Чтение онлайн

— И как ты тогда перемещаешься?

Он пожал одним плечом, не отрывая взгляда от табло.

— Есть несколько способов. Вампиры умеют очень быстро бегать. А при необходимости — ещё и летать.

— Летать?! — Я уставилась на него. — И это ты мне только сейчас говоришь? Ты же обещал, что не будешь скрывать важные вещи.

— Не думал, что то, как я передвигаюсь по Чикаго, настолько важно, — уголки его губ дрогнули. — К тому же, насчёт полётов я пошутил.

Я закатила глаза.

— Шутки, Фредерик? Уже второй раз за вечер?

В его взгляде заискрились смешинки.

— Ну… частично пошутил.

Я уже хотела уточнить, что именно значит «частично», но тут наш поезд влетел на станцию. Все, кроме Фредерика, инстинктивно отступили от края платформы, когда состав с грохотом появился в поле зрения. Пришлось схватить его за руку, чтобы оттащить назад.

Ощущение его бицепса под моими пальцами мгновенно оживило воспоминания. Это было наше первое прикосновение с того момента, как мы поцеловались на кухне два дня назад: его сильные руки, притягивающие меня ближе, его губы — мягкие, податливые, скользящие по моим…

Я покачала головой. Сейчас не время зацикливаться на том, о чём мы так и не поговорили после. Мы собирались сесть на Красную линию в час пик — испытание стрессовое даже для привычного пассажира. А Фредерик рассчитывал, что я проведу его через это.

— Это нападение на органы чувств, Кэсси, — крикнул он сквозь шум станции и гул приближающегося поезда.

— Тут ты прав, — перекричала я в ответ.

Вечеринка у Сэма начиналась в семь, и платформа была забита под завязку: кто-то возвращался домой после работы, кто-то направлялся на матч «Кабс» (если судить по множеству кепок и футболок с логотипами команды), а кто-то, как и мы, просто собирался развлечься в пятницу вечером. Толпа и грохот «Эл» в час пик были испытанием даже для тех, кто ездил каждый день. Если подумать, мне следовало выбрать для Фредерика более спокойное время, чтобы познакомить его с общественным транспортом. Но он хотел изучить двадцать первый век — что ж, сразу в глубокий конец бассейна.

Двери вагонов распахнулись с громким «динь-дон». Я не отпустила Фредерика за руку, молча показывая, что нужно подождать, пока выйдут пассажиры.

— Один маленький шаг для вампира, один гигантский скачок для вампирского рода, — пробормотала я ему на ухо, довольная собственной шуткой.

Но он только нахмурился, явно собираясь спросить, что это значит, когда сзади протиснулась шумная компания парней в майках «Кабс» и втиснулась в вагон.

— Ой! —

Руки Фредерика тут же легли мне на плечи, удерживая от падения. Поезд дёрнулся вперёд, и хотя обычно я гордилась своим умением держать равновесие, на этот раз меня выбило из колеи ощущение его пальцев, крепко вдавившихся в моё тело.

Я быстро восстановила равновесие и отвела взгляд, чувствуя, как жар поднимается по шее. Пыталась не думать о том, как близко он находится, но попытка провалилась. Когда стало ясно, что я уже точно не упаду, он чуть ослабил хватку — но, похоже, так и не знал, куда деть руки.

И от этого всё стало ещё неловче, когда поезд резко дёрнулся, один из фанатов «Кабс» толкнул меня сзади — и я врезалась прямо в Фредерика.

— Чёрт! — мой возглас приглушился его широкой грудью. Его бордовый свитер был таким мягким, словно соткан из поцелуев ангела. Я глубоко и рефлекторно вдохнула — и тут же пожалела об этом.

Потому что пах он не просто хорошо.

Я не знала, был ли это дорогой одеколон, мыло, которым он пользовался, или же все вампиры пахнут так божественно, если вдохнуть их аромат прямо у источника. Но я знала одно: этот запах заставлял меня хотеть забраться под его идеально сидящую рубашку и завернуться в него, как в кокон. Прямо там, в переполненном вагоне Красной линии, наплевав на остальных пассажиров.

— Кэсси? — его голос глухо отозвался в груди. — Ты… ты в порядке?

Он звучал обеспокоенно, но не сделал ни малейшей попытки освободиться от меня. Не то чтобы мог — за его спиной была стена вагона, и мы были втиснуты друг в друга, как сардины. Однако он хотя бы мог попробовать оставить между нами немного пространства.

Но он этого не сделал.

Вместо этого его руки медленно скользнули с моих плеч к пояснице, заключая меня в крепкие объятия. Он притянул меня ближе.

— Здесь небезопасно, — пробормотал он, его дыхание было прохладным и сладким, лаская мою макушку. — Я буду держать тебя. Ради твоей же защиты, разумеется. Пока не доберёмся до нашей остановки.

Он просто искал предлог, чтобы не отпускать меня. Я это прекрасно понимала. Но мне было всё равно.

Я вздрогнула и прижалась к нему ещё крепче, прежде чем успела напомнить себе, что обниматься со своим вампиром-соседом на глазах у всех — не самая разумная идея. Но его тело казалось таким восхитительным рядом с моим… И несмотря на холод, исходящий от него, я ощущала только жар, растекающийся по всему телу, и волнение, пробегающее по позвоночнику, когда он прижал щёку к моей голове и ещё сильнее притянул меня к себе.

Оставшаяся часть поездки одновременно тянулась бесконечно долго и пролетела в одно мгновение.

Глава 15

Письмо от миссис Эдвины Фицвильям к мистеру Фредерику Дж. Фицвильяму, 11 ноября

Мой дорогой Фредерик!

Не стану ходить вокруг да около.

От самих Джеймсонов я узнала, что ты по-прежнему игнорируешь мои просьбы и продолжаешь возвращать подарки мисс Джеймсон нераспечатанными. Так дело не пойдёт.

Я забронировала билет на прямой рейс из Лондона, где сейчас отдыхаю, в Чикаго во вторник вечером. Учитывая, что почта — дело не быстрое, вполне возможно, что я прибуду в Чикаго раньше, чем это письмо попадёт к тебе. Если так и случится — что ж, пусть. Возможно, даже лучше, если ты не будешь предупреждён о моём приезде. Так я смогу собственными глазами увидеть, в какой беспорядок ты превратил свою жизнь.

Несмотря ни на что, я люблю тебя, Фредерик. Надеюсь, со временем ты поймёшь: я всегда желала тебе только добра.

С наилучшими пожеланиями,

Твоя мать,

Миссис Эдвина Фицвильям

После того как мы с Фредериком вышли из поезда, мы шли к квартире Сэма нога в ногу.

Даже несмотря на то, что мы отпрянули друг от друга в тот же миг, как поезд остановился, я всё ещё ощущала его прикосновение так отчётливо, будто мы всё ещё обнимались.

Фредерик быстро барабанил пальцами правой руки по бедру — я уже знала, что это его самый очевидный признак нервозности. Он смотрел строго вперёд, не удостаивая меня даже мимолётным взглядом.

— Я составил список нескольких тем для разговора на этой вечеринке, — сказал он, повторяя то, что говорил мне ранее вечером. Он сунул руку в передний карман джинсов и достал сложенный вчетверо клочок бумаги. Его рука дрожала. Значит, то, что произошло между нами в поезде, задело и его — ведь руки у него почти никогда не тряслись, да и он никогда не повторялся.

Эта мысль была одновременно и захватывающей, и пугающей.

— Ты уже говорил мне это, — напомнила я.

Мимо проехала машина с опущенными окнами. Из динамиков громыхал какой-то незнакомый мне хип-хоп.