Чтение онлайн

– Алька, я тут тебе платьишко ещё принесла! – Вера бесцеремонно зашла в примерочную, игнорируя намёки подошедшей девушки-консультанта на то, что можно только по одному. – Эй, ты почему такая красная?

– Нипачему! – буркнула подруга. – Платье своё давай!

– На, на… Только не кусайся. Вот сейчас платьице тебе купим и пойдём в кондитерскую. Там такие пирожные!

Алевтина застегнула злосчастный бюстгальтер, из-за которого и случился конфуз, и натянула на себя ярко-синюю тряпицу, которую в прошлой жизни даже примерить бы не решилась, а сейчас была намерена поселить её в собственном гардеробе. Главное, чтобы больше никакие придурки не врывались в примерочную.

А в квартире Романовских детишки занимались зачисткой шкафа и комодов Алевтины Анатольевны.

– Я думал, ты меня ругать будешь! – заявил Пашка, стараясь не смотреть на материнское бельё.

– Такое вполне могло быть, – улыбнулась Алина, отправляя колготки со стрелками в мусорный пакет. – Но не в этот раз. Мы с мамой об этом говорили. Тётя Аля давно себе ничего не покупала и никуда толком не выходила. А сейчас… А сейчас ей просто необходимо что-то поменять. Так почему бы не начать с одежды?

Пашка не сводил с подруги восхищённого взгляда.

– Что? – смутилась та.

– Алинка, я тебе говорил, что ты классная?

– Не помню такого, – фыркнула она, пряча смешинку в глазах, – но спасибо.

В мусорку отправились два больших пакета с одеждой.

– Пойдём погуляем, – предложил Пашка, глядя на почти полностью пустой материнский шкаф.

– Боишься, что тётя Аля головы нам за самоуправство оторвёт?

– Ага.

– Согласна. До вечера не возвращаемся.

На том и порешив, друзья трусливо покинули место преступления. Как раз вовремя, потому что стоило им зайти за угол дома, как на горизонте появились мамаши со множеством пакетов в руках.

– Я деньги не взяла, – вздохнула Алина, когда они с Пашкой дошли до ларька с шаурмой.

– Ничего, я тебя угощу.

– Не надо, Паш. Я знаю, что у вас с мамой сейчас не очень с деньгами. Да и моя мама написала, что они очень много вещей купили.

– Эй!

– Паш, не обижайся только…

– А я и не обижаюсь, – успокоил её парень. – У меня конвертик есть особый – там денежка есть, так что я не бедствую. И работу я скоро найду.

– Паш, а учёба? – Алина с сомнением посмотрела на друга.

– А ты мне на что? – хохотнул он и без предупреждения подхватил девушку на руки, и закружился на месте.

– А… Отпусти!

– Не-а!

– Паша!

– Ни-за-что!

Алина смеялась, Пашка широко улыбался, а прохожие разглядывали счастливую парочку, и у них на душе становилось теплее.

Друзья не расставались до самой темноты. Гуляли, ели мороженое, ужинали хот-догами на скамейке в парке, слушали музыку, катались на детских качелях, кормили уток и не хотели уходить домой.

– Пора, – со вздохом сказала Алина, глянув на часы. – Уже десять.

– Мы совершеннолетние, нам можно гулять столько, сколько захотим.

– Паш, я замёрзла.

– Прости, не подумал.

Он бы с радостью снял с себя футболку и отдал её подруге, но подумал, что Алина вряд ли обрадуется, если он будет ходить по улице с обнажённым торсом. Хотя… Нет, не стоит её пугать.

Проводив подругу домой, Пашка ещё какое-то время побродил на свежем воздухе и только после этого отправился домой. Мать как раз примеряла обновки, когда он зашёл в квартиру.

– Пашка, глянь, как тебе? – Алевтина Анатольевна повертелась в ярко-синем платье перед сыном, юбка взлетела вверх, обнажив стройные лодыжки.

Одежда сидела прекрасно, но не это впечатлило Пашку. Глаза. У Алевтины Анатольевны горели глаза.

– Мам…

– Что? – женщина остановилась и с улыбкой посмотрела на сына.

– Ты красавица. И всё у нас будет хорошо.

В воскресенье отсыпались все. И даже жаворонок Алина предпочла подольше понежиться в тёплой постельке. Впрочем, и погода способствовала ничегонеделанию. С утра зарядил дождь, и тучи не спешили покидать небо. Вера Георгиевна, кряхтя и ругаясь, отправилась на работу и через пятнадцать минут вернулась, вспомнив, что у неё законный выходной.

Пашка весь день провёл с мамой, помогая ей избавиться от вещей, когда-то дорогих сердцу, а ныне приносящих лишь боль. У самой женщины рука не поднималась, сынуля же подобных трудностей не испытывал. Часть отправилась в мусоропровод, а другая – в коробку, чтобы позднее отдать её отцу.

– Завтра встречаетесь? – как бы невзначай поинтересовался Пашка.

– Да, – кивнула Алевтина Анатольевна, не глядя не сына. – Завтра твои родители официально разведутся.

– Ну и хорошо.

В понедельник она отпросилась у Кирилла, пообещав тому напечь целую гору пирожков с клубничным вареньем. И к обеду уже была свободной женщиной. С квартирой, и так доставшейся ей от родителей, но без дачи и машины. Впрочем, водить её Алевтина всё равно не умела. Новая пассия Костика дожидалась в «ласточке», но бывшую супругу это почему-то никак не тронуло. Может быть, она и правда мужа не любила.

– Здрассьте, – с лёгкой улыбкой кивнула старшая госпожа Романовская будущей.

Девушка растерянно моргала, не зная, куда девать глаза. Алевтине стало её немного жаль.

– Аль, ты прости меня… – пробормотал Костик, глядя на носки своих парадных лаковых туфель.

– Да иди ты… с миром, – хмыкнула она. – Пашку только не забывай, хорошо?

– Хорошо.

Алевтина внимательно посмотрела на бывшего мужа и попыталась вспомнить, когда в последний раз слышала от него «я тебя люблю», когда в последний раз он её целовал. Не дежурный чмок перед уходом на работу, а настоящий пламенный поцелуй? Вспомнить она не смогла…

– Кость?

– Что?

– Когда мы разлюбили друг друга?

Впервые за последнее время он посмотрел ей в глаза:

– Я не знаю, Аль… Знаешь, мне кажется, ты меня и не любила. И, прости, я тебя, кажется… тоже никогда не любил…

Он ожидал, что Алевтина сейчас хорошенько съездит ему по лицу и приготовился держать удар, но пронесло. Задумчиво кивнув, она вздохнула. Валун на плечах раскололся и осыпался на землю маленькими камешками.

– Кость, зачем мы вообще поженились?

– Ну… – задумался он. – Родители настаивали… Да и Верка твоя по большой любви замуж выскочила. Ты тоже так хотела. Да и я был не против.

– Да… Видимо, так оно и было. Будь счастлив, Кость…

– Ты тоже, Аль.

 С отцом Пашка отказывался не только встречаться, но и разговаривать по телефону, да тот и не настаивал. Скоро должна была родиться дочурка, и всё своё время он посвящал беременной любовнице.

– Паш, ты ненавидишь папу? – спросила у друга Алина, когда они во вторник возвращались домой. День выдался насыщенным, и они еле волочили ноги.