Чтение онлайн

— Ты любила его? — спрашиваю я.

— Нет, — говорит она уверенно и убежденно. — Но это не отменяет того факта, что я только что разорвала отношения.

Ах, я понимаю, что она делает: строит свое дело против нас.

— И кроме того… вы мой босс. И слишком старый.

Это почти заставляет меня рассмеяться, но я сдерживаюсь, пока она продолжает свой список.

— Вы живете в другом мире. Ваша ванная комната размером со всю мою квартиру…

— Эмелия.

Ее взгляд внезапно загорается.

— Это. — Она обвиняюще тычет пальцем мне в грудь. — Вы произносите мое имя, и у меня по позвоночнику пробегает дрожь. Вы обладаете слишком большой властью.

Она действительно пытается выставить меня злодеем.

Я приподнимаю бровь, выглядя не впечатленным.

— Ты закончила?

— Да. Давайте покончим с этим, — говорит она, перевирая мои слова, снова пытаясь избежать этого.

— Я не буду заставлять.

— А я и не хочу, — настаивает она.

Какая лгунья. Она была бы рада, если бы я заставил ее. Это то, что я делаю с самого начала. Если я играю роль агрессора, значит, она снимает с себя ответственность за свои действия. Ей не нужно задумываться о том, чего она на самом деле хочет. Она дрейфует в море, отдаваясь на милость волн, и это ей нравится.

Я мог бы сделать то, что делал последние несколько недель. Я мог бы заполучить ее.

Но надолго ли?

Кэндис звонит, чтобы предупредить меня о первой встрече, и Эмелия ускользает. Никто, кроме меня, не обращает на нее внимания, когда она покидает мой кабинет. Я слежу за каждым ее шагом, пока она не возвращается в свою кабинку.

Субботним вечером я крепко сплю, когда рядом с кроватью звонит телефон.

Сначала я протягиваю руку, чтобы выключить его, но затем отвечаю на звонок сонным и раздраженным.

— Что?

— Черт. Вы спите?

Голос Эмелии окончательно будит меня. Переворачиваюсь на спину и проверяю время: почти час ночи, и, судя по звуку, она не дома. На заднем плане звучит громкая танцевальная музыка. От этого пульсирующего ритма у меня звенит в ушах.

Я сажусь.

— Эмелия? Где ты?

Она игнорирует мой вопрос.

— Я же говорила, что запомнила ваш номер.

Ее голос едва слышен из-за шума, и трудно сказать, звучат ли ее слова слегка невнятно.

— Где ты? — снова спрашиваю я, поднимаясь с кровати, мой голос властный и настойчивый.

— Александр пригласил меня выпить, чтобы поднять мне настроение.

Я уже двигаюсь к шкафу, снимаю с вешалки рубашку и натягиваю ее одной рукой.

— Поднять настроение? — спрашиваю я, стараясь, чтобы она не отвлекалась от разговора, пока я буду думать, как до нее добраться.

— Да, — смеется она. — Не могу точно вспомнить, как это произошло. Он звонил мне, я знаю это, и, наверное, мой голос звучал немного подавленно. Он настоял, чтобы я встретилась с ним, чтобы выпить, но это было часа четыре назад… и пришли несколько его друзей. Вы их знаете? Харрисон и Мариэль? Они хотели побывать в другом месте. Мы уже столько их посетили, что я сбилась со счета.

— Эмелия…

— Я даже не знаю, в какой части города нахожусь. Вы меня слышите? Музыка такая громкая.

— Ты рядом с Александром? Передай ему телефон, пожалуйста.

— Он только что был здесь, но теперь я не знаю, куда он делся. — Ее голос такой тихий, как будто она отодвинула телефон от уха.

— Найди официанта или бармена и передай им телефон.

Натягиваю туфли и уже направляюсь к двери. Хотя я пока не знаю, где она, но точно знаю, что в городе есть всего несколько мест, достойных Александра и его друзей.

— Я у бара, но здесь негде присесть.

— Спроси у кого-нибудь название заведения.

— Извините, — говорит она кому-то нежным и сладким голосом.

— Привет, милая, — отвечает грубый голос.

Я уже знаю, что завтра разорву Александра на части.

— Вы можете сказать, где я нахожусь?

Парень смеется.

— Судя по тому, как ты выглядишь в этом платье… мы, наверное, на небесах.

Эмелия не обращает внимания на идиотскую фразу. Она неловко благодарит его и спрашивает снова. Я едва слышу название бара. Звук приглушенный, но думаю, что знаю его.

— Оставайся у бара. Попроси воды, если сможешь, но никуда не уходи. Мне потребуется всего несколько минут, чтобы добраться. Ты можешь оставаться на связи?

— Мне ничего не угрожает. Вам не нужно так защищать меня.

Разве нет? Какой у меня выбор? Она держит мое сердце на ладони. Она раздавит нас обоих, если не будет осторожна.

Чувствую себя слегка дезориентированным, когда еду по улицам Бостона посреди ночи. Переход от глубокого сна к бодрствованию так быстро вызывает у меня ощущение, что я нахожусь в каком-то лихорадочном сне. Добираюсь до L'ultima Cena за рекордно короткое время и паркуюсь у входа. Мне насрать, оштрафуют меня или отбуксируют. Если моей машины не будет, когда вернусь с Эмелией, я отвезу ее домой на такси, а обо всем остальном позабочусь позже.

Чтобы попасть в бар, нужно отстоять очередь, но вышибала, должно быть, увидел, как я подъезжаю к обочине, словно летучая мышь из ада, потому что он не останавливает меня, когда я проскакиваю мимо него и направляюсь внутрь.

Музыка встречает меня, как удар кулаком в лицо. Сердце колотится в груди, когда осматриваю толпу в поисках ее. На обширном пространстве расположены три бара, и я нахожу Эмелию во втором, рядом с каким-то парнем, который, наклонившись, разговаривает с ней.

Подойдя к ней, беру ее за руку и осторожно поворачиваю.

На полсекунды ее глаза расширяются от тревоги, а затем она с облегчением поворачивается ко мне.

— Кто ты? — спрашивает меня парень.

Я даже не смотрю на него.

— Пошли, — говорю я, помогая Эмелии слезть с барного стула.

Она теряет равновесие, поэтому я прижимаю ее к себе и направляюсь к двери.

Александр останавливает нас на полпути.

— Эмелия, я искал тебя. И ни хрена себе! Смотрите, кто присоединился! — он хлопает меня ладонью по груди.

Один взгляд на его расширенные глаза говорит мне все, что нужно знать, наркотическая привычка, которую он подхватил в Сент-Джонсе, жива и здорова.

— Уйди с дороги.

Когда он не двигается, я начинаю обходить его, и он смеется.

— В чем проблема, чувак? Останься. Повеселись с нами.

Я не оборачиваюсь.

— Ночь только начинается!

Его крики остаются без внимания.

Мое кровяное давление сразу же падает, как только я вывожу Эмелию на свежий осенний воздух. Без громкой музыки я могу мыслить более ясно. Разворачиваю ее лицом к себе и беру за подбородок. Ее веки опущены и выглядят усталыми, но она не под кайфом.