Чтение онлайн

— Какая ты красивая.

— На самом деле нет. Я всегда была самой обыкновенной. — Холли накручивала на палец темные волосы у него на груди, чувствуя, как быстро бьется его сердце у нее под рукой.

— В тебе нет ничего обыкновенного. — Он обвел пальцем ее щеку и подбородок. — Ты околдовала меня своей красотой. Ты заставила меня забыть обо всем. Если бы ты была со мной, я мог бы прожить всю жизнь в бедности. Я никогда тобой не пресыщусь. — Он наклонился и опять поцеловал ее.

Его плоть снова пульсировала в ней. Он начал двигаться, и она подумала — а не наоборот ли? Может быть, она никогда им не пресытится?

Проснувшись на следующее утро, Холли пошарила рукой рядом с собой, но обнаружила только холодные простыни. Она потянулась, ощущая между ногами легкую боль и томительный мускусный запах их близости,

После того как они два раза любили друг друга в охотничьем домике, он привел ее в эту комнату и уснул рядом, а рано утром овладел ею снова. „

Холли медленно улыбнулась. Она откинулась назад и понюхала подушку, глубоко втягивая все еще не выветрившийся мужской запах. Прижала подушку к груди, обняла, подняла глаза к трещине в штукатурке на потолке. Она не чувствовала за собой никакой вины. Вчера ночью у них была такая близость, память о которой она будет беречь как сокровище, когда ей придется уехать. Вчера ночью он не расспрашивал о ее прошлом, но этих вопросов не избежать. Она никогда не сможет сказать ему правду. При мысли, что придется оставить его, Холли зарылась пальцами в подушку и крепче прижала ее к себе.

Нет, плакать из-за того, что еще не произошло, — только мучить себя. А ведь впереди Рождество. Холли отбросила подушку, откинула одеяло и скатилась с кровати. Дрожа от холода, бросилась к шкафу в поисках одежды.

Раздался стук в дверь, и от неожиданности она вздрогнула.

Осознав, что она голая, Холли сорвала с кровати покрывало.

— Да?

— Это я, мисс, — раздался из-за двери приглушенный голос Данна.

— Не входите. — Холли споткнулась обо что-то, лежащее рядом с кроватью, посмотрела вниз и увидела черное рваное платье, которое подарила ей леди Матильда и которое теперь лежало у ее ног бесформенной грудой.

Как оно попало в ее комнату? Нахмурившись, Холли схватила его и подбежала к окну. Когда она подняла раму, порыв свежего воздуха ворвался в комнату, взметнул ее распущенные волосы. Она отбросила волосы с лица и почувствовала, что щеки щиплет мороз. Тогда она быстро смотала в комок рваное платье и со всей силой выбросила из окна. Ветер подхватил его. Оно высоко взметнулось вверх и исчезло за выступом крыши.

Холли потирала руками, радуясь, что избавилась от противного платья, потом плотно закрыла окно. Обмотавшись покрывалом, она пошла к двери. Дверь скрипнула на петлях, на пороге стоял улыбающийся Данн.

— Доброе утро, мисс. — Он держал в руках красивое утреннее платье бутылочно-зеленого цвета, которое сшил для нее. — Платье готово. Я подумал, что вам, наверное, захочется его примерить.

— Благодарю вас, Данн.

От острого взгляда Данна не ускользнуло, что руки у нее голые. Он улыбнулся еще шире.

— Неужели хозяин слишком сурово обошелся с вами после нашего ухода?

— Он оказался очень чутким. — Тут она вспомнила, каким чутким он оказался, и покраснела. — Он даже разрешил нам украсить дом. Вы можете себе представить?

— Очень хорошо для детей, мисс. Кажется, у нас теперь будет много работы.

— Да, вы правы. Думаю, что мы сможем устроить здесь празднование. И пригласить всех арендаторов его светлости.

— Не знаю, мисс, — нахмурился Данн. — Его светлость может не разрешить.

— Давайте устроим ему сюрприз. Даже если ему не понравится, он не станет проявлять недовольство перед всеми.

— Может, и подействует, мисс. Сейчас пойду и расскажу обо всем Принглу. — Данн собрался было уходить, но задержался. — Кстати, хозяин ждет вас в вольере. Он, кажется, чем-то обеспокоен, так что вам лучше поторопиться.

Данн усмехнулся, повернулся и пошел по коридору.

Некоторое время Холли смотрела, как фалды фрака бьются о его короткие ноги, потом закрыла дверь. Она подумала, что сейчас увидит Джона, и поспешила одеться.

Джон стоял посреди вольера и озирался. Вольер он устроил в бывшей оранжерее с крышей в виде купола. Маленькие деревца и кустики росли вдоль стен и образовывали круг в центре. Он терпеть не мог держать птиц в клетке.

Вольер для него стал тем местом, где можно расслабиться и забыть о своих денежных неурядицах. Веселым помещением делал вольер яркий солнечный свет, проникающий сюда через высокий стеклянный купол над головой, но сегодня солнце было скрыто плотными серыми тучами. Однако мрачное небо никак не могло испортить Джону настроение. Он чувствовал себя по-настоящему счастливым в первый раз за многие годы, словно долго блуждал по темному тоннелю и наконец нашел выход. Выходом для него была Холли.

Наклонившись над коробкой с гнездом, он погладил голландскую оборчатую курочку, изящное желтое создание с волнистыми перьями на головке, груди и гребешке. Прикосновение к мягким перышкам у него под рукой заставило его снова вспомнить о Холли, о ее наготе, о больших карих глазах.

Услышав за спиной легкие шаги, Джон выпрямился и посмотрел сквозь густые ветки боярышника с красными ягодами, которые так любят поедать птицы. Встретившись взглядом с большими карими глазами Холли, он широко улыбнулся.

Она казалась очень красивой в платье глубокого зеленого цвета, которое так шло к цвету ее кожи и рыжевато-каштановым волосам. Волосы она не зачесала кверху, а заплела сзади в косу. Вьющиеся пряди обрамляли ее лицо. Такая прическа необычайно красила ее. Огромные карие глаза светились таким щедрым, мягким чувством, что ему тут же захотелось заключить ее в объятия. Некоторое время она смотрела на него, потом перевела взгляд на десяток птичек, сидящих у него на плечах.

— Вы, видимо, умеете с ними обращаться, — заметила она, улыбаясь птицам. — Прингл пытался поймать одну из ваших птичек, но она улетела.

— Курочки любят меня. — Он насмешливо выгнул бровь.

— Да, и ясно почему. Вы действительно напоминаете важного петушка. — Она проказливо улыбнулась.

Множество птичек, сидевших на деревьях, привлекли ее внимание. Некоторое время она прислушивалась к их пению, сливающемуся в приятную успокаивающую мелодию, а потом вымолвила:

— Я понимаю, почему вы их разводите, здесь так красиво.

— Да, мне нравится находиться в обществе птиц.

— А большую прибыль вы от них получаете?

— Достаточную, чтобы покрыть кое-какие расходы по содержанию Брукхоллоу. Хотите подержать канарейку?

— А можно?

Джон посадил себе на палец темно-желтую птичку и подошел к Холли:

— Протяните палец.

Она послушалась, и он пересадил канарейку ей на палец.

— Какая она красивая и изящная. — Холли поднесла птичку к лицу и принялась рассматривать, нежно поглаживая.

— Да, совсем как вы. — При виде того, как она гладит птичку, в голове у него возникли всевозможные эротические картины. Он снова жаждал почувствовать на себе ее руки и привлек ее в свои объятия.