Мой любимый демон
Шрифт:
Но увидел лишь запутавшегося зверька, который чувствует, что живёт не своей жизнью. Чувствует, что лишняя на этой шумной вечеринке. Я чувствовал то же. За всю свою жизнь прекрасно научился разбираться в людских эмоциях и притворство чувствовал за милю. Она не играла.
Увидев её, откуда-то появилось новое чувство. Желание схватить её в охапку и утащить прочь. Чтобы она спокойно выдохнула и стала самой собой. Потому, что эта разодетая, как уличная потаскуха и исполняющая роль ни то гостеприимной хозяйки, ни то официантки — не моя Бэмби. Не та настоящая Мишель. Я это чувствовал. Эй просто не хватало смелости быть собой. Кто её такой сделал? Нет я не испытывал к ней жалости. Я испытывал ярость ко всем, кто её окружал.
А в особенности к её женишку. Какой он всё-таки идиот. Наивный простак. Как ещё таких в полиции держат? Не составило труда «случайно» познакомиться, когда его машина опять же «случайно» поломалась на трассе. Но иного пути сблизиться с малышкой у меня не было. «Друг» её жениха. Что в нём может быть не так?
Эта слепая мразь не видел, какие голодные взгляды бросали на мою малышку все присутствующие. А может и видел, поэтому заставил надеть это вульгарное платье. Может ему нравилось чувствовать превосходство перед другими. Превосходство обладания такой девушкой. В этом платье она была хороша, но это не она. Я чувствовал, что под маской гостеприимной улыбки скрывается боль и отчаяние. Мне ещё предстояло разобраться в их причине.
А этот Эйден. Дьявол. Что за кретин?! Он пытался наложить свои грязные лапы на моё сокровище. Засунуть похотливый язык в горячее лоно моей наивной ни о чём не догадывающейся нимфы. И я этот язык вырву. Вместе с руками. Но с ним разберусь позднее.
Сначала Макс. Для него у меня припрятана пара козырей… Я сам не знал, для чего мне это всё надо. Ведь я собирался разрушить жизни совершенно посторонних мне людей, ради всего одной девушки. Заочно лишь знакомой девушки. Той, за которой я, словно одержимый маньяк ходил по пятам всю эту неделю. И этот вечер должен был поставить точку в этой игре в кошки-мышки. Я много лет, да можно сказать всю жизнь, ограждал себя от сближения с кем-то. Чувства — это Ахилесова пята. А мне она не нужна. Так почему же чёрт возьми всё пошло не по плану?
Я отлично играю в похер. Поэтому мне не составило труда на той вечеринке с каменным выражением лица выслушивать открытые заигрывания какой-то крашеной курвы, пришедшей сюда с мужем.
Всё моё внимание занимала Мишель. Она слушала болтовню подруги с отсутствующим выражением лица. Но стоило лишь ей встретиться со мной взглядом, как щёк коснулся яркий румянец. Я смотрел ей прямо в глаза и вспоминал прошлую ночь. Остервенело трахая какую — то девицу, представлял на её месте другую. Оргазм обрушился, поглотив меня яркой вспышкой с ЕЁ именем на губах. Точно так же одними губами я произнёс это имя.
— Мишель… — знаю, она меня поняла, так как вздрогнула и отвела взгляд. Сердце колотилось, как бешеное, грозясь заглушить музыку и пустую болтовню надоедливой бабёнки. Казалось, никого нет. Только я и моя Бэмби.
А эти глупые людишки. Чёрт, сколько же лицемерия. Стоят здесь такие воспитанные и богатые, делая вид, что им не плевать на чужие проблемы. Делают вид, что у этих мужа и жены нет никого ближе друг друга. Мари так нежно целует своего мужа, а потом идёт и как бы случайно кладёт мне руку на яйца, предлагая уединиться.
И она осталась довольна, так как почувствовала затвердевший член под рукой. Думая, что своим откровенным поведением вызвала во мне такие эмоции. Своей не по возрасту шершавой рукой, своим дыханием, пропитанным алкоголем, своим дурацким кокетством прожжённой портовой шлюхи.
Я грубо сбросил её руку. Даже если бы она перед всеми сейчас встала на колени и вытащила мой горящий член, это бы ничего не изменило. Все мысли были направлены на мою нимфу и её подругу. На которую у меня тоже есть толстенькая папочка с информацией. Ничего особенного, но мне может пригодиться. Пусть у Степана немного мозгов, но со своей работой он справляется отлично.
Как же мне нравится чувствовать её имя на губах. Я прикрыл глаза, наслаждаясь. Но ещё больше хотелось услышать своё имя, произнесённое её мелодичным голосом, когда она будет извиваться под тяжестью моего тела.
Но не сейчас. Не сегодня и не завтра. Я сделаю всё аккуратно. Она сама сделает шаг ко мне навстречу, когда придёт время. На эту малышку у меня далеко идущие планы. Стану для неё всем. Любовником, другом, защитником, грёбаным воздухом стану. Главное не спугнуть.
Только не она. ЕЁ я не отпущу.
Я докажу всем, что заслуживаю счастья. Докажу это себе.
Следующей ночью я шёл по длинному коридору в подвале своего нового клуба, прокручивая события вечера.
Впервые, наверно, разрывался от противоречивых чувств. С одной стороны, хотелось бросить эту затею и быть как можно дальше от неё, предчувствуя, что это может закончиться плохо. Для неё или для меня. Но зверь в груди довольно урчал, вспоминая, как расширились зрачки девушки, стоило лишь мне оказаться в опасной близости. Я видел, как участилось её дыхание, как соблазнительно облизывала пересохшие губы, как подрагивали тонкие пальчики, теребившие платье, когда она жадно рассматривала меня. Моя птичка ухватила наживку и попалась в силки.
Она, несомненно, чувствовала этот электрический разряд, сквозивший между нами с первой встречи. И будь она смелее, давно поддалась бы ему. Но сопротивление лишь усиливает желание победить и сделать своей.
Тогда в клубе она была смелее. И я разбужу в ней эту смелость. Она будет истекать от похоти только от одного моего взгляда. Кричать от наслаждения от мимолётного прикосновения к своей пылающей коже.
В холодной полутёмной комнате, расположенной в конце коридора, я с наслаждением вдохнул спёртый воздух с примесями крови.
Что может приносить большее наслаждение, чем предвкушать её горячие губы на своём теле и одерживать мелкие победы на пути к большим… И одна из этих мелких побед корчилась передо мной, пытаясь вынуть кляп изо рта и освободиться от верёвок.
Его ноги едва касались каменного пола. Кляп и мешок на голове, наверняка, заставляли сжиматься сердце от неизвестности и паники. Ничто не приносит столько страха и отчаяния, как неведение. Когда не знаешь, что там скрывается в этой темноте. Какая ярость блуждает в груди палача, готовая разорвать его на куски. Тьма может навсегда стать спутницей этого слизняка. Достаточно лишь надавить пальцами на эти похотливые глаза, которые смотрели на моего оленёнка.
Видимо, услышав шум, мой гость начал истерично мычать и дёргаться. Это, как музыка для моих ушей. Длинная ночь становилась всё лучше и лучше.
Медленно, чеканя каждый шаг, я подошёл к мужчине. Мешок с головы полетел на грязный пол. Он пару секунд морщился от света лампы, висящей над его головой. Но когда сфокусировал взгляд на мне, его глаза открылись ещё шире.
— Как я рад, что ты заскочил ко мне в гости, зайка. Чай, кофе? — я улыбнулся, как мне казалось, гостеприимной и открытой улыбкой. Эйден издал какой-то вопль, который заглушил кляп во рту.