Чтение онлайн

Я начинаю смеяться, а Остап встает из-за стола, подхватывает меня на руки и выносит из кухни. Обнимаю руками его шею, а ногами талию, покрывая поцелуями его скулу.

— Не хулигань, малышка Тео, — хрипит он.

— Почему? — невинно интересуюсь у него.

— Потому что я не железный.

— Так значит нужно себя отпустить.

— Да ты мелкая змеючка-искусительница, — усмехается он. — Нет, малыш, торопиться мы не будем.

— Почему?

— Потому что я хочу наслаждаться каждым мгновением и испытать всю гамму эмоций никуда не торопясь.

Он вносит меня в комнату, осторожно укладывает на кровать, забираясь на неё следом. Кладет мою голову себе на грудь и включает фильм, который мы смотрели утром.

Потом мы вместе готовим ужин — паэлью. Вернее готовит Остап, а я мешаю и ворую ингредиенты. Ужинаем, убираем со стола и моем посуду, а после Остап собирается домой. Он делает так каждый день, ссылаясь на то, что ночёвка вместе — важный шаг, и пока нам не стоит с ним торопиться. Мои возмущения вызывают у него лишь обычную хитрую улыбку.

Он долго целует меня, от чего я буквально плавлюсь. Это какая-то особая форма садизма — так целовать, не переходя черту. Затем желает «сладких снов» и захлопывает за собой дверь.

Закрываюсь на замок и иду к себе в комнату. Забираюсь на кровать, и, прикрыв глаза, глажу подушечкой указательного пальца припухшие губы. Разве можно быть такой счастливой?

Теона

Утром Остап заезжает за мной, чтобы отвезти на учёбу. Он делает так каждый день. А я всё ещё не могу к этому привыкнуть: мы же живём далеко друг от друга. Он в центре города, а я — в пригороде, в небольшом коттеджном поселке. Даже страшно представить во сколько он просыпается, чтобы успеть приехать за мной и отвести к началу занятий. К слову, я ни разу не опоздала.

И мне так это в нём нравится. Его забота не на словах, он просто приходит и делает. Может привезти ещё теплые булочки на завтрак или приготовить ужин, обязательно проследив, чтобы я поела. Может потащить смотреть на звезды, а может пригласить на голландский балет, после моего упоминания о том, как я это люблю.

Остап так открыт этому миру, что невольно я раскрываюсь сама. Он много шутит и улыбается, и я всегда смеюсь рядом с ним. Остап — мой главный слушатель и критик. Блеск его глаз, когда я начинаю играть, вдохновляет меня, мотивирует продолжать и не опускать руки несмотря ни на что.

— Привет, — здороваюсь с парнем, плюхаясь на пассажирское сиденье его машины.

— Привет, — улыбается в ответ, и тут же тянется ко мне для поцелуя. А я на несколько минут теряю связь с этим миром.

Остап, отстраняется, хитро прищурившись. Нежно проводит ладонью по моей щеке и подает стакан с кофе.

— Какой на этот раз? — спрашиваю с азартом.

— Попробуй и попробуй угадать, — отвечает, усмехнувшись. Бросает на меня ещё один взгляд и заводит машину.

Делаю глоток, пытаясь распробовать вкус сиропа. Эта игра продолжается уже неделю: каждый день Остап заказывает напиток в кофейне с добавками о которых не говорит, и каждый раз я стараюсь понять какой вкус он выбрал сегодня. За все время нашей новой игры, я ещё ни разу правильно не угадала.

— Это вишнёвый сироп? — неуверенно выдаю свою версию.

— И это правильный ответ, — широко улыбаясь говорит Остап.

Радостно ерзаю на сидении, растягивая губы в ответной улыбке. Чувство легкости и удовлетворения расходится волнами по телу, а горячий напиток согревает изнутри. Я это сделала!

К моменту, когда машина останавливается у дверей ВУЗа, я успеваю не только допить кофе, но и съесть два кренделя, которые заботливо привез Остап. Они такие вкусные, что скоро буду похожа на колобка. Но отказывать себе в удовольствии полакомиться этими сладостями в дороге до универа — выше моих сил.

— Ты специально их покупаешь мне каждое утро, чтобы я была толстой? — бурчу на Остапа, прищурившись.

— Ты меня раскусила, — тихо произносит, начиная откровенно смеется надо мной.

А потом резко наклоняется ко мне и касается моих губ своими. У меня аж пальчики ног подгибаются в ботинках. Это что-то нереальное, не знаю, как это у него получается. Но каждый раз, когда он смотрит на меня, касается, целует, я чувствую в себе такой прилив сил, словно могу свернуть горы.

— Ммм, сладкая… — шепчет мне в губы, аккуратно убирая крошку с моего лицо. — Беги скорее на занятия.

— А ты, пока я буду учиться, чем будешь заниматься?

— Ну как чем? — притворно удивляется. — Спать конечно. Я же не высыпаюсь по утрам из-за одной очень талантливой пианистки.

Поджимаю губы и смотрю на него исподлобья, пытаясь понять шутит он сейчас или нет.

— У меня в двенадцать консультация, — уже серьезно говорит Остап, видимо прочитав всё на моём лице.

— Ты не говорил, что у тебя есть клиенты, — хмурюсь.

— Ну, своего любимого клиента я потерял, — вздыхает, прикладывая руку к груди. — Теперь приходится изворачиваться.

— Не смешно, — бурчу, складывая руки на груди.

— Смешно, — улыбается. — Это просто работа и ничего больше. Тебе не стоит переживать.

— Я не переживаю. Просто ты не говорил.

И я не вру. Я действительно не ревную Остапа к его клиентам, я уверена в нём, он не даёт повода сомневаться. Но маленькие крошки того, какой я была раньше, всё равно пытаются пробить почву моего самоощущения. И когда это происходит. Я всеми силами не позволяю им этого, стараясь всё сразу же обговаривать с Остапом. Ведь диалог и доверие — основа здоровых отношений.

— У меня сегодня первый сеанс. Не сказал, потому что просто забыл, — пожимает плечами. — Когда мы оказываемся вдвоём, обычно мы не обсуждаем работу или учебу, — хитро улыбается.

— Ну да, ты прав, — смущенно отвечаю. Действительно, мы всегда находим более интересные занятия. — Хорошего дня.

— И тебе. Я заберу тебя после занятий.

Оставляю на его щеке быстрый поцелуй и покидаю уютный салон, торопясь в корпус. Мы так увлеклись, что теперь я опаздываю.

Залетаю в аудиторию со звонком и, расправив плечи, иду к своему месту. Сейчас я мало с кем общаюсь из своей группы, да и не сказать, что это прям близкое или дружеское общение. Бывшие подружки шепчутся о том, что я зазвездилась. Реагирую на такие сплетни улыбкой. Они могут говорить, что хотят — это их право. Теперь чужие слова меня не ранят.

На предпоследней паре меня вызывают в деканат. Причину не сообщают, но просят срочно подойди. Собираю вещи в сумку и иду к выходу из аудитории. Слышу за спиной шепот, закатываю глаза: сейчас напридумывают и разовьют из этого целую легенду.

Секретарь меня уже ждёт и как только я появляюсь в дверях приёмной, сразу же ведёт в кабинет. Декан в кабинете не один. Сидит в своём массивном кресле, сложив руки, а напротив него я замечаю мужчину в дорогой строгой классике и эффектную брюнетку в элегантном брючном костюме молочного цвета.