Мой верный
Шрифт:
– Сейчас вернусь, – Апостолов вышел в коридор, однако спустя минут десять он все еще был занят телефонным разговором, который, судя по его резкому тону, не собирался заканчиваться.
– Я пока… в душ, – испытывая смятение, я спряталась от него в ванной комнате.
И вроде бы у нас все уже было, но теперь мои ощущения значительно отличались, появилась как-то скованность… Да и не давало покоя, как он отреагирует на мою новость…
Не изменой оставалась только реакция моего тела на близость этого мужчины – сидя на кухне и вдыхая запах его туалетной воды, я то и дело покусывала губы в ожидании «десерта».
Оставшись в одиночестве, я стянула с себя джинсы и водолазку, осматривая свое отражение в простеньком черном комплекте белья.
М-да. Не самое эротическое зрелище. Откровенно говоря, наиболее точно описало бы меня сейчас слово «скелет». Еще сильнее нервничая, я разделась догола, заходя внутрь душевой кабины.
Вывернув вентиль с горячей водой, я подставила лицо под хаотичные упругие струи, прикрывая глаза.
Внезапно дверца душевой кабины отворилась.
– Заскучала? – Артем нарушил мое маленькое уединение. – Я тоже решил принять душ.
Он зашел ко мне обнаженным и полностью готовым: его большой твердый член стоял до пупа, а густой запах мужского возбуждения просочился в мои ноздри.
Глубоко вздохнув, я притянула его к себе за плечи, каждой клеточкой тела ощущая возбуждение.
Артем накрыл мои губы своими, принимаясь покрывать их маленькими ласковыми поцелуями, и в этот миг я вообще перестала что-либо соображать, потому что он целовал меня так, будто мои губы – величайшее лакомство во всем мире.
– Я сам тебя помою, – скользнул руками по моей небольшой груди со вздернутыми сосками. – Ты не против? – навалившись, Артем собственнически оглаживал мою грудь, полностью накрыв ею своими большими ладонями.
Очевидно, покраснев до корней волос, я протянула ему губку и гель для душа. Но он не торопился принимать у меня купальные принадлежности.
Глубокие карие глаза Темного светились обожанием и вожделением, когда он сантиметр за сантиметром обводил мое тело нетерпеливым жадным взглядом.
– Я голоден, Саша. Знала бы ты… как я голоден…
Ухмыльнувшись, он опустил голову, смыкая губы на моем оттопыренном соске. Не удержавшись, моя ладонь обхватила член Артема…
– Большой… - сжав его, я издала короткий и высокий вздох. Мамочки. Так пошло.
Я наглаживала его эрекцию, пока Апостолов как изголодавшийся пещерный человек облизывал мои груди. Мое тело трепетало, принимая его ласки…
Он попеременно лизал соски, заставляя меня выталкивать воздух короткими вздохами, переходящими в тихие всхлипы.
Когда Артем отстранился, мои соски были не просто красными, а пурпурными, и выглядели болезненно набухшими.
Рассмеявшись, мы снова начали целоваться. Только на этот раз поцелуи выходили какими-то отчаянными и голодными. Дикими.
Положив ладонь на плоский мужской живот, я наслаждалась тем, как перекатываются его тренированные мышцы под загорелой кожей, пока язык Артема одержимо заполнял мой рот.
А потом…
Я издала протяжный захлебывающийся стон, почувствовав нетерпеливое прикосновение к своей промежности. Не разрывая поцелуя, Темный отыскал мой клитор, тиская его шершавыми подушечками пальцев.
Он начал погружаться в меня, разводя пальцы в истекающей промежности, вбирая мои тихие всхлипы ртом…
– Сахарная Саша, – просипел с наглой ухмылкой, ощутимо надавив на мою сердцевину.
Артем обводил мои губки, дразня влажную дырочку, и я едва ли сдерживалась, чтобы не подойти к пику наслаждения раньше времени.
Разорвав поцелуй, Темный зафиксировал мою влажную плоть своей тяжелой большой ладонью. Я начала задыхаться, когда он, опустив и вторую руку мне между ног, сцепил их замком, приподнимая меня над полом.
– Ты что делаешь? – обескураженно прохрипела я, в прямом и переносном смысле теряя связь с землей.
Артем приоткрыл рот, шумно вздыхая.
– Занимаюсь любовью со своей невестой, – непоколебимая уверенность в его словах захлестнули меня какой-то новой волной возбуждения.
Я дышала короткими частыми вздохами, пока Артем, удерживая меня с широко разведенными ногами на своих ладонях, татуированными костяшками скользил по чувствительной набухшей плоти.
Я была полностью открыта и уязвима для его ласк, ощущая, как из моей дырочки сочится влага.
– Я… я… – облизывала губы, чувствуя приближение чего-то мощного, нового и удивительного по своей природе.
– Я соскучился, – гуляя по моему телу оголодавшим взглядом. – Адски. – он легонько стукнул большим пальцем по клитору, и я издала долгий тягучий стон.
– Я уже… – воспламенялась, цепляясь за его сильные плечи, - Артем… Я уже… почти…
Внутри живота будто разрастался огненный шар, вызывая болезненное давление. Я была так близко… Еще шажок и....
Поняв все без слов, Темный поставил меня на ноги, после чего подхватил под ягодицы, и я инстинктивно обвила его ногами.
– Я вряд ли продержусь долго, Саша, – глядя мне в глаза, он стал медленно ввинчивать в меня свою крупную набухшую головку.
Я вся задрожала, наблюдая за тем, как его член протискивается между моих блестящих розовых складок. Так волнующе.
– Это пизд… – одним несдержанным рывком, Артем полностью заполнил мой узкий проход, сжимая в кулак место соединения наших тел…
И от этого дикого несдержанного жеста какой-то механизм внутри меня дал сбой… Издав жалобный писк, я выгнула спину, впиваясь в предплечья Артема ногтями.
Я даже не знала, что можно так… Бурно и болезненно.
Я начала всхлипывать. Бессвязно умолять его не останавливаться, чтобы продлить это восхитительное чувство наполненности во время своего пика.
Мотая головой, я царапалась и извивалась, пока Апостолов совершал быстрые ритмичные толчки, сминая кожу на моей попке пальцами.
Сделав последний, самый мощный толчок, Артем негромко застонал, и я почувствовала волнующее тепло у себя внутри.
Его член, погруженный в меня до упора, содрогался, орошая стеночки крепкими тугими струями. В какой-то момент из меня начало вытекать…
Не удержавшись, я зачерпнула немного его семени кончиками пальцев, и, удерживая безумный взгляд полыхающих карих глаз, втерла вязкую жидкость в свои соски.