождались чудовищной болью.

— Слушай, ты не обязана ещё раз перекидываться, — успокаивающе произнесла она, поправляя плед, что скатывался с ужасно тощего плеча. — Мы можем найти и других добровольцев.

— Всё в порядке, раз взялась, то доведу дело до конца. А ты мне потом сошьёшь пару новых комплектов. Нет, пять комплектов.

— Да хоть десять, не вопрос.

— Однако это не значит, что я буду туда-сюда прыгать, — Хина обратилась к Ёсико, от рук которой исходило голубоватое сияние. Она так сосредоточенно колдовала над полоской ткани, что даже кончик языка вытащила от усердия. — Слышишь, дурында? У тебя есть ещё один шанс. Иначе я восприму это, как попытку мне целенаправленно подгадить, и жопу тебе надеру. Мы поняли друг друга?

— Да блин, ты думаешь, так легко с ходу подобрать правильные руны? — недовольно пробурчала та в ответ. И в какой-то степени тоже была права, потому как придумывать с головы собственные ставы сродни высшему пилотажу среди рунических ведьм.

— Так ты, что ли, методом тыка там работаешь?

— Нет, конечно! Я шевелю мозгами…

— Шевели, значит, поактивнее.

— Судя по тому, как прошлая порвалась, завтык был вот в этой руне…

— По-моему, она опять пальцем в небо тычет.

— Я активирую данный рунический став силой своего дыхания, — торжественно объявила Ёсико и забубнила на манер странноватого песнопения:

Из темных безбрежных глубин подсознанья

Волшебный поток мне приносит познанье,

На мир сквозь себя я гляжу не напрасно:

Что было, что будет — всё чётко и ясно.

По воле моей Сила Рун пробуждает —

Все корни мгновенно побеги рождают.