Чтение онлайн

Котов начал деятельно искать клад. Он привлек к этой работе нескольких ребят, но они, один

за другим, постепенно «выздоравливали», и в конце концов у него остался только один

– 24 –

помощник — Шурка Рыжий, колонист, вызывавший общую антипатию (до поступления в

колонию он занимался нищенством и теперь еще нет-нет попадался на выклянчивании денег

у пассажиров дачных поездов). Несмотря на все неудачи, Котов и Шурка упорно продолжали

свои поиски. Если первоначально Шурку прельщала одна перспектива — урвать для себя

хотя бы кусочек от найденного клада, то потом он увлекся интересными замыслами Котова,

который намеревался осчастливить всю колонию.

Когда на одном из заседаний совета командиров со всех сторон посыпались жалобы на

наших кладоискателей — со стороны коменданта («ребята ходят грязные»), со стороны

хозяйственной части («ребята портят обувь и одежду»), со стороны прачек («грязь на их

белье невозможно отстирать»), — Антон Семенович приказал вызвать Котова и Шурку

Рыжего. И вот они предстали перед столом президиума, действительно грязные,

опустившиеся. Антон Семенович с досадой спросил:

— До каких же пор вы будете заниматься глупостями?

Ребята молчали.

— Ну, хорошо, а как вы поступите со своими несметными богатствами, если

действительно их найдёте?

Кладоискатели заулыбались. Этот вопрос был решен ими уже давно.

— Найдём какое-нибудь применение... — скромно ответил Котов.

— Какое же применение? Нелепость, вероятно, какая-нибудь? Говори совету

командиров, что вы там придумали!..

— Прежде всего купим вам, Антон Семенович, фаэтон с парой хороших лошадей или

мотоцикл!

— Ну для чего мне фаэтон и мотоцикл? — с досадой ответил Антон Семенович. — Я

и без них прекрасно передвигаюсь по земле. Уж лучше бы вы подумали о ребятах!

— Мы и о них подумали! Вам фаэтон или мотоцикл, а всем ребятам — велосипеды.

Вы только подумайте, Антон Семенович, — все больше увлекаясь, продолжал Котов, — в

Харькове на параде перед трибунами молнией промчимся! Вы на фаэтоне, а еще лучше на

мотоцикле, а мы на велосипедах! А экскурсий сколько можно совершить — в Москву, в

Крым, на Кавказ. В море покупались бы! Ох, Антон Семенович, как было бы хорошо...

Надо признаться, что командиры отрядов слушали Котова завороженно, и видно было,

что сейчас они в мыслях своих вместе с ним мчатся на велосипедах по просторам

необъятной нашей Родины. Антон Семенович тоже поддался общему настроению и, забыв о

своей досаде, с улыбкой обратился к совету командиров:

— Если все мы будем хорошо работать и учиться,— сказал он, — то не только

велосипеды, а и автомобили добудем. И в Москву, и в Ленинград, и куда душа захочет

поедем!.. А чтобы окончательно вылечить Котова и Шурку от кладоискательства, я вношу на

обсуждение совета командиров следующее предложение: у нас есть ордер на два станка для

наших мастерских, за ними надо ехать далеко, километров за сто, в один совхоз. Давайте

завтра пошлем туда на лошадях Котова, Шурку и еще двух ребят, а командиром назначим

Котова. Поручение ответственное — станки надо разобрать, аккуратно уложить и без

повреждения доставить в колонию.

После недолгого обсуждения совет командиров утвердил это предложение. Котов в тот

же вечер получил у меня инструкции и на рассвете следующего дня выехал со своим отрядом

в далекий путь.

Ребятам пришлось преодолеть большие трудности — очень тяжелые дорожные

условия, нелегкие поиски фуража для лошадей, да и станки в совхозе им не хотели давать, но

через десять дней груз на двух подводах был доставлен в Куряж. Общее собрание заслушало

отчет Котова. О своих путевых невзгодах он говорил мало, но все знали, каким трудным было

поручение, выполненное котовским отрядом. Собрание постановило отменить выговор

Котову, и он вместе со всеми колонистами участвовал в празднике Первого снопа.

– 25 –

Через год выпускник Котов получил направление на один из крупных

машиностроительных заводов Харькова.

Прошло более десяти лет, и случай столкнул меня с его старшим братом, тоже

бывшим колонистом (о нем речь впереди). Котов-старший показал мне вырезки из газет —

очерки, заметки, — в которых описывались трудовые подвиги его брата, работавшего на

Урале. Когда я прочитал, как бригада Котова вышла на первое место в социалистическом

соревновании, я невольно вспомнил настойчивые попытки юного колониста отыскать клад в

Куряжском монастыре, вспомнил, как успешно доставил он станки в колонию, и подумал об

Антоне Семеновиче, сумевшем направить энергию и порывы этого юноши к достижению

полезных для общества целей.

Весной 1927 года мы получили долгожданный трактор, а немного позднее наши

друзья из Государственного Политического Управления подарили нам второй.

Ребята встретили появление этих машин с настоящим энтузиазмом. И очень скоро

многие наши романтики-кладоискатели, увлекшись техникой, стали вполне

квалифицированными механиками.

...В один из ноябрьских вечеров, во время ужина, неожиданно погас свет. На нашей

электростанции произошла авария с 75-сильиым двигателем. Механик заявил, что ремонт

потребует не меньше месяца, но, добавил он, если кому-то там доплатить, другими словами,

дать взятку, то этот срок можно будет сократить до двадцати дней... Мы оказались в тяжелом

положении. Остановка электростанции вызвала еще и остановку водокачки. Четыреста

колонистов и служащих колонии остались без воды и без света, да притом в такое время года,

когда рассветает поздно, а темнеет рано...

На следующий день, утром, Антон Семенович собрал экстренное заседание совета