Чтение онлайн

Ещё одной своей упущенной возможностью в жизни можно считать то, что я так и не сделал «головокружительной карьеры». Хотя все предпосылки для этого были. В 33 года меня, тогда ещё кандидата наук, ректор Михаил Александрович Пальцев неожиданно назначил на пост ученого секретаря нашего вуза. До этого на этой должности работали только доктора медицинских наук. В одной из бесед мне было сказано, что меня готовят на должность проректора и заведующего нашей кафедрой, поэтому мне желательно ускориться с защитой докторской диссертации. А в 2009-м всё вдруг резко изменилось: М. А. Пальцева без объяснения причин уволил Минздрав, после чего мы прошли нелёгкий «переходный период» с исполняющим обязанности ректора Сергеем Витальевичем Грачёвым, а через 9 месяцев сверху пришёл приказ о назначении нового руководителя, с которым в силу ряда причин я сработаться не смог. Многие мои коллеги по ректорату «переобулись на лету» и «переформатировались», а я, столкнувшись с неприемлемыми для себя условиями работы и отношением к людям, сам написал заявление об уходе по собственному желанию. С первого раза мне отказали. Новоназначенный начальник отдела кадров даже пришёл ко мне для разговора: дескать, у руководства «нет к Вам вопросов», зачем уходить самому? Помню, что я ответил ему, что именно сейчас, «пока нет вопросов», самое время вернуться на своё прежнее основное место работы – на кафедру. Позже какие только слухи не доходил до меня: и про то, что я избил в приёмной проректора по науке (представляете себе картинку – московский доцент лупит профессора, недавно приехавшего из Саратова?), и про то, что я «психанул» и написал заявление после того, как новый ректор замахнулся на меня стулом у себя в кабинете… Ничего подобного, естественно, не было. Я повторно написал заявление об уходе, после чего оно было подписано, и моя административная карьера завершилась.

Хотя нет. Она могла бы обрести новый виток пять лет спустя, когда тяжело заболел заведующий нашей кафедрой профессор Сулимов, и я в течение почти года исполнял его обязанности. Помню, как на его похоронах в марте 2016-го многие жали мне руку как будущему руководителю. Но оказалось, что в своей предсмертной записке он написал, что хотел бы видеть на моём месте другого человека. Я тогда посчитал это знаком судьбы и отказался даже участвовать в возможной «предвыборной гонке», о чём объявил и вышестоящему начальству, и коллективу кафедры.

А в день своего 45-летия меня вызвал к себе нынешний ректор и предложил занять должность декана факультета (теперь она называлась – директор института). В этот раз я уже без колебаний отказался. Сплошные упущенные возможности! Или нет? Количество людей, провёрнутых через административную мясорубку и ставших никому не нужным фаршем с остатками человеческого достоинства за последнее десятилетие, поражает воображение. Те, кто смогли удержаться, сделали это лишь благодаря тому, что круглосуточно следовали «генеральной линии партии» в ущерб своим личным устремлениям и здравому смыслу.

Упущенные ли это возможности в моей жизни? Если и так, то я только рад этому факту. Да, все мы – «винтики» системы, делаем какое-то общее дело, но при этом мне пока удаётся ощущать себя свободным человеком. Я стараюсь жить по принципу, декларированному в фильме «Дети природы»: «Свобода – это не безделье, а право свободно распоряжаться своим временем и выбирать работу и занятие по вкусу. Другими словами, быть свободным – не значит ничего не делать, это значит самому решать, что делать, а что нет».

Моя рефлексия позволяет мне сделать вывод о том, что благодаря упущенным возможностям я не так уж мало и приобрёл. У меня нет разочарования, порой я расстраиваюсь, что что-то идёт не так, но я знаю, что в моих силах многое изменить. Не всё, но многое. И вот именно сейчас я напоминаю себе учителя из фильма «Человек с поезда». Я сел в поезд – в тот, в который я хотел, и тогда, когда я решил. Загадочно улыбаясь, я гляжу в окно и еду навстречу неизвестному будущему под успокаивающий стук колёс.

Краткое содержание фильма. Человек выходит из поезда. Это Милан. У него потрёпанный и изнурённый вид. Случайное знакомство на улице с бывшим школьным учителем Манескье может изменить их ближайшие планы. Абсолютно непохожие друг на друга, они всегда мечтали прожить чужую жизнь. Милан, приехавший в провинциальный городок для ограбления банка, мечтает обрести домашний уют, а добропорядочный Манескье жаждет бурных приключений. На размышление и на выбор у них есть всего 3 дня…

Режиссёр – Патрис Леконт. Автор сценария – Клод Клотц. В главных ролях: Жан Рошфор и Джонни Холлидей. Премьера во Франции – 2 октября 2002 г. Для коллекции «КИНОУРОЖАЙ» на русский язык фильм озвучивали: Геннадий Новиков, Денис Беспалый и Анна Левина. Режиссёр озвучания – Алексей Петрушин. Улучшенный перевод и продюсер проекта – Дмитрий Напалков.

Фильм «Страшные сады» рассказывает не о событиях на полях Второй мировой (для нас – Великой Отечественной) войны, но все истории военного времени неразрывно связаны в моей памяти с моим дедушкой. Николай Леонтьевич Напалков (1919–2010) прожил долгую жизнь, прошёл всю войну без тяжёлых ранений, очень много времени уделял мне, своему единственному внуку, и фактически воспитал меня как сына. Удивительно скромный и добрый по характеру человек, интересовавшийся политикой, историей и рассказами о живой природе, закончил службу в армии в звании полковника медицинской службы и проработал до пенсии простым рентгенологом, несмотря на то что несколько лет возглавлял медицинскую службу всех атомных объектов СССР, а позже был заместителем начальника центральной поликлиники МВД.

Он рассказывал мне много историй, всегда складно и интересно – этот его талант отмечали все, кто был с ним знаком. Самым главным для него праздником был День Великой Победы. Меня, тогда ещё совсем маленького, он брал с собой на встречу ветеранов, которая проходила на ВДНХ. Там собиралась их 34-й гвардейская Енакиевская ордена Кутузова дивизия, в составе которой он прошагал от Астрахани до Вены, оказывая помощь раненым и заболевшим, хотя ускоренное медицинское образование с началом войны уложилось в два неполных года обучения. С каждым годом однополчан становилось всё меньше и меньше, и вот уже двенадцать лет прошло с тех пор, как сам дедушка был призван в свой Бессмертный полк…

Родился он в Новочеркасске и всегда считал себя донским казаком. Его отец, Леонтий, был подъесаулом казачьего полка, его следы теряются в 1917-м в Новочеркасском военном училище. Дедушка говорил, что дату его рождения поставили «наобум» и мне вдруг подумалось: а может, 1919-й год был записан его матерью специально, чтобы никто не искал возможных взаимосвязей с его «пропавшим» отцом. Может быть, его мама, школьная учительница по имени Неонила, видя положение дел в стране, специально сделала так, чтобы он родился в Советском Союзе, а не в Российской империи, поскольку в те времена о таком родстве было не принято говорить, поскольку это могло закончиться реальным сроком для всех членов семьи «врага народа». Может, дедушка родился раньше – в 1916-м или 1917-м, и на самом деле прожил на этом свете ещё дольше, чем мы считаем официально. Он всегда очень трогательно и нежно отзывался о своей маме, хотя каких-то особо запоминающихся историй не рассказывал. А вот про свою бабушку вспоминал часто. По-видимому, семья отца была довольно зажиточной: бабушка держала мельницу, а дядя был лесничим. Дедушка вспоминал, что бабушка угощала его сахаром – редкий деликатес на Кубани в те времена. Когда у меня появилась машина, мы с дедушкой планировали съездить и поискать это место. Вряд ли сохранилась сама мельница, но он бы вспомнил, где всё это было. Но уже и силы были не те, и возраст под 90, в общем, так и получилось…

Видимо, из-за этих своих родственников, которые запросто могли попасть под «раскулачивание», он и уехал из станицы Тихорецкой (ныне – город Тихорецк) в Москву и поступил во Второй мединститут. Истории из его детства я помню до сих пор. И сейчас не могу представить себе, как он, такой домашний ребёнок, в совсем юном возрасте оставил маму, свой родной дом и уехал в столицу, где у него не было ни родственников, ни знакомых. Но он учился, подрабатывал фельдшером, и ему удавалось сводить концы с концами.