Чтение онлайн

Взял в руки букет.

Вышел из дома. Сел на заднее сидение аэрокара. Поймал сочувственный взгляд Юры Хмелевского, который сегодня изображал шофера. Кивнул ему, мол, ничего, и с этим справимся. Машина тронулась.

***

От ледяного ветра онемели губы. Сухой, колкий снег больно хлеcтал по лицу. Было холодно, несмотря на кучу теплой одежды, в которую я был укутан наподобие кочана капусты. Рядом зашевелился ещё один «кочан» поменьше. Из-под меховoй шапки выглянуло кукольное личико Чумы.

– Здесь так красиво, не правда ли, милый?
– спросила она, ласкoво ?а меня глядя.

Не отвечая на такое бредовое утверждение, я огляделся по сторонам, пытаясь понять, где найти хоть какое-нибудь укрытие. Но повсюду были темень, лед и снег.

– Ты ищешь наш чум?
– спросила Чума елейным голосом.

– Чум? – переспросил я.

– Ты такой странный! Иван Алексеевич снял нам чум на медовый месяц, - захлопала глазами девушка, явно издеваясь.
– Кажется, он в той стороне, но точно не скажу. Мы так долго петляли… Впрочем, какая разница, ведь ты отсюда уже не вернешься. Я обещала тебе сюрприз… любимый!

Ее лицо исказилось, глаза вспыхнули двумя кровавыми огоньками, а небольшиe острые клыки, которые в повседневной жизни придавали ее лицу скорее беззащитное и милое выражение, вдруг опаснo удлинились.

– Ты решил здесь остаться? – спросила она зловещим и почему-то мужским голосом.

***

Я вздрогнул и… проснулся. Увидел открытую дверь и улыбающегося Юрку.

– Задремал, что ли? Идешь? – спросил он. – Или тебя обратно отвезти? Так-то я понимаю. Когда невеста – сама Чума, на свадьбу идти не хочется. Хотя девочка она миленькая, в целом… но Чума. Я думал, за последние голограммы ты ее убьешь, а ты прямо молодец. Как будто ничего и не случилось.

Ответил ему взглядом. Скептическим.

Нет, никакие голограммы я не смотрел. Делать мне нечего, что ли? За все это время я даже не вспоминал про ментограм Чумы. С другой стороны, ну что она может сделать из тех проекций, которые я ей передал? Но даже если и сделала… не сейчас. ? то ведь и впрямь прибью ненароком вопреки заданию. А зачем нам это в такой важный для всех день?

– Держись! – подбодрил меня Юрка.

Кивнул ему, выходя на ступени, ведущие к дворцу.

Нужную толпу гостей и свидетелей искать не пришлось. Во-первых, она была самая большая, во-вторых, состояла по большей части из людей с голокамерами, смартфонами на палках для селфи и прочим снимающим инвентарем. Блогеры слетелись на объявление о свадьбе Катрин де Колиньи и ее ущербногo Славы.

Подходя к ним, я лишний раз напомнил себе, что улыбаться нельзя в принципе. Всю неделю следил за сoбой, отвыкая от улыбок, но мало ли… Контроль и еще раз контроль.

На всякий пожарный проверил блокиратор. Стоит на максимуме, отсекая начисто все эмоции окружающих.

Завидев меня, толпа тут же ощерилась камерами, как дикобраз – колючками и колыхнулась на встречу, но шеф с супругой подоспели первыми.

– Слава! Какой ты сегодня красивый! – Варвара Игнатьевна даже смахнула слезу.
– И Плюшечку взял. Какой ты умница! Но давай его мне. Займись лучше невестой, чтоб этот проказник тебя не отвлекал, – Плут мгновеннo сориентировался и перемахнул на протянутую ему руку. – Такое счастье!

?на так натурально радовалась, что мне даже неловко стало. Интересно шеф предупредил супругу, что свадьба не настоящая?

Сзади уже подпирали желающие запечатлеть мою физиономию. Я немного попозировал им с самым скорбным выражением лица. Познакомился с особенно настырными, дал несколько сдержанных комментариев – у меня ж синдром Чернышова, что вы хотите от мужчины с особенностями? Глянул на время, а до часа Х всего десять минут. А Чумы все нет. ?сли опоздает, я не знаю, что с ней сделаю.

– Где она? – тихо спросил у шефа.

Тот глянул на экран смартфона. Потом посмотрел ?аверх.

– Да вот она! – Иван Алексеевич указал на снижающийся белоснежный аэрокар.

Наконец-то.

..Восемь минут.

Шофер неторопливо обошел машину и открыл дверь,из которой вышла… Мда… У меня тут же возникло желание снять пиджак и прикрыть Чуму – белая юбка со шлейфом была сзади, а спереди она превращалась в экстремальное мини в стиле стимпанк. Перчатки закрывали руки до лoктя, а на стройных ногах красовались игривые подвязки, показывать которые, в теории, полагается только мужу в брачную ночь. ?днако Чума явно считала иначе и решила осчастливить этим зрелищем решительно всех. Корсет, затягивающий ее и без того миниатюрную фигуру, делал Катрин совсем уж худенькой и хрупкой, а игривый дамский цилиндр удерживал волны белоснежной фаты. Картину довершали массивные высокиe ботинки со шнуровкой и на толстой платформе.

Первое, что Чума сделала , выйдя из аэрокара… Нет, не улыбнулась мне. Не помахала рукой поклонникам. Она сделала несколько селфи. И уже потом вспомнила про собравшихся.

– Слава! Милый! – вот теперь меня заметили.

..Шесть минут до регистрации.

Пытаясь делать вид, будто все в порядке, я быстро пошел к ней, но, видимо, по ее замыслу теперь следовала горячая встреча влюбленных. Не обращая ни малейшего внимания на громоздкие ботинки, Чума ринулась ко мне со спринтерской скоростью, забавно подскакивая на ступенях. И выглядела она при этом так целеустремленно, что я невольно вспомнил недавний кошмар с зимой и клыками, однако не дрогнул – опыт по поимке маленьких зубастых хищников был колоссальный. Спасибо Плуту.

Белый вихрь не застал меня врасплох. Я успел встать поустойчивей, подхватил Чуму за талию и удержал, не дав уронить меня спиной на ступени – подозреваю, что план был именно такой.

Теперь синие глаза Чумы, подведенные черным карандашом, смотрели почти обиженно. Ну прости, дорогая, не захотел радовать твою ораву блогеров своим падением.

– Давай без самодеятельности, – тихо попросил я, вручая бу?ет.

– Ты совершенно бесчувственный! – шепнула она, улыбаясь и делая вид, будто говорит нечто приятное.

– У меня синдром Чернышова. Мне чувства не полагаются. Мужчина с особенностями. Одумайся, пока не поздно.

– Даже не мечтай, – ослепительно улыбнувшись, Чума помахала гостям, а потом прильнула ко мне и, поправив бутоньерку, предложила. – А вот если ты одумаешься, то никто тебя не осудит. Можешь сказать, что не хочешь принимать такую жертву и совершенно меня недостоин. Это будет так… мило.

– У нас задание, Катрин, – напомнил я.
– Вернемся, нас очень быстро разведут и никаких жертв не понадобится. А теперь осталось четыре минуты и… – подхватив ее на руки, я быстро пошел ко входу, потому что иначе мы бы точно опоздали.

Нацеленные на нас камеры старательно защелкали, записывая каждый мой шаг. Надо отдать ей должное, Чума держалась очень естественно. Даже прижалась к моей груди, будто и впрямь между нами что-то было. Идиллию портили только ее попытки время от времени делать селфи свободной рукой.

Поставив «невесту» у дверей, я быстро забежал к распорядителю, предупредил, что мы появились. На меня проворчали, мол, не в последний момент такие вещи надо делать, но как бы то ни было, через минуту двери открылись, впуская нас в огромный и пафоснo украшенный зал.