Чтение онлайн

— Соседка, — покивав флегматично, договорил за нее сосед. — Я уже понял.

— А что это у вас? — подозрительно покосилась вниз Рай.

Сосед поднял руку, в которой держал фигурную бутылку с золотой этикеткой.

— Коньяк, — как ни в чем не бывало сказал он, потом со слегка отстраненным взглядом добавил: — Я вдруг подумал, что обошелся с вами не по-соседски. И, наверное, был груб. В качестве извинения принес коньяк.

Рай поморгала. Коньяк? Ей? Да она сроду ничего крепче шампанского не пила. Впервые — на свадьбе теткиной сотрудницы по работе. Ей было шестнадцать. И, помнится, она тогда опьянела от одного бокала. А потом Рай сказали, что шампанское ей дали безалкогольное. А тут коньяк…

— Честно говоря… не вижу повода, — с сомнением произнесла Рай.

Сосед внезапно кивнул.

— Я тоже.

Рай удивленно моргнула, а он продолжил:

— Но как-то так вышло, что я тут сидел-сидел, и вдруг о вас подумал. А потом вспомнил, что у меня есть коньяк. Затрудняюсь сказать, как это связано между собой. А насчет повода… Можно отметить ваше новоселье. Вы же недавно в эту квартиру вселились? Здесь раньше одна старая женщина жила. Очень тихая, никогда не мешала мне работать.

Рай прокашлялась. Опасно, подумала она. Насколько хорошо сосед знал старушку Боголепову? Не ляпнуть бы лишнее. Рай выдавила из себя улыбку.

— А… ну да… я ее внучка.

— Правда? А где она сейчас?

Рай помялась на месте.

— Эм-м-м… умерла.

— Сочувствую, — покивал сосед. — Надеюсь, не прозвучит грубо, но, думаю, тогда у нас есть еще один повод — помянуть вашу бабушку. К слову, меня зовут Марк, а вас?

— Рай.

Сосед озадаченно помычал, потом спросил:

— Это имя?

Рай закатила глаза.

— Да, редкое, я знаю, — машинально покивала она, повторяя то, что множество раз слышала от других людей о своем имени: — Да, странное, Да, красивое.

— Я не говорил, что красивое, — флегматично качнул головой Марк. — Но очевидно, что редкое.

Рай озадачилась: пора обижаться? Ей только что сказали, что у нее некрасивое имя, или она что-то не так поняла? И вообще стоит ли ей этого грубияна впускать? Он ей абсолютно не нравится.

Рай уже начала мысленно готовить речь, чтобы вежливо избавиться от соседа, которому внезапно захотелось наладить их соседские отношения, как вдруг… Марк поднял вторую руку, в которой оказалась упаковка сарделек.

— А это для вашего кота, — сказал сосед. — После того, как я подумал, что у меня есть коньяк, я сразу вспомнил, что в холодильнике лежит нераскрытая упаковка сарделек. Затрудняюсь сказать, как это связано между собой, но я решил прихватить и то, и другое.

Устоять против сарделек для Колбаски Рай оказалась не в силах, стоило ей только представить себе, как котенок обрадуется, получив лакомство.

— Добро пожаловать, — произнесла она и жестом пригласила Марка войти.

* * *

Рай посмотрела на полупустую бутылку. Сколько коньяка она уже выпила? Мебель плавала по квартире, красиво изгибаясь в самых неожиданных местах. Аквариум с рыбками гуппи тоже плавал. Не плавал почему-то только Колбаска, который, налопавшись сарделек, спал в кресле белым пузиком кверху. Только его Рай видела очень четко.

Марк напротив нее… плавал. Сидели они прямо на ковре в гостиной. Ковер у старушки Боголеповой был ворсистый и мягкий — сидеть на нем одно удовольствие. А в окружении плавающей мебели пол казался Рай надежнее, чем стул.

— Мне очень не везет с парнями, — сказала Рай, после того, как Марк зачем-то спросил, встречается ли она с кем-то. — Один был подлец. Он меня обманул. Сказал, что у него сестра больная и ему деньги нужны. Я ему все, что у меня было, отдала. А потом оказалось, что он наврал, и с его сестрой все в порядке.

— И правда, — согласился Марк, глядя на Рай затуманенным от коньяка взглядом, — подлец. Такой тебе не подходит. Я бы тебя не обманывал.

— М-м-м… Да? — Рай пошатнулась, пытаясь сфокусировать на соседе заинтересованный взгляд.

А ведь, если присмотреться, Марк симпатичный. Рай сейчас не могла вспомнить, почему ей сосед сразу не понравился — мысли в голове плавали точно так же, как мебель в квартире. Но теперь она точно видела, что он симпатичный.

— А второй оказался извращенцем, — продолжила Рай; язык почему-то плохо слушался, слова заплетались, как ноги у плохого танцора. — Представляешь, он девушек домогался в общественном транспорте.

Марк неодобрительно качнул головой.

— Такой тебе тоже не подходит. Я бы домогался только тебя.

— Правда? — почему-то обрадовалась Рай; ей нравилась манера соседа говорить прямо и по делу — без уверток.

В голове всплыли подробности свидания с Родионом.

— А, — произнесла она. — Он тоже пытался… меня домогаться. Но ему не дали. Один… гадский демон.

— Кто? — словно не расслышав, уточнил Марк.

— Ну… один знакомый де… парень, — машинально поправила саму себя Рай.

Среди плавающих в ее голове мыслей, одна казалась незыблемой, как египетские пирамиды, единственное из семи чудес света, сохранившееся до сих пор: о демоне рассказывать нельзя.

— А почему ты пришел? — решила сменить тему Рай.

Марк задумался.

— Я работал. Потом отвлекся на секунду и заметил, какой у меня в квартире бардак. И тут подумал о тебе. — Он помычал озадаченно. — Затрудняюсь сказать, как это связано между собой…

— Ты хотел, чтобы я у тебя прибралась? — предположила Рай.

Марк задумался и качнул головой.

— Нет. Я думаю… мне стало стыдно, что ты видела, в каком беспорядке я живу. У меня уже несколько лет нет девушки. Мне трудно находить с ними общий язык, они говорят, у меня характер тяжелый. А тут ты. Я обрадовался, что по соседству теперь будет жить такая красивая девушка.

— К-красивая? — переспросила Рай, чувствуя, что пьянеет еще сильнее, хотя уже какое-то время коньяк стоял в сторонке от нее.

Марк кивнул:

— Угу. По-моему, ты очень красивая.

«Какой он хороший парень, — думала Рай, внезапно поймав себя на мысли, что Марк ей нравится. — И девушки у него нет. Над этим стоит подумать».

— Я, наверное, пойду, — сказал Марк с серьезным видом и начал вставать.

Рай показалось, что он смутился. Надо же, казался таким вредным поначалу, воровкой Рай обозвал, и вдруг смущается, после того как назвал ее красивой. Это даже мило в какой-то степени. Насколько все-таки первое впечатление о человеке бывает обманчивым.