Чтение онлайн

Вика теряет ко мне всякий интерес и переключает всё своё внимание на краденного. Макс жмёт мне руку и наклонившись целует Тори в губы. Эти двое настолько влюблены друг в друга, что даже воздух на кухне пропитан этим чувством. Макс отрывается от губ Вики и садится рядом с ней. У обоих глаза сверкают ярче тысячи бриллиантов.

— Какие планы? — спрашиваю у ребят.

— Поедем домой. Там Инди одна, — говорит сестра.

— Можно подумать без вас она прям с ума сойдет, — усмехаясь я. — Так и скажите, что торопитесь остаться одни.

— Подобное говорить в твоей квартире опасно для здоровья, — ржёт Макс, а Вика хлопает его по ноге.

Ребята покидают мою квартиру через полчаса, перед уходом Вика даёт мне одежду для Теоны и просит передать привет. Провожаю влюбленных Голубков и возвращаюсь к своему остывшему кофе. А в голове всё обдумываю слова сестры.

Записать Теону на бокс может и неплохая затея. А если не бокс? Какие еще есть варианты для девушки? Ну конечно, самооборона. Купить ей балончик, чтобы носила всегда с собой.

И пора показать Артуру, что он должен забыть о Тео. Жаль его нельзя засадить, уж больно этот урод продуманный. Всё делалось по обоюдному согласию, а значит ничего он не нарушал. Но ведь можно ударить по его самолюбию или взять хитростью.

Взглянул на часы, начало второго. Нужно приготовить завтрак, а то скоро проснется моя гостья.

Теона появилась на кухне минут через двадцать. Она не ожидала что в квартире мы остались одни и этот факт её явно смущает. Я же желая немного подразнить девушку, приблизился слишком близко. Только похоже желание сыграть на смущении Теоны вышло боком мне.

Взгляд глаза в глаза, слишком близкий и слишком интимный. Так нельзя смотреть на свою клиентку. Вздох сорвавшийся с нежный губ, заставил переместить на них взгляд и, кажется, я пропал. Желание коснуться их хотя бы кончиками пальцев стало нестерпимым. И я сбежал. Конечно использовал благовидный предлог: нельзя принимать пишу с голым торсом, но себя то не обмануть.

Меня ведёт от близости Тео. Но это всё легко вылечить свиданием с какой-нибудь подружкой. Я не должен забывать, что Тео клиентка, которой нужна моя помощь. А не девушка, в которую я могу влюбиться. Да мне и не нужно это.

Возвращаюсь назад как ни в чем не бывало и приступаю к еде. А после везу Теону в спорткомплекс. Мне удалось её записать к самому лучшему тренеру по самозащите и сегодня у неё пробное занятие. Спортивный костюм опять одалживаю у Вики. Теперь я должен сестре поход по магазинам, чтобы восполнить все её потери.

Вручаю Тео в руки тренера и покидаю спорткомплекс. Нет необходимости мне присутствовать здесь, это явно лишнее. Пока она тренируется, успеваю съездить за балончиком. Нужно было бы взять ещё и электрошокер, но что-то мне подсказывает, что она никогда не воспользуется им.

Забираю уставшую после тренировки Тео. Она явно не ожидала, что в первый же день её будут так сильно гонять. Но это даже хорошо. Теперь у неё есть ещё одно важное занятие и мне можно реже бывать с ней наедине. Нам обоим нужно передохнуть, а то ещё немного и мы свернем не туда. Мне срочно нужно вспомнить, что я всего лишь помогаю ей избавиться от барьеров на пути к мечте. Довести свою работу до конца и отпустить Теону.

Теона

С моей первой тренировки прошло три недели. Вроде, это совсем немного, но мне кажется, я очень изменилась за это время.

Отправить меня на занятия по самообороне было мудрым решением. Не знаю, как в голове Остапа появляются подобные идеи, но ещё ни одно принятое им решение не было мне во вред.

Мой тренер — ходячая машина для убийств: холодный, сосредоточенный и беспощадный. Гоняет так, что после тренировки я буквально выползаю из комплекса. На все ворчания он отвечает абсолютно хладнокровно: «В момент опасности тоже будете ныть, чтобы били не так сильно или вовсе не нападали?»

Так что мне пришлось привыкнуть к нему и его подходу. Молча терпеть, когда мышцы горят огнём, стиснув зубы, продолжать тренировку и всё время сохранять бдительность. Пощады от этого перекаченного монстра не дождешься.

Теперь мой день начинается с пробежки, душа и плотного завтрака. Времени вариться в безрадостных мыслях нет, да и последнее время они меня не посещают.

Я когда-то читала, что занятия спортом стимулируют выработку гормона счастья, тогда мне казалось это бредом. Ну как можно быть счастливым, когда у тебя ноет каждая клеточка? Оказывается, можно. А еще можно чувствовать себя мегакрутой, когда можешь свалить на мат своего вредного тренера.

С Остапом мы больше никуда не ходим. Мне кажется, что он отгородился от меня. Словно понял, что пустил меня слишком глубоко в свою жизнь, испугался этого и хочет вернуть прежнюю дистанцию между нами. Теперь мы видимся всего два раза в неделю и наши встречи — это стандартные беседы психолога и клиента. Он задаёт вопросы, по большей части неудобные, а я отвечаю, разбираясь в себе. Стараюсь делать это максимально честно и открываться полностью, чтобы не осталось никаких белых пятен, потому что я не знаю сколько ещё продлиться это взаимодействие.

Все наши встречи заканчиваются одинаково: он говорит, что я молодец, прощается со мной и просто покидает комнату. Больше не пьёт у нас чай и не хозяйничает на кухне. Не интересуется мной и моими увлечениями, не зовет на свои «психологические» выходы или просто пройтись. И меня почему-то это очень сильно задевает. Каждый раз хлопок двери, за которой только что скрылся Остап, отзывается болью в груди. Неужели я влюбилась в своего психолога? Что за мания такая — любить того, кого не надо? Или мне просто больно, что он не стал мне другом?

Перед уходом, Остап всегда оставляет домашнее задание. Я обязательно должна сделать его к следующей встрече, и рассказать о своих результатах. На этой неделе я смотрю видео всех своих выступлений от самого первого до последнего. Моя задача — следить за моими эмоциями на этих кадрах.

Сначала это вызывает во мне сопротивление, мне трудно сфокусироваться, кажется, я не вижу ничего особенного. Но просмотрев их раз десять, мне всё-таки удается сосредоточится.

Лицо серьезное — это ведь так ответственно, выступать перед полным залом, и плевать, что половина собравшихся родственники. Но, несмотря на собранность, глаза сияют. То, что мне нравилось играть скрыть невозможно, как и невозможно не заметить. Взгляд полон радости, которую точно не получится сымитировать. Руки порхают над клавишами, нет ни зажатости, ни страха. Только уверенность, сосредоточенность и наслаждение музыкой, которая звучит в моем сердце и находит выход в инструменте.