Чтение онлайн

– Пойдём, познакомишься с мамой. – Нильс взял меня за руку, вернув к реальности.

Я бросила взгляд в зеркало, убедилась, что выгляжу вполне прилично, и готова к знакомству. Но готова я была только внешне, на самом деле я очень переживала, а вдруг я ей не понравлюсь?!?

– Ты ей понравишься… – Нильс опять прочитал мои мысли.

Знакомство состоялось. Нильс представил меня, и Екатерина Александровна (так её зовут), спросила, как я добралась. Меня немного отпустило, и разговор завязался. Она приветливо улыбалась, но в глубины её тёмных, как у сына, глаз были встроены два рентгеновских аппарата, лучи которых беспощадно просветили меня насквозь, сверху вниз и слева направо. Никто и никогда меня так не рассматривал – как корову на рынке. Но, видимо, все матери такие. Моя разве что в зубы Нильсу не заглянула, когда он впервые появился у нас дома… Темноволосая и темноглазая, она представляла собой классический образец малороссийского типа «кровь с молоком». Её голос и интонации были мягче, чем у Нильса, однако схожесть их тембров была слышна невооружёнными ушами. Кажется, Нильс взял всё лучшее от своей матери. И он был прав: я ей понравилась. Наверное.

Чуть позже Нильс оставил меня, занимаясь гостями. Я сидела в стороне, рассматривая прибывающих. Кровные родственники со стороны матери практически все были вылеплены из одного теста и я развлекалась, разгадывая, кто кем кому приходится. Приехал и шеф с женой и дочкой Женечкой. Ей было двенадцать, и она частенько зависала у нас в приёмной. Оксана Александровна была чуть ниже и чуть полнее своей сестры, но в том, что они родственники, сомневаться не приходилось. Шеф, Кирилл Андреевич Кругловский, вполне оправдывал свою фамилию. Круглым было всё: и лицо, и фигура.

Вдруг кто-то дёрнул меня за палец. Подле меня стояла хорошенькая малышка лет четырёх, беленькая, в бледно-зеленом атласном платьице.

– Ты принцесса? – спросила она.

Я задумалась. Вокруг меня была королевская обстановка, мой принц был рядом… Дамы и господа, поздравьте меня – я принцесса!

– Да….

– Я тоже! – обрадовалась девчушка. – Смотри.

На её голове красовалась маленькая корона.

– Ой, а у меня короны нет… – «огорчилась» я.

– Хочешь мою?

– Давай…

Я посадила её на колени и она нацепила свою корону мне на голову. Теперь я официально коронованная особа.

– Как тебя зовут? – спросила я. – Кто твоя мама?

– Маргалита Белова. – малышка махнула рукой в сторону входа. – Мама там.

Она так и сказала «Маргалита».

– Маргарита? – значит, это и есть маленькая сестра Нильса. Он о ней рассказывал, называя Маргошей.

– Маргалита! – Нильс подошёл к нам. – Ты опять от Женьки сбежала?

Она радостно захихикала и как обезьянка, перебралась к нему на руки. Да уж, дети его просто обожают.

– Почему Маргалита? – спросила я.

– Родители решили, что это оригинально…

Действительно.

К нам уже спешила Женя, видимо, назначенная нянькой на сегодняшний вечер. Детей было несколько, для них был накрыт специальный маленький столик, но для Жени он явно был маловат: она была довольно высокой девочкой. Впрочем, она не жаловалась.

– Иди с Женей, капустка, и больше не убегай, а то в грядку посажу. – Нильс потрепал сестрёнку за тугую щёчку и Женя потащила её к месту дислокации детей. Корона осталась на мне. Учитесь, девчонки, как быстро и без интриг урвать сей предмет!

Спрятавшись за ближайшую пальму, мы наконец-то поздоровались как следует, после чего Нильс опять вернулся к гостям, а я за свой стол.

Гости продолжали прибывать. Когда приехали дедушка и бабушка, Нильс позвал меня, чтобы я с ними познакомилась. Дед был само очарование, а милая бабуля выдала мне новую порцию пронизывающих взглядов. Меня это начинало уже раздражать – я чувствовала себя дворняжкой на собачьей выставке и явно недобирала баллов у судейской комиссии. Кого они хотели увидеть? Кейт Миддлтон занята, Анджелина Джоли тоже. Нет уж, дорогие мамы/бабушки, разозлилась я, меня тоже не на помойке нашли…

Отчим Нильса появился одновременно с финнами – очевидно, они встретились у входа. Было заметно, что они знакомы не первый год. Отец Нильса был плотным мужчиной со светлыми волосами и голубыми глазами; широкий лоб и высокие скулы завершали его портрет. Супруга была ему под стать. Парень лет 16-ти, похожий на обоих родителей, отличался от них только россыпью весёлых веснушек. Из рассказов Нильса я знала, что отца зовут Юсси Хямяляйнен (язык можно сломать), мачеху Кайса, брата Олави. У них были ещё и вторые и третьи имена, но так как их почти никто не употребляет, то можно было не заморачиваться. Кайса – финский вариант имени Екатерина, т.е. фактически мать и мачеха Нильса носили одно и то же имя.

Всем им Нильс представил меня как свою девушку. Я была на седьмом небе от счастья!

Примерно в это же время приглашённые организаторы праздника закончили техническую подготовку к собственно торжеству и готовы были начинать. Ведущая вечера по имени Лада пригласила гостей занять места за столиками. За детским столом уже расположились аниматоры: девушка в костюме лесной феи и ростовая кукла-медвежонок. И девушка, и медвежонок были довольно миниатюрными, и чувствовали себя за маленьким столом вполне в своей тарелке.

Самый большой и красивый стол предназначался виновнику торжества и его родителям. Меня Нильс посадил рядом с собой. Русско-финские родители и их половины, естественно, разместились все вместе. На правах старых знакомых они оживлённо переговаривались между собой; Юсси и Олави говорили по-русски свободно, хотя и со знаменитым северным акцентом; Кайса хуже владела русским, но её всё равно все прекрасно понимали. Раньше финны представлялись мне угрюмыми и неразговорчивыми людьми, но сейчас, глядя, как они весело и непринуждённо общаются со всеми присутствующими, я поняла, что ошибалась. Видно было, что все эти люди были искренне рады видеть друг друга. В какой-то момент внимание всех присутствующих за столом сосредоточилось на мне, и я уже готова была умереть от смущения, но тут, слава богу, подали первое блюдо и праздник живота начался.

Огромный стейк с картофелем ратте стал первым блюдом, которое мне предстояло съесть сегодня вообще, и, если честно, я очень сомневалась на его счёт. Перед тем, как запихнуть меня в платье, Дашка затянула на мне корсет. До того, как он застегнулся на мне, я не ценила, что могу дышать свободно. Теперь я поняла, почему Дашка стала вегетарианкой – в восьмом классе у нас был первый в старшей школе танцевальный вечер, на котором предполагались вечерние туалеты. Впрочем, меня там не было, как и на всех последующих. Танцевала я дома, перед зеркалом, в гордом одиночестве.

– Фииктоориияя, фыы нее еетиитее? – Отец Нильса поинтересовался, почему я не ем.

И все опять на меня посмотрели. Чьорт!! Как сказать по-фински «платье лопнет по диагонали, если я съем хотя бы половину»???…

Я мужественно взялась за вилку…

…И положила её обратно, когда он отвернулся.

За нашим столом веселье разгоралось. Юсси рассказывал разные забавные истории из детства Нильса, которые заставляли всех покатываться со смеху. Когда Нильсу было лет десять или двенадцать, в школе проходили творчество Пушкина; ученикам был показан фильм о детских годах поэта. Нильсу непременно захотелось научиться писать пером и очередные каникулы на хуторе закончились тем, что все куры лишились половины перьев. Петух, к своему счастью, вовремя успел сбежать к соседям. До соседского хутора, на минуточку, было километра три, так что можно себе представить, какого ужаса натерпелся несчастный по дороге. В Финляндии запрещены телесные наказания детей, так что Нильс и Олави отделались лёгким испугом и большим количеством куриного супа.