Мой куратор – наследник престола
Шрифт:
Ну не хочу я решать эти задачки по нумерологии! И ладно одну! Ладно — две. Я согласна даже на пять! Но тридцать!!!
— Убить его будет легче… — задумчиво протянула я, пытаясь вникнуть в условие.
— И то верно, — раздался шепот за спиной. Обернувшись, увидела братьев Ферден.
— Но лучше не стоит, — протянул Агес.
— Вдруг он обратится демоном?
— И снова станет преподавать?
— Ужас! — заключили мы втроем.
— Вождь Светильников, а где наши бомбочки? — с претензией поинтересовался Арес.
Где-то в светлом будущем без задачек по нумерологии, очевидно.
По правде говоря, у меня был сто и один свободный час на их создание, вот только я… бессовестно про них забыла. Но сейчас, когда познакомилась с тем, на чью уважаемую голову упадут эти самые бомбочки, я испытываю великое желание приступить к работе немедленно!
— Господа, правильно ли я понимаю, что мстить вы собираетесь Грейлису?
— Так точно.
— Точнее и быть не может!
— Он гад!
— Натуральная жаба.
— Из-за него исключилась наша сестра!
— А ещё наш хороший друг!
Вот ведь…
— Почему же ректор его терпит? — спросила озадаченно.
— В прошлом он был министром.
— Очень важной шишкой!
— Его дочь служит при дворе, а племянница жена самого графа Вердье… Ой!
— Короче говоря, с ним лучше не связываться, — заключила я, проигнорировав упоминание об отце. Братья активно закивали. — Что ж, друзья мои, я знаю кучу способов насолить ему, начиная с безобидных бомбочек заканчивая… — выдержав театральную паузу, я махнула рукой. — Впрочем, неважно. Времени на всё это у меня больше нет. Если хотите, можете забрать сундук с инструментами. Боюсь, я не смогу вам помочь. Как жаль, как жаль…
Как же жаль, что я не стала актрисой! Уверена, зрители бы оценили мой талант. Совсем как братья Агес и Арес Ферден.
— А давай мы сделаем домашку за тебя!
Выпьем же за здравие моих братьев из тайного общества Светильников!
Оставив юношей возиться с задачками и докладом, я бросилась в комнату. Меня ждал увлекательный вечер в компании любимого дела… А ещё меня зачем-то ждала моя младшая сестра.
Очень злая, стоит заметить.
25
— И где ты шляешься, Ева?
Вот это да! Она помнит моё имя. Удивлена.
— Там, куда тебя ни за что не пустят, — усмехнулась я, проходя к двери. — Туда принимают только тех, кто умеет читать.
— Ах ты! — ей явно хотелось броситься на меня с кулаками. Она всегда пытается решить вопрос силой. И всегда проигрывает. Несмотря на то, что Элеонора выше и крупнее меня, дерется она как истинная аристократка.
Громко и нелепо.
Я уж было приготовилась отбиваться, как вдруг сестричка продемонстрировала феноменальную выдержку и отказалась от затеи получить по шее.
— Тебе письмо от отца.
Она протянула мне конверт со сломанной печатью.
— Ого, так читать ты умеешь? Чужую почту уж точно.
— Отвали от меня, бродяжка! И знай: я тебя ненавижу! Ненавижу! — для пущего эффекта она грозно топнула ножкой и убежала.
Я проводила взглядом самого злобного почтальона в королевстве и крепенько задумалась. Да, у Элеоноры характер совсем не мороженое в сахарном сиропе, однако такой я вижу её второй раз в жизни.
Первый раз случился в день моего возвращения из приюта, но там-то хоть было ясно отчего расстройство — тут на голову сестра упала.
А что же случилось в этот раз?
Пальцы, сжимающие конверт, зачесались от нетерпения. Забежав в комнату, я прочитала своё первое письмо от отца.
И знаете что? Лучше бы у него отсохли руки! Или кончилась бумага… Или
чернила! Или всё вместе, чтобы уж наверняка!
«Евангелина, я очень недоволен твоим поступком», — гласило вступление. Ни привета, ни дорброго времени суток. А зачем? Верно. Незачем, потому сразу к сути:
«Вместо того, чтобы наконец отдать долг семье, что спасла тебя от нищенского существования, ты позорно сбежала. Совсем как твоя мать», — скорбно вздыхало сообщение. Я прямо-таки отчетливо вижу отца и нависающую над ним мачеху, которая диктует ему по слогам.
«Но не волнуйся», — да я само спокойствие.
«Я понимаю, что запустил тебя», — куда?!
«Ты никогда не сможешь сравниться с братом и сестрой», — благодарю за комплимент, батюшка. Мне приятно.
«Но этого и не нужно, ведь я подобрал для тебя хорошего мужа», — славно! Хороший муж — это прекрасно. А все прекрасное нужно тащить в семью. Потому я, как
примерная дочь, оставлю этого хорошего мужа вам, отец! Совет да любовь, кхе-кхе.
«С ним тебя никто не станет обижать», — не поняла. Кто меня обижает? Выходи! Хоть посмотрю на тебя. Хм, никого нет? Верно, ибо не родился ещё человек, способный меня задеть.
«Он богатый и знатный, потому у тебя наконец получится возвыситься», — и снова, куда? Куда меня все пытаются запустить и возвысить? Мне и на земле чудесно ходится.
«После свадьбы никто не станет насмехаться над твоим происхождением. Заканчивай этот фарс с академией, берись за ум и выходи замуж за генерала Рандорра», — знаешь что, папенька? Свой совет… себе посоветуй.
В уголочке листа ютилось короткое «Отец», под которым следовала размашистая подпись. Мог бы ещё печать рода поставить, а после обратиться к королю за заверением, чтобы я уж наверняка вняла его словам.
Что ж, теперь ясно, почему сестрица столь нервная. Просто её жених внезапно стал моим. Какая досада.
26
Впрочем, её-то я и ждала. Я давно знаю о намерении папеньки удачно женить меня на каком-нибудь кошельке с титулом. И вот: получите, распишитесь, фату наденьте, туфли тоже и будьте добры к алтарю.
— Апчихвах! — крикнула я задорно. Пёс выскочил из-под кровати и с интересом воззрился на бумажку в моих руках. — Насчёт три… Готовьсь! Три!
— Апчху-у-у! — выдал моё пушистый друг, прицельно плюнув огоньком в бумажку. Та вспыхнула и была такова. Отличная командная работа!
Жаль, что слова графа Вердье нельзя также выдуть из головы.
Надеюсь, теперь понятно, почему я так хотела сбежать из страны? Да-да, именно из-за жениха. И именно из-за него мне ни в коем случае нельзя вылететь из академии, ведь только она может спасти меня от свадьбы на эти пять лет.
Отец знает, на каком я факультете. И знает, что вот-вот я провалюсь.