Чтение онлайн

Катя почти упала на стул и зарыдала навзрыд, облокотившись на массивную поверхность столешницы. Ее жалобные стоны разносились, кажется, по всему замку, в гробовой тишине.

— Чудовище! Да вы самое настоящее Чудовище! Я вас ненавижу… ненавижу… Это все из-за вас… Я хочу домой…

Веймар набрал полную грудь воздуха, он терпеть не мог женских слез, да еще в собственном доме! «Ты доволен? Этого ты хотел?» Волк тоже заскулил и заставил барона приблизиться к плачущей девушке.

— Успокойтесь, Леди, не все так плохо, как вам сейчас кажется. Мы могли бы с вами договориться, Катарина. Я мог бы позволить вам повидаться с родными… из Вашего мира.

Катя почти немедленно перестала плакать и, продолжая судорожно вздыхать, зашмыгала носом, ища глазами хоть какое-то подобие салфеток. Веймар с невозмутимым видом положил перед ней беленькое полотенце, украшенное затейливой вышивкой в виде родового герба Лостанов — когтистая волчья лапа под двумя скрещенными мечами на фоне корабельного паруса.

Воля и независимость, верность принципам и сила духа, смелость и доблесть, отвага и честь. Как гласит древний девиз всех поколений де Лостан: «Свобода и верность!» Не противоречиво ли высказывание сие… Веймар очень уж им гордился, полностью примеряя на себя, на свою полузвериную суть…

— И что же мне нужно сделать, чтобы вы мне позволили увидеться с родителями?

На играх Веймара появилась довольная улыбка. «Наконец-то Она начала понимать…»

— Мы должны будем прийти к соглашению, Леди… Вы становитесь моей супругой, и как только подарите мне первого младенца, неважно, сына или дочь, я не столь щепетилен на это счет, как некоторые Знатные Милорды… Я изыщу вам возможность побывать дома, обнять матушку и отца. После чего вы, разумеется, снова вернетесь в Дэриланд, к любящему супругу.

— Но, вы же меня даже не любите!

— Уверяю вас, Катарина, любовь вовсе не обязательное условие на первом этапе заключения брака! Конечно, я буду любить и уважать вас, как мою законную жену, как Леди Ульфенхолл… мать моих детей…

— Я вам не инкубатор, не курица-наседка, не суррогатная мать… Вы… вы просто Варвар какой-то, вы — Шантажист… Диктатор… Я… я пожалуюсь Королю!

Веймар открыто рассмеялся.

— «Право, она такая находчивая… и остра на язык… с ней может быть очень хорошо… когда она перестанет дичиться… а эти сверкающие глаза… эта соблазнительная грудь, что так высоко поднимается при ее учащенном дыхании… угораздило же меня придумать эти полтора месяца… какого Бешеного Могра я должен ждать, тем более, что она уже не невинна!.. Но позже… позже… пусть сперва смирится и успокоится… нам предстоит очень долго жить вместе, зачем начинать с обид…»

— К вашему сведению, Леди… Его Величество каждый год настоятельно требует от меня обзавестись потомством! Известие о моей женитьбе чрезвычайно порадует Короля! А все ваши претензии он воспримет, как блажь Капризной Красавицы! Тем более, что до Короля-то вам еще надо добраться, а я не намерен отпускать вас из поместья!

— Да, вы же и детей, наверняка, не любите! Таких чудовищ, как вы, маленькие дети только раздражают! Они вам только «для галочки» нужны, потому, что так положено… продолжение рода и все такое… Вы, вообще, ничего о детях не знаете, а они должны рождаться в любви! И я хочу, чтобы мой муж меня по-настоящему любил и наших детей тоже…

Веймар даже с кресла привстал, потому что при разговоре о будущих щенятах Волк просто завертелся на месте, совершенно счастливый одним только предвкушением… А потом Зверь на полном серьезе вознамерился броситься к Хозяйке… дабы ее белые ножки облобыздать..

— Сидеть! — рявкнул Веймар во все горло… на весь огромнейший Зал.

Катарина чуть со стула не свалилась, невольно откинувшись назад.

— Это вы… мне? «Ни фига себе заявочки!» Я, кажется, и так сижу… мне, что же… теперь на колени перед вами упасть, вы этого хотите? Да, вы совершенно не умеете себя вести, вам не жена нужна, а рабыня Изаура… Ни за что! И не смейте на меня орать, я вам не прислуга!

— Простите… я не хотел вас испугать… это… другое.

Веймар чувствовал себя мерзко, его Зверь и эта привлекательная девчонка просто выводили его из себя, словно сговорившись. А что же будет дальше? Дальше — то что… Скорее бы добраться до спальни, там бы он показал ей, кто здесь на что имеет права… и как умеет себя вести…

— Я устал с вами спорить…

— Быстро же вы утомляетесь… может, вам вообще не следует жениться! Поберегли бы лучше здоровье…

Веймар не сдержал возмущенного рычания и в два прыжка оказался возле Катарины. О, как хотелось ему сейчас разорвать на ней это облегающее платье и взять девушку прямо на белой скатерти стола… Но, она будущая Хозяйка Ульфенхолл, он не должен вести себя с ней как животное, тем более, она ему этого точно не простит и еще, пожалуй, выкинет какую-нибудь глупость.

Девчонка невероятно дерзкая и непокорная! Может быть, поэтому ее и выбрал для себя Зверь… Для себя и для Веймара… Кажется, последний теперь уже был совсем не против такого союза.

Веймар вдруг увидел совсем близко ее удивительные глаза, цвета густого выдержанного меда, цвета темного золота из растрескавшихся сундуков прадеда, Веймар почувствовал в своих руках ее легкое тело, невероятно нежное, гибкое, такое… что мужчине немедленно захотелось окунуться в его недра, прижать к себе и никуда больше не отпускать…

— Господин, не пора ли подавать жаркое?

Веймар с глухим рокотом вернул Катарину на стул и кинул яростный взгляд на вошедшую в Зал кормилицу. Катя сидела ни жива ни мертва, словно ее паутиной опутали с ног до головы. «Что это сейчас было… Глаза-то у него, и правда, красивые, а сам он Чудовище… Еще хуже, чем из Аленького цветочка, тот безо всяких условий девушку отпустил с родней повидаться, а этот… дитя ему сперва роди… Ага, уже спешу…»

Теперь Катарина и барон сидели по разные стороны стола и молча следили за тем, как на белой скатерти появляются все новые блюда с угощением.

— Вы ожидаете гостей? — уныло поинтересовалась Катя, чувствуя, что все ее только что пережитые волнения ничуть не уменьшили ее аппетит.

— Хотел порадовать вас, моя Леди!

Катя сидела настороженная и сосредоточенная, обдумывая, как ей теперь действовать дальше в свете открывшихся новых фактов.

— Позвольте мне кое-что уточнить…, - самым учтивым тоном обратилась она к барону.

— Надеюсь, вы больше не станете мне возражать, хотя бы сегодня…, -поморщился Веймар.

— А что тогда? Посадите меня в подземелье, закуете в цепи, замуруете в башне? «Голодовку ему, что ли, объявить… может быть потом, как-нибудь…»

Катя протянула руку за аппетитного вида рыбкой и тут же вспомнила отрывок из поэмы «Руслан и Людмила» А. С. Пушкина, то самое место, где бедненькая Людмила горюет в плену у карлика Черномора:

«Не буду есть, не буду слушать.

Умру среди твоих садов!

Подумала и стала кушать…»

Да-а… все мы женщины — одинаковы…, и что ему мой протест, силой будет кормить, с него станется, он же вылитый Тиран!

— Я хотела только поинтересоваться, допустим… допустим я соглашусь на ваши дикие и совершенно неприемлемые условия…