Чтение онлайн

— Ну-у-у-у, — Сан Саныч достал сигарету, подошел к окну и открыл форточку. — Я тоже за ними этот момент заметил. Знаете, бывает такое — человек не на своем месте. Руки у них прямые и работы не боятся. Было бы у них силы побольше — отличные артефакторы вышли. А так…

— Да-да, такая же мысль пришла, — закивал старичок. — Главное — рука набита. Парни прям видно, что ребята руны не только в тетрадях пишут. Я, кстати, видел у них занятные перчатки. Лепят ими что сталь, что дерево, словно глину.

— Видел. Типа защитных перчаток, — кивнул Мясоедов и затянулся. — Мои ребята посмеялись, но эти двое наловчились. Им ни ножовка, ни топор не нужны. Удобно.

БДЫЩЬ!

Стекло окна разлетелось неожиданно, но Сан Саныч среагировал мгновенно.

— На пол! — рыкнул он, сместившись за стену и достал пистолет. на мгновение выглянув в окно, он оценил обстановку и гаркнул во всю глотку. — ДЕЖУРНЫЙ! КОМАНДУЙ «КРЕПОСТЬ»!

Переместившись на корточках на другую сторону, он снова выглянул в окно на мгновение, но там как и в прошлый раз все было спокойно.

— Александр Александрович, — раздался голос старичка.

ГБшник глянул на старичка. Тот присел у перепачканных белым стекол у противоположной стены.

— Осторожнее, это может быть отравлено или…

— Это кефир, — произнес Дмитрий Николаевич. — А это…

Тут он поднял кусок смятой фольги, развернул и обнаружив там руны, произнес:

— Это линза Ларцевой.

— В смысле? — Мясоедов выглянул в окно еще раз.

— С руной «Гош». И на остатках стекла тоже руны и… — тут старичок поднялся, прошел на центр комнаты и оглянулся. — Если траектория полета… Сан Саныч, а что там дальше по улице?

— Дмитрий Николаевич, пригнетесь, это может быть…

— Это бутылка кефира с рунами, — старичок поднял руку на белое пятно на стене, а второй указал на на окно. Проверил траекторию. — Что в той стороне?

Сан Саныч сделал шаг к наставнику двух агентов, глянул на пятно, а затем в направлении, куда указывал старичок.

— Там перекресток. На крупскую поворот. За тем холмом получается тупик и остановка. А за ней корпус… — тут лицо Сан Саныча перекосило.

— Товарищ… — ввалился в комнату с оружием дежурный. — Команда крепость по вашему приказу…

— Отставить! — рыкнул Мясоедов не оборачиваясь и тихо добавил: — Выпорю идиотов! Честное слово — выпорю!

Дмитрий Николаевич сидел за столом, в кабинете здания ГБ. Перед ним стоял уже остывший чай, тарелка с бутербродами, а из-за стены доносился крик Мясоедова, выражающий в матерной форме все, что он думает о двух студентах, которые решили поиграть в изобретателей.

— М-м-м-мда, — протянул старичок, вертя в руках кусок фольги с рунами.

Пусть и старый, но все же ученый досконально изучил прилетевшее в окно третьего этажа устройство и даже успел накидать на листке схему.

— Век живи — век учись, да, — проворчал он с задумчивым видом.

Старичок поднялся, осмотрел комнату и, не найдя ничего подходящего, подошел к шкафу. Открыв его, он обнаружил стопки дел и бутылку, что сиротливо стояла в дальнем углу.

— О! Что за служба безопасности без водки, — хмыкнул он, вытащил емкость, в которой оставалась едва четверть, и подошел к раковине. — Скажу, что выпил…

Вылив содержимое, мужчина осмотрел бутылку, а затем подошел к столу. Порывшись в ящиках, он нашел старую перьевую ручку и небольшую чернильницу, крышка которой знатно присохнула.

— Та-а-а-а-ак! — протянул он, с трудом откупорив чернильницу. Внутри, пусть и на дне, было немного чернил. — Для одного раза не принципиально, так что…

Старичок уселся обратно за стол, перехватил поудобнее перьевую ручку и вздрогнул от резкого крика Мясоедова за стеной.

— В жопу засуну! Слышали?! Засуну так, чтобы горлышко из хайла торчало!

— Достаточно глубоко, — прокомментировал Дмитрий Николаевич, принявшись чертить руны на бутылке.

Минута, вторая, третья. Старичок провозился достаточно долго. Пришлось учитывать форму объекта, материал, а так же то, что перьевая ручка для этого не предназначена.

— Ну, как-то так… — произнес он, осмотрев бутылку из-под Столичной водки. С первого взгляда казалось, что руны поплыли, и сама схема кривая, но на самом деле старичок специально так их начертил, дабы избежать эффекта «покатости» рунного комплекса. — Ну-с… Теперь линза.

Ученый еще раз оглядел кабинет и принялся обследовать все ящики и тумбы, что смог найти. В результате десятиминутных изысканий он так и не нашел ничего подходящего.

— Ладно, возьмем ваш вариант, — недовольно проворчал он, подошел к столу и взял в руки кусочек фольги. — Так, а пластилин тут есть? Или что-нибудь…

Тут он замер и прислушался. Крики из соседнего кабинета прекратились. Дмитрий Николаевич нахмурился, глянул на часы и произнес:

— Силен… Двадцать минут матом — это вам не бочки грузить.

В дверь постучали, и в щель просунулась голова Семена.

— Дмитрий Николаевич, Мясоедов к вам отправил.

— Заходите, горе-изобретатели, — махнул рукой Одинцов. — Я тут смотрел вашу поделку. Зачем вы руны продавливали? И чем?

— Так, шариковой ручкой, — удивленно произнес Семен. — С обратной стороны делали.

— У нас чернил не было, поэтому обычные использовали, — вставил вошедший за ним Кирилл. — Если бы просто нарисовали — выгорело в момент. Поэтому мы с обратно стороны зеркально сделали и ручкой продавили.

— Хорошая идея, — хмыкнул ученый. — Однако, есть пара нюансов, которые вы не учли.

— Надо было в стену направить, а не в сторону конторы, — буркнул Семен.

— Да, но я так понимаю, запускали вы свой «снаряд» с земли, так? — спросил он и глянул на парней.

— Так.

— А прилетел он в окно третьего этажа. Почему? Кстати, у вас пластилина с собой нет?

Кот с Осетренко переглянулись. Кирилл достал небольшой кусочек и протянул старичку.

— Спасибо. Так, предположения?