Мой плохой препод
Шрифт:
Дверь мне открыла Ольга. Я не стал даже смотреть на неё, и, оттеснив её, направился в комнату Арины. Женщина последовала за мной.
Я аккуратно уложил Арину на кровать, стараясь не разбудить. Её лицо, в полумраке спальни, казалось особенно нежным и беззащитным. Я присел рядом, рассматривая каждую черту, словно видел её впервые. Вина разъедала меня изнутри, а вместе с ней росло и отчаянное желание все исправить.
– Что с ней?
Я повернулся, чтобы посмотреть на обеспокоенное выражение лица Ольги.
– Она немного перебрала с алкоголем и заснула. Завтра сама расскажет, где была, если захочет. Не буди её и дай поспать, – проговорил я, не удержавшись от резкости в голосе.
Тишина погрузила нас обоих в неловкость после моей неожиданной грубости; ненамеренно я ранил её.
– Она такая из-за тебя? Из-за твоей свадьбы? Я же вижу, что происходит. Не причиняй ей боль, прошу тебя, –прошептала женщина, поднимая на меня грустные глаза.
Я сглотнул, ощущая себя последним ублюдком. Мне стало невыносимо стыдно.
– Позаботься о ней. Ты хорошая мама. Извини, – бросил я напоследок, прежде чем покинуть комнату.
Уходя, я слышал, как Ольга тихонько разговаривает с ней, успокаивая и гладя по волосам. Знал, что она в надежных руках. Но это не облегчало мою ношу
Никита (28)
Сегодня важное событие — свадьба моей сестры, и она должна пройти в совершенстве. Сад, застилающийся зеленью и цветами, наполнен радостным смехом гостей и мелодиями музыкантов.
Я с нежностью наблюдаю за Ангелиной, её лицо озарено счастьем, когда она обнимает своего жениха, словно весь мир вокруг исчезает. Ангелина — воплощение счастья, и она достойна его каждой капли. Её мечты сбываются, и я не могу не радоваться за неё. Она нашла того, кто будет с ней в горести и радости, кто поддержит в трудные времена и разделит с ней моменты счастья. Смогла пройти через весь путь и воссоединиться с любимым человеком.
Мой любимый человек сейчас не рядом...
С тоской вспоминаю о Арине, ведь с той ночи я не видел её. Я стараюсь сохранять спокойствие, хотя постоянное присутствие Инны неиссякаемо раздражает.
Грудь Инны прижалась к моей груди, когда она закрыла оставшееся расстояние между нами. Мои мышцы напряглись. Она уже сделала десять фотографий за день.
Поскольку я просто хотел покончить с этой пыткой, я разжал челюсти и улыбнулся на камеру.
– Тебе обязательно всё надо фоткать? – спросил я, отстраняясь от девушки.
– Конечно. Все мои подписчики с нетерпением ждут новый пост про нас. Сотни тысяч людей следят за моей жизнью, дорогой. Многие рады за нас, – ответила девушка, с довольной улыбкой публикуя фотографию.
Инна – пустая и лживая картина. Многие её любят, потому что притворяется другим человеком. Фото с животными, хотя она их терпеть не может. Фото в одежде из обычных магазинов, хотя называет одеждой для бомжей. Люди охотно верят в этот фарс — ведь яркие обложки притягивают, словно свет мотыльков.
– Не понимаю я этого. Какой интерес следить за чужой жизнью? За тем, с кем человек встречается, куда идёт, что ест. Всем этим людям интересно, что ты ешь? – спросил я с недоумением.
– Ты ничего не понимаешь в современных трендах. Даже в социальных сетях тебя нет. Ты же преподаватель и должен быть на волне со студентами, – покачала головой девушка.
— Мне это всё просто не интересно, – пожал я равнодушно плечами.
– Ладно. После свадьбы ты привыкнешь.
Мои зубы сжались, но я проглотил своё раздражение и улыбнулся.
Телефон Инны зазвонил, и она заметно занервничала, глядя на экран. Всё идёт по плану.
– Кто звонит? – небрежно спросил я.
– Подруга. Видимо, опять со своим парнем поругалась и звонить жаловаться, – тараторила девушка с волнением в голосе.
– Тогда надо ответить. Ей наверняка нужна твоя поддержка, – мой голос стал холодным, насмешливым.
– Думаешь? – она нервно усмехнулась.
Я вызвал улыбку, которая казалась слегка принужденной.
– Да. Я пока подойду к сестре. Я должен ей танец.
Девушка кивнула и быстро поцеловала меня в щёчку.
– Я быстро поговорю с ней и приду, – бросила она, прежде чем отойти в сторону.
Я ухмыльнулся, глядя ей вслед. Очень скоро. Совсем скоро избавлюсь от неё.
Родители уже танцевали, даже дед с бабушкой сегодня отрывались. Все Громовы сегодня были счастливы за Ангелину и Алекса. Ну, почти все. Папа до сих пор недоволен, что придётся отдавать свою дочь другому.
Взгляд упал на Ангелину, кружащуюся в танце. Их глаза сияли, полные неподдельной любви. Такая простота и искренность были так далеки от того фарса, который разыгрывался вокруг меня. В голове всплыло лицо Арины, ее тихая улыбка и понимающий взгляд. Вот с кем я хотел бы разделить этот день, а не быть частью тщательно срежиссированного спектакля. Я сделал глубокий вдох, стараясь прогнать тоску. Нужно улыбаться, поддерживать сестру.
Я подошёл к ней.
– Хочу украсть её на один танец, – улыбнулся я Ангелине.
– Конечно, но ненадолго, – ухмыльнулся Алекс, отпуская девушку.
Я закатил глаза на его фразу. Сестра смущенно улыбнулась и положила руки на мои плечи.
– Как быстро выросла моя сестрёнка и стала красивой девушкой, – проговорил я, вспоминая, как заботился о ней в детстве.
– Я всегда буду твоей упрямой язвой, – фыркнула девушка.
– Конечно, – кивнул я.
Я люблю её и готов на всё, чтобы защитить.
– Спасибо тебе, что поддерживаешь всегда меня. Я очень хочу увидеть и тебя счастливым... Увидеть твою свадьбу..., – подняла на меня глаза, чтобы увидеть мои эмоции.
Про мой план знают только родители и Алекс. Остальным я ничего не рассказывал. Решил, что так будет лучше и надёжнее.
– Моя свадьба через месяц, так что увидишь, – сухо бросил я.
– Но почему тогда в твоих глазах нет радости? – спросила Ангелина, пытаясь залезть мне в голову.
– Ты решила стать психологом? Сегодня твой день, поэтому наслаждайся и не забивай голову всякими глупостями, – улыбнулся я, но улыбка вышла фальшивой, и сестра это сразу уловила, но не стала спрашивать.