Чтение онлайн

Подхватываю рюкзак с пола, прохожу мимо Ани, молча наблюдающей исподлобья за каждым моим действием, и обуваюсь в прихожей.

– Повеселись, заяц, - бросаю, открывая дверь, а в ответ мне летит оглушительное и парализующее:

– Ты вернешься? – рука вздрагивает на дверной ручке, и я крепко сжимаю потертую сталь. В ее голосе не надежда услышать отрицательный ответ, и это обездвиживает стремительнее любого транквилизатора. В памяти всплывает знаменитый диалог «Я не могу найти предлог, чтобы остаться», «А я не могу найти предлог, чтобы Вас остановить». Ну, или как-то так. Оборачиваюсь и усмехаюсь как можно безразличнее:

– Тебе же лучше будет, если не вернусь.

Разворачиваюсь и выхожу, захлопнув дверь.

Аня

Вздрагиваю, едва остаюсь одна, и обхватываю себя за плечи. Смотрю на дверь, через которую вышел Дима, и не могу понять, что со мной происходит. В квартире вдруг стало пусто и холодно. И пусть на улице стоят самые жаркие дни лета, но мне не по себе. Какое-то неприятное ноющее чувство, идущее прямо изнутри. Обвожу взглядом зал, силясь зацепиться взглядом хотя бы за одну его вещь, но на диване только мой ноутбук. Ни его вечно валяющейся толстовки, которую я только за сегодня два раза сложила на стул, ни чашки, которую Дима не старался относить на кухню, после того, как попьет кофе

. Почему стоит нам получить желаемое, как вместо закономерного чувства счастья наступает гнетущее опустошение? Проси и получишь, слышала где-то такие слова. Я просила. Наверное, слишком усердно, раз мое желание исполнили так скоро и вместе с тем так не вовремя. Прохожу на балкон и в пепельнице вижу окурки. Раз, два три….. Десять штук. Единственное доказательство того, что он здесь был, и мне не приснилось все это происшествие, ведь ко сну невозможно испытывать такие необъяснимые ощущения. На всякий случай смотрю вниз и вижу, как за углом скрывается тень в черной кофте. Как призрак или что-то несуществующее. Делаю глубокий вдох и захожу обратно. Почему мне кажется, что он не вернется?

Господи, да ведь я радоваться должна, что кошмар закончился, и уголовник, совершивший какое-то ужасное преступление, больше не угрожает моей жизни. Теперь он возьмет в заложницы другую такую же девчонку, будет так же ей угрожать и возможно приведет в исполнение свои угрозы, только почему же тогда я чувствую такое дикое опустошение? Словно потеряла кого-то очень важного и близкого? И сама не верю в мысли о преступлении, которое он мог совершить.

В дверь вдруг раздается звонок, и я срываюсь с места в надежде, что он передумал, бросаюсь открывать.

– Ты вер... – радостно восклицаю, толкая дверь, но тут же чувствую, как меня с диким визгом сбивают с ног мои же друзья.

Разочарование плашмя опадает на дно желудка, но я все же улыбаюсь оттого, как Сашка подхватывает меня за талию и тащит в комнату. Вокруг мелькают пятна разноцветных гелиевых шаров, заполняя собой весь потолок, кто-то взрывает хлопушки, с правой стороны вырастает огромный букет красных роз, а с левой красиво упакованная коробка с тортом.

– Анька, ты чего это удумала? – возмущается Никитка, мой хороший друг, трепля как щенка по голове. – Друзей кинуть решила?

– Ничего я не решила, - оправдываюсь, глупо радуясь их присутствию.

– С прошедшим, малая! – вручает Даня, наш отъявленный двоечник, букет фиалок и звонко чмокает в щеку.

– Спасибо, - благодарно принимаю букет и, уже не разбирая, кто что говорит, просто слушаю их веселый гомон, киваю каждому и подставляю щеки для поцелуев.

Дима не угадал. Ребят не десять, а двенадцать. Половина нашей группы, все те, кто присутствуют на каждом мероприятии и действительно являются настоящим костяком дружного коллектива. Где-то сзади остальных топчутся Катя с Киром, но мне на них плевать. Эти двое нашли друг друга. Дашка крепко целует меня в щеку и утаскивает в сторону, пока остальные раскладывают стол. Я уже привыкла к их таким набегам. Иногда мне кажется, ребята знают мою квартиру даже лучше, чем я сама. Так, например, я понятия не имела, что стол вообще имеет свойство раскладываться, пока они в первый раз не налетели и не совершили мебельный переполох.

– Слушай, ты в курсе про Катю и Кира? Я, блин, в шоке! – Дашка возмущенно крутит у виска пальцем, косясь на влюбленную парочку.

– Да, они сегодня мне сказали. Ты не знала?

– С ума сошла! Они всем сегодня объявили. Конченые. А Катю я вообще урою, стерва, как только без своего чмыря останется.

– Успокойся, не трогай их, - успокаиваю я подругу. Новость, что она не знала о происходящем, помогает дышать легче. Все же не все близкие люди оказались предателями. – Пусть встречаются себе. Все равно это ненадолго, как будто ты не знаешь Кирилла.

– Это точно, – смеется девчонка, с которой я делю парту вот уже четыре года, и осматривает меня придирчивым взглядом, - Ты давай одевайся приличнее, чтобы не светила тут своими прелестями второго размера через домашний топ, а мы с девчонками пока нарезку сообразим и на стол накроем.

Черт, я же все еще в домашней одежде, потрясенно опускаю глаза на грязные шорты, в которых мыла полы на кухне, и стон разочарования вырывается изо рта. Ко мне гости пришли, а я вместо того, чтобы выглядеть по-человечески, думала совсем ни о том, о чем нужно. Или точнее ни о ком нужно. Трясу головой, стараясь выбросить мысли о Диме из головы. В конце концов, если он захочет, то вернется. А если нет?

Достаю из шкафа свое одно из двух нарядных платьев бежевого цвета, называемое Дашей «платье - сосиска». Идеально сшито по моей фигуре, оно подчеркивает все то, что обычно остается скрытым. Знаю, что смотрюсь в нем ошеломительно, потому что парни всегда взглядами провожают, стоит его надеть, но именно по этой же причине и стараюсь носить его как можно реже. Не люблю всех этих слюней от дворовых кабелей. А сегодня можно. Все свои. Мысль о том, что, возможно, Дима вернется и увидит меня в нем, мышью проскальзывает вдоль стены сознания, но я ее намеренно не замечаю.

Переодеваюсь в ванне, волосы распускаю и расчесываю, пока слышу звонкий смех девчонок с кухни. Наношу легкий макияж, состоящий из подводки и туши, и уже собираюсь выходить, как в ванну вламывается Катя.

– Нютик, ты не обиделась, что так все получилось? – заискивающе смотрит в глаза, а мне даже стоять рядом с ней противно.

– Нет, я рада всех видеть, - сухо отвечаю и хочу протиснуться мимо, но Катя склоняется и шепчет:

– А где Дима? Я думала, ты с ним будешь.

– Мы встречаемся, а не живем вместе. Понимаешь разницу?

– Не знаю, думаю, все были бы счастливы познакомиться с таким красавчиком.

И только глядя в ее ядовито сверкающие глаза я понимаю, что она сделала все это намеренно. Может даже и сама предложила завалиться гурьбой ко мне только ради того, чтобы показать всем Диму. Музейный экспонат, столь редкий, что заслуживает особо тщательного знакомства. Сдерживаю оскорбительный поток слов в ее адрес и, гордо выпрямив спину, заявляю:

– Катя, это мой красавчик, и если я посчитаю нужным его со всеми познакомить, то сделаю это. Но не по всеобщему требованию.