Мой механический роман
Шрифт:
– Хорошо, я буду вратарем, – предлагаю я, становясь в воротах. – А ты попробуй забить.
– А что я получу, если выиграю? – спрашивает Бель, прикрывая рукой глаза. На улице хоть и прохладно, но солнечно.
– А что ты хочешь?
– Миллион долларов и мир во всем мире.
– Может, просто мир во всем мире? Или хотя бы мороженое.
Не сочтите за эгоизм, но лично я не отказался бы от последнего – просто умираю с голоду.
– Договорились. – Она самодовольно опускает мяч на землю. – Сколько у меня попыток?
– Три.
– Десять.
– Это не торги.
– Отлично. Тогда семь.
– Пять.
– По рукам, – объявляет она и отправляет мяч в левый нижний угол.
Я ловлю его носком ноги, подбрасываю к груди и возвращаю ей.
– Попробуй еще раз.
Второй мяч летит почти в то же самое место.
– Ты что, установил в мяч навигатор? – недоверчиво спрашивает Бель.
– Ага. Не уверен, в курсе ли ты, но я очень хорошо разбираюсь в робототехнике.
Она показывает мне язык, словно шестилетний ребенок, и я снова бросаю ей мяч.
– Давай же, Бельканто.
Она закатывает глаза, а затем пинает мяч… точно в ту же точку. На этот раз, правда, я едва не пропускаю его.
– Я ввела тебя в заблуждение, – кричит она мне, держа руки у рта, как рупор.
– Ладно, значит, ты умеешь в тактику. – Я отбиваю мяч в ее сторону. – Но на этот раз пробуй целиться.
Она со стоном откидывает голову назад.
– Например, в меня…
– Отвлечение внимания! – кричит она, ударяя по мячу точно в тот момент, когда ее рука направлена в мой торс, заставляя меня увернуться в сторону. Мяч все же пересекает линию ворот.
– Забила! – задыхаясь, восклицает Бель, пританцовывая на месте. – И я прицелилась в тебя, да! – добавляет она, с триумфом вскидывая руку вверх.
– Это против правил, – сообщаю я.
– Никто не знает правил футбола, – торжественно отвечает она.
– А вот сейчас ты точно не права.
– О, Тео, Тео, Тео. – Она тяжко вздыхает. – Такой молодой. Такой глупый.
Эта девушка безнадежна.
– Отлично, тогда твой последний удар – мой, – заявляю я, направляя ее в ворота. – Таковы правила.
– Справедливо. – Она убирает волосы с глаз, ухмыляясь. – Ну же, испытай меня, Луна. Всего одна попытка.
– Один удар, да, – соглашаюсь я, ловко выхватывая мяч из ее рук. – Готова?
Она приседает в силовой стойке.
– Готова.
Я наношу удар по мячу, целясь в правый верхний угол, и он, как я и предполагал, беспрепятственно ударяется о сетку. Бель пытается поймать его, но в итоге ей все равно остается лишь смотреть, как мяч летит над ее головой.
– Ну, – оправдывается она, – ты ведь уже играл в эту игру, верно?
– Раз или два приходилось.
– А я-то думала, ты будешь снисходительнее к новичку.
– Зачем это? – Я пожимаю плечами. – Ты, например, меня никогда не жалела.
– Верно подмечено. – Бель снова убирает волосы с лица; на ее щеках играет румянец. – Значит, мы должны друг другу мир во всем мире?
Я закатываю глаза.
– Пошли уже, Бельканто, – говорю я, – нам еще ворота надо убрать.
В конце концов мы покупаем по мороженому и обсуждаем возможность терраформирования Марса. Я считаю, что это вполне реально; она же думает, что нам вообще не стоит ничего менять. И скорее всего, мы оба правы.
Потом у нее пищит телефон, и она залипает в нем. Я вспоминаю, что у меня тоже висит пара непрочитанных от Дэша.
Дэш: Мама говорит, что ты должен прийти к нам на ужин.
Дэш: Наверное, она думает, что ты какой-то грустный сиротка.
Дэш: Или снова закажешь доставку?
Дэш: Если да, то обязательно возьми дополнительную порцию самосов.
Дэш: Я могу внезапно нагрянуть к тебе.
– Хочешь заехать ко мне и захватить тот вращающийся накопитель, который я сделала? – спрашивает Бель, поднимая на меня глаза, пока я печатаю Дэшу сообщение. – Мы можем поработать над ним еще, если, конечно, твои родители не против.
– О, их нет, – сообщаю я, отвечая Дэшу, что просто куплю тайской еды и продолжу работу в лаборатории. Но вдруг краем глаза замечаю, что Бель нахмурилась.
– Их нет дома?
– Они в Женеве, – поясняю, отрываясь от телефона. – Я лечу туда с бабушкой и дедушкой позже, чтобы провести с ними остаток каникул. Мне просто хотелось немного поработать над ботом, вот я и задержался.
Отец почти всегда поддерживает мои решения позаниматься учебой дополнительно, когда они с мамой путешествуют; по его мнению, каждый упущенный день каникул – это еще один шанс для кого-то превзойти меня. К тому же он просто ненавидит собаку бабушки (что бы между ним и Латке ни происходило, судя по всему, это взаимно).
– О, – внезапно понимаю я намек. – Если хочешь, можем просто пойти ко мне. У меня дома целая куча материалов, не хуже, чем в лаборатории.
И лишь через несколько секунд до меня доходит, что я только что предложил Бель поехать ко мне после того, как сообщил, что дома моих родителей нет.
Поспешно даю задний ход.
– Я просто хотел сказать, что…
– Ну, нам все равно нужно забрать механизм, – отвечает она, и ее щеки слегка краснеют. – Может, сначала все же ко мне? Раз уж моя машина осталась на парковке.
– Конечно, – киваю я, прочищая горло. – Давай.
В машине Бель ничего не говорит, а лишь самозабвенно подпевает музыке, пока мы едем к ее дому (я разрешил ей поиграть в диджея, и она, к счастью, справляется с этой задачей намного лучше, чем Дэш, хотя песни Тейлор Свифт звучат немного чаще, чем мне того хотелось бы). Она живет в одном из тех многоквартирных домов с садиками во дворе, чего, кажется, стесняется. Но лично я нахожу его довольно симпатичным, и когда она открывает дверь, картина дополняется сиянием гирлянд и запахом еды.
– О, черт возьми, нет! – досадует Бель, когда я натыкаюсь на ее спину. – Что ты здесь делаешь?
– Изабель, пожалуйста, – раздается женский голос, – следи за языком!
– Я тоже рад тебя видеть, – отзывается парень примерно моего роста, правда, его грудь раза в два шире моей. – Вот черт, – смеется он, увидев меня. – А это кто, Ибб?
– Люк, – стонет Бель, – это Тео. Пожалуйста, веди себя нормально…
– Это теперь твоя фишка? – спрашивает Люк, с сомнением глядя на меня. – Вот чем ты теперь увлекаешься? И за этим ходишь в свою частную школу?