Чтение онлайн

– В следующий раз стучи, – говорит он, лишь бы последнее слово осталось за ним.

И уходит.

Выдыхаю. Ноги не держат. Я сползаю по стене прямо на пол, обнимаю колени и утыкаюсь в них носом. На глаза набегают слезы.

Кто бы знал, что это будет так тяжело?

Дожидаюсь, пока хлопнет дверь – это значит Островский зашел к себе в комнату. Подождав для верности еще пару минут – быстро возвращаюсь к себе. Ставлю телефон на зарядку. Принимаю душ, надеваю пижаму, состоящую из штанов и футболки с длинным рукавом. Затем проверяю дочь.

Лелька спит, ее лоб уже не горячий, щеки не красные. Это хоть немного, но позволяет мне успокоиться. Я понимаю, что ангина за день не пройдет, но если температура больше не будет подниматься, то и лечение пойдет быстрее.

Но меня все равно беспокоит, что сюда в любой момент может приехать Света и увидеть, что я здесь живу. Зная ее характер… Ой нет, лучше об этом не думать, а то вообще не усну…

Ложусь на кровать. Стоит только включить телефон, как раздается сигнал сообщения. Это от Леши.

“Как ты там? Вам точно помощь не нужна? Скажи, что нужно купить. Я все привезу!”

Сообщение было отправлено два часа назад. Следом прилетело еще несколько со все нарастающим беспокойством.

Я морщусь и тут же улыбаюсь. В груди расплывается тепло.

Все же приятна его забота о нас.

“Спасибо. Ничего надо” – набираю текст.

“Что случилось? Почему так долго не отвечала?” – тут же приходит ответ.

“Телефон разрядился”.

“Заехать за тобой завтра?”

“Нет. Я же на больничном буду”.

“Тогда привезу продукты. Раз ты на вынужденном карантине”.

Стискиваю телефон.

Не знаю, как объяснить жениху, что меня нет дома. Не хочу говорить, что осталась у бывшего. Леша точно такого отношения не заслуживает. Но и врать ему не хочу.

Я запуталась…

Быстро печатаю:

“Хорошо, только давай после работы”.

Он соглашается. Я откладываю телефон и выдыхаю: рабочий день до шести. К этому времени придумаю что-нибудь.

На следующий день Лельке немного лучше. С утра приходит врач, а потом Паша, несмотря на мои протесты, везет меня в офис. Больничный надо ведь отдать.

– Как все сделаешь, позвони, – говорит Островский. – Я скажу водителю тебя отвезти.

– Не надо, я сама доберусь.

– А давай без “не надо”? – он хмуро смотрит на меня.

– А давай без “давай”? – отвечаю ему в том же тоне. – Я взрослая девочка.

– Таня!

– Ой, смотри, твоя невеста идет!

Сделав глаза в пол-лица, тычу пальцем ему за спину.

Он, разумеется, тут же резко оборачивается, а мне только это и нужно. Быстро забегаю в лифт и нажимаю кнопку.

Островский остается в холле. Никакой невесты там не было и в помине, но ему полезно вспомнить о ней.

Лифт доезжает до нужного этажа. В отделе кадров отдаю готовые бумаги. Невольно прислушиваюсь к разговору коллег:

– С первого по девятое отдыхаем, девочки. Я уже путевки в Египет взяла, – хватается одна.

– Ой, да что тот Египет! – возражает вторая. – Наш Белецкий на Маврикий собрался. Вот бы тоже там побывать!

Она мечтательно жмурит глаза.

– С Белецким что ли? – насмешливо фыркает третья. – Забудь, место уже занято.

– Ты о чем?

Теперь первые две жадно смотрят на третью.

– А вы не в курсе? – она горделиво поправляет бейджик и выпячивает грудь. – Я сама им все оформляла. Бизнес-класс на четверых и два люкса на берегу. Наш едет с Павлом Островским, его невестой и еще там какая-то девка. Имени не запомнила.

У меня нервно колотится сердце.

А чего я хотела? Что Паша бросит все и проведет праздники дома? Он и так заботится о дочери больше, чем я ожидала. Нельзя забывать, что у него другая семья и своя, личная жизнь.

Но стоит подумать, что он целых девять дней проведет со своей невестой, и у меня темнеет в глазах.

Не могу представить, как он целует ее, обнимает… как гладит ее живот… радуется будущему малышу…

Нет, я не ревную. Пусть уезжает. Я хоть точно буду уверена, что мне не придется столкнуться со Светой в его квартире.

День провожу с дочерью, а к шести часам вызываю такси и еду домой.

Едва успеваю разминуться с Пашей. Он мне раз десять звонил после того, как я от него убежала. Но я решила просто не отвечать. Не бередить себе душу.

В машине настраиваюсь на встречу с женихом. Думаю, что буду врать, если он спросит про Лельку. В понедельник вечером она должна быть дома. Как я объясню ее отсутствие? Если скажу, что она заболела и осталась у отца, Леша сразу поймет, что я тоже не дома ночую.

– Вот, я тут вам фрукты купил, – говорит Леша немного смущаясь. – Взял всего понемногу.

Я едва успела залететь в квартиру до его приезда и натянуть халат прямо поверх костюма.

– А это тебе, – он протягивает букет холодных, пахнущих морозом лилий.

– Спасибо, – слегка оторопев, принимаю букет. – А что за праздник?

– Так сегодня Сочельник.

Он входит в квартиру, хотя изначально я не собиралась его впускать. Но как не пустить, когда он… с цветами?

– В смысле Сочельник? – силюсь сообразить о чем речь. – Он же вроде в январе?

– Ну, то православный, а сегодня католический, – Леша подмигивает.

– А ты католик? – с подозрением смотрю на него.

Ну а что? Вдруг он такой стеснительный потому что верующий?

– Нет, – Леша смеется, – просто к слову пришлось. Ты же хотела повод? Вот тебе повод.

В пакете, который он относит на кухню, лежат апельсины, манго, хурма, виноград и два больших ананаса.

– Это же стоит целое состояние! – возмущаюсь я, хотя мне приятно. – Не надо было так тратиться!

– Успокойся. Деньги для того и нужны, чтобы их тратить.

Сглатываю комок…

Наклоняюсь над пакетом, чтобы выложить фрукты, и чувствую, как Леша подходит сзади ко мне. Замираю натянутой струной. Обнимет или нет? Ох, зачем я его пустила? Мы же здесь совершенно одни!

– Ты одна? – он будто слышит мои мысли.

– Нет, дочка спит, не шуми, – ложь так легко слетает с моих губ, что я сама себе удивляюсь.

– Побыть с тобой?

Леша стоит очень близко. Дышит в затылок.