Чтение онлайн

По пути заказываю в номер множество белоснежных пионов — наш знак, традиция. И по прибытию, номер больше напоминает цветочный салон. Довольно улыбаюсь и быстро принимаю душ, сменив повседневную одежду на смокинг.

Пришлось сильно потрудиться, чтобы попасть на закрытую вечеринку, где будет выступать Тео. Но деньги и связи творят чудеса. А также продумать, как договориться с её работодателем, что его прекрасную пионистку я похищаю сразу же после выступления.

На удивление мне предоставили место в первом ряду. С интересом наблюдаю за выступлением коллег моей девочки. Честно, я впечатлён, насколько эти ребята талантливы и невероятны в своём деле. Но несмотря на это, все их выступления проходят фоном — я жду, когда на сцену выйдет Тео. Здесь я только ради неё и лишь её выступления жду с замиранием сердца.

Когда приходит очередь Теоны, я замечаю её сразу же. Моя прекрасная девочка поднимается на сцену, словно вышла со страниц книг о волшебницах. Атмосфера таинственности, царящая в зале благодаря сумраку, свечам и маскам, добавляет в образ Теоны магию. Она словно искрится и блестит в свете тысячи свечей, расставленных в помещении.

Она садится за инструмент, проверяет ноты и, наконец, касается клавиш. Что я там говорил про магию? Забудьте, именно в этот момент происходит самое настоящее волшебство.

Я знаю, что именно вступление является самым любимым у Теоны. Единение музыканта с его инструментом. Я уверен, что для остальных — это просто красивая, завораживающая игра, но я смотрю на неё по-другому. Именно в момент, когда я слышу первый аккорд, в исполнении Теоны, во мне что-то происходит. Пальцы подрагивают от восторга, дыхание сбивается, а сердце наполняется таким теплом, что я понимаю — это и есть счастье.

Как завороженный наблюдаю за ней. Неотрывно смотрю, как изящные пальцы бегают по чёрно-белым клавишам, высекая из-под них чарующую музыку. Ощущаю такой прилив восторга, словно это я сижу перед толпой незнакомых мне людей, даря им наслаждение от музыки, и получаю удовольствие от каждой секунды. Это и есть любовь? Когда ты счастлив только от того, что счастлив дорогой тебе человек?

Звуки музыки смолкают. Тео встает на поклон и покидает зал после оглушительных аплодисментов. Срываюсь с места, как одержимый следуя за ней. В коридоре ни души, и я безумно рад, что никто не помешает нашей встрече.

Вижу, как она удаляется в сторону выделенной комнаты, на мгновение зависнув на её спине, которое открывает платье. Забыв обо всём, включая маску на лице, возвращаюсь в реальность и окликаю Теону. Она замирает на мгновение, словно не веря своим ушам, разворачивается и бежит ко мне. А я, словно пацан, готов смеяться от счастья, понимая, что наша долгая разлука стоила этого момента.

Ловлю её, кружа в воздухе, а после целую. Вкладываю в этот поцелуй всю свою нежность, которую хранил для неё эти месяцы, всю тоску, которая была со мной все эти дни. Не могу оторваться от неё, не хочу. Но ещё больше я хочу остаться с ней наедине. Поэтому переплетаю тонкие пальчики Теоны со своими и веду её прочь. Мы останавливаемся лишь за тем, чтобы забрать вещи.

В городе давно стемнело, всё освещается фонарями, и вечер буквально пропитывает воздух романтикой. Медленно идём, не разжимая рук, гуляем, наслаждаясь долгожданной встречей. И оба молчим. Слова сейчас лишние, мы обязательно поговорим, но, когда останемся только вдвоём, и когда никто не сможет нам помешать. А сейчас мы наслаждаемся моментом и выполняем ещё одну маленькую мечту моей девочки — гуляем вдвоём по самому прекрасному городу Европы.

Несколько часов изучаем ночной город, и когда я понимаю, что Теона больше не может ходить на своих шпильках, мы вызываем такси и едем в отель.

Лифт поднимает нас на нужный этаж. Вставляю ключ-карту и распахиваю дверь, пропуская Тео вперед. Она делает несколько шагов внутрь и замирает.

— Обалдеть! — шепчет изумлённо. — Ты скупил все пионы, какие нашёл в Вене?

— Не знаю, — отвечаю ей с улыбкой.

— Сколько же ты на них потратил?

— Твой сияющий взгляд того стоил, — отвечаю, стоя за её спиной. Осторожно отвожу прядь с её лица и говорю на ухо: — Потанцуешь со мной?

Тео разворачивается, бросает на меня удивленный, но в то же время, наполненный восторгом взгляд, и затем вкладывает свою ладошку в мою. Притягиваю её к себе, обнимая за талию, и уткнувшись ей в макушку, вдыхаю безумно дурманящий запах волос. Тео прижимается ко мне, обнимая за шею, и опускает голову мне на плечо. Целую её в висок, прикрываю глаза и начинаю танец, вернее, что-то похожее на него.

— Я так скучала по тебе, — шепчет, запуская миллионы мурашек по моему телу.

— Я тоже, моя Тео.

Она запрокидывает голову и, встав на носочки, тянется ко мне за поцелуем. Наши губы соприкасаются, и мир вокруг перестаёт существовать. Теона с жадностью целует меня, и я отвечаю ей тем же. Как изголодавшийся, накидываюсь на её губы, перехватывая инициативу. Мне мало, мало её сейчас и будет всегда.

Поглаживаю Тео по спине, чувствуя, как она запускает пальцы мне в волосы. От этих ощущений все мои тормоза моментально сгорают. Я прижимаю Теону к стене, жадно скользя руками по изгибам её тела, и максимально углубляю поцелуй. Целую подбородок, скулу, висок, провожу носом по щеке и снова набрасываюсь на губы.

Тео первая отстраняется, разрывая наш поцелуй. Заглядывает мне в глаза, и я тону в этом омуте. Стою, как зачарованный, наблюдая за искрами, которые пляшут в её взгляде. Нам не нужны слова, мы понимаем друг друга без них.

Теона опускает ладошки мне на плечи, медленно стягивая пиджак по плечам. Он падает на пол, но сейчас это не имеет никакого значения. Она ждёт, что я остановлю её, как раньше, но этого не будет. Мы прошли тот рубеж, когда Теона могла утонуть в отношениях, позабыв напрочь о себе. Сейчас это осознанный выбор двух взрослых людей.

Она тянется к пуговицам на моей рубашке, не спеша растягивая каждую и продолжая заглядывать мне в глаза. Не мешаю, так и стою, тоже не отводя своего взгляда. В глазах Теоны настоящий водоворот эмоций и чувств, что все их сложно распознать даже мне. Но одно я вижу ясно — доверие, нежность, любовь. В моих, я уверен, она читает то же самое.

Рубашка летит вслед за пиджаком, и я понимаю, что больше не могу… Кладу ладони ей на бёдра, медленно поднимая их вверх, очерчивая изгибы талии, груди, касаюсь пальцами её шеи. Дыхание Теоны сбивается, и она на мгновение прикрывает глаза от удовольствия. Осторожно касаюсь бретелей её платья и стягиваю их с хрупких плеч. Шёлк, подобно лепесткам белоснежных пионов, подает к нашим ногам, и я зависаю на картине, которая мне открывается. Моя девочка остаётся в одних лишь туфлях на высоком каблуке и крохотных трусиках.

Подхватываю Теону на руки, она оплетает ногами мой торс, и в этот момент мне в голову ударяет такой прилив дофамина, что я на секунду теряюсь. Ни разу не испытывал ничего подобного. Меня ведёт, только от того, как Теона аккуратно порхает своими изящными пальчиками по моим плечам. Пытаюсь по памяти пройти в спальню, огибая огромное множество цветов, расставленных по всему номеру.

Укладываю Теону на покрывало, усыпанное лепестками, и накрываю её собой. Не могу оторваться от её губ, от нежной кожи. Жадно касаюсь каждого миллиметра, словно путник спустя долгие месяцы жажды, добрался до воды. Нежные прикосновения Теоны к моим плечам, спине, груди вызывают эйфорию. Меня переполняет эмоциями, которые могут вызывать прикосновения только любимого человека.