Чтение онлайн

— Как я могу опоздать, если препод еще тут? — ткнула я в него пальцем.

— Сегодня Тиала, — «обрадовал» он меня.

— За что ты с нами так? — простонала я.

Ворон внезапно посерьезнел.

— У нас прорыв. Нестандартный.

— Что ты имеешь в виду?

Но Седой лишь покачал головой и прошел в покои куратора. Закрыв перед моим носом дверь.

Разумеется, на полигон я опоздала, получив от злорадно улыбающейся Тиалы очередной штраф, а также едкий комментарий, что она обязательно сообщит об этом Дейрену.

За завтраком я набросилась на Эйджела с вопросами о ближайших прорывах. Тот, закатив глаза, занудным голосом прочитал нам лекцию, что выведенная им формула корректна, и что следующий прорыв выпадает на середину декабря, за неделю до праздника Зимнего Дара.

А по поводу «нестандартного» разрыва поля предположил, что какой-то отряд недоглядел ослабление участка, вот его и порвало.

Так и оказалось.

Дни бежали своим чередом: мои заработанные штрафы наконец закончились и в Пустошь я теперь ходила только со своей группой, раз в несколько дней. Тренировки по утрам для практикантов стали необязательными; да и практикантами мы больше не являлись: всех разобрали по отрядам и нас официально переименовали в бойцов. Но все равно, едва светало, мы выходили тренироваться. Самостоятельно. Физическая сила и выносливость помогали в Пустоши, и полигон всегда был полон магов.

Иллата после долгих переговоров перевели в один из немногих отрядов Одаренных. В группе с Проклятыми парень ужиться не смог: каждая совместная тренировка завершалась дракой, и Тарий сделал для него исключение.

Иртон-старший в процесс не вмешивался; казалось, он даже доволен таким решением. Вообще, создавалось ощущение, что Илаиру, как и его сыну, некомфортно находиться рядом с Проклятыми. Но верилось в это с трудом: слишком высокую должность занимал Иртон-старший в Королевском Совете. Ведь именно Совет, совместно с королем, в последние десятилетия взял курс на интеграцию Проклятых в общество. На создание законов, позволяющих им иметь равные с Одаренными права и занимать высокопоставленные должности.

Еще двадцать лет назад представить, что статус верховного главнокомандующего будет присвоен Проклятому, было невозможно. Да что там — тогда Проклятым запрещалось жить в столице и ее окрестностях, а зашедших в город без специального пропуска отправляли прямиком в Хагратскую тюрьму.

Королевские Защитники и остальные приехавшие из столицы маги держались особняком. Они надолго уходили в Пустошь, изучая сектор за сектором, но своими находками и предположениями предпочитали не делиться. Единственное, о чем проинформировали, что появления чудовищ на территории Пустоши во время этих разведывательных экспедиций ими пока не зафиксировано.

Отряды бойцов из лагеря, проверяющих поле, это подтверждали: за последние недели никто со зверями не сталкивался; даже воя их не слышал. Тарий ходил нахмуренный, напряженный, усталый; он мало спал, мало ел и много работал.

Та наша ночь осталась единственной: куратор вбил себе в голову, что продолжать видеться для нас слишком опасно; что пока он не найдет, как избавиться от проклятия Арруха, будет держаться от меня подальше. Я с грустью думала, что лучше бы он меня тогда к кровати привязал.

Зато! Вооружившись помощью гениального Эйджела, Тарий нашел способ общения. Обычные артефакты связи в лагере не работали, но староста с куратором так хитро сплели заклинание, что разделенный на две половинки артефакт мог передавать изображение и звук с одной на другую. Работали они только в наших комнатах, и каждый день я с нетерпением ожидала вечера, чтобы поболтать с Тарием.

— Эйджел направил мне уже десять запросов, хочет запатентовать наше изобретение и отправить документы в Магбюро, — уныло вздыхал куратор.

— Элира третий день не может найти времени со мной поужинать, говорит, что Иртон-старший завалил ее работой, — жаловалась я.

Сестра в целом вечно где-то пропадала, отмахиваясь, что слишком много дел. При этом целоваться с Кишем она успевала. После первого их свидания я в бешенстве выговорила другу все, что я о нем думаю. Рыжий внимательно послушал, а затем серьезно сказал, что он теперь однолюб и все остальные девушки для него остались в прошлом.

— Смотри, Альярка, может, у меня все-таки будет жена Райас! — ржал он, уворачиваясь от моих подзатыльников.

Я хмурилась и раздражалась; мне не нравились их отношения, но адекватной причины для себя я не находила. Лейра считала, что во мне говорит женская ревность.

— Привыкла, что рыжий все время рядом, вот и бесишься, что это поменялось.

— Альяра просто не доверяет сестре, — не соглашался с ней Эйджел.

На самом деле правы были оба.

Декабрь ворвался резко, неожиданно. За одну ночь заморозило, заснежило так, что наутро из корпусов мы в прямом смысле слова выкапывались.

Приближался праздник Зимнего Дара, совпадающий с днем зимнего солнцестояния, и лагерь готовился к проведению бала. Бал в лагере Гнатской Пустоши! Могла ли я такое представить?

Праздничное настроение отравлял прорыв, последний прорыв в этом году, который выпадал на середину месяца, ровно за неделю до Зимнего Дара.

И верхушка лагеря, и Одаренные из столицы, несмотря на большое количество разногласий, сходились в одном: это единственная возможность для Проклятого клана напасть. Следующий прорыв только весной, и Аррух наверняка понимал, что за это время их точно найдут.

Поэтому лагерь готовился не только к балу, но и к битве. Одаренные обучали Проклятых, Проклятые — Одаренных; мы тренировались со своими отрядами, практиковались работать в двойках, тройках и пятерках. В столице оставшиеся Королевские Защитники были приведены в полную готовность.

И вот самый важный день настал.

Утром в столовой было шумно, нервно и очень людно. Такое чувство, что весь лагерь решил позавтракать в одно и то же время. Повара едва успевали менять мгновенно пустеющие чаны с кашей, мисочки с йогуртом; на длинных тонких плитах не прекращало шкварчать масло: там жарили яичницу и выпекали пышные, воздушные оладьи, строго выдаваемые по одной порции в одни руки.

Несмотря на всеобщий гул, мы сидели притихшие и встревоженные. Лейра закончила рассказывать про последние приготовления в лечебнице, и до нас словно лишь сейчас дошла реальность происходящего. Что битва — на пороге, и нам предстоит в ней участвовать.

Конечно, как вчерашних практикантов, нас отправили в резерв, и присоединиться нам предстояло, только если основные отряды бойцов перестанут справляться. Но так как никто не знал точную численность Проклятого клана, количество чудовищ на их стороне, обученность и уровни магической подготовки магов, а также артефакты, находящиеся в их владении, то исключать такую вероятность не стоило.