Мой запрет
Шрифт:
— Умница! — кричит он от радости. — Так их! Ты что играешь где-то?
— Немного, да, — отвечаю несколько застенчиво и замечаю взгляд Мирона в эту секунду. Да он и сам ревнует меня просто до полопавшихся капилляров на глазах... Я буквально ощущаю это каждым миллиметром своей кожи…
Игра продолжается, и не только волейбольная, но и та, что между нами.
Я вижу, что он психует, как только меня касается кто-то из парней. И та девушка, что была с ним протягивает ему стакан с чем-то. Он идёт к ней и берет её за руку, глядя при этом на меня. Господи, какая нелепая глупость. Когда он уже перестанет играть в это дерьмо…
— Я перерыв возьму, — отвечаю и ухожу оттуда к берегу, пока за мной вдруг увязывается тот самый парень.
— Можно с тобой?
— Я вообще-то хотела побыть одна, — отвечаю вежливо и иду дальше, но он не отстает.
— Да брось, немного поболтаем…
— Эй, Каля! — слышу я сзади жёсткий голос Духова, но не останавливаюсь. — Мила, мать твою! — догоняет он меня, глядя на нас обоих. — Митяй, вали отсюда.
— Но я собирался поболтать с сестрой Влада и только…
— Я понимаю, просто Влад не будет рад этому, а сейчас он занят. Я за него, — грубо говорит он, глядя на него испепеляющим взглядом. Мне кажется, ещё секунда и он просто втопчет его в песок без разговоров. Парень чувствует это и ретируется.
— Ладно, — отвечает он, глядя на меня, и поднимает вверх руки. — Без обид…
Я провожаю его взглядом, а потом смотрю на Мирона.
— Что? — спрашивает он, встав на месте как вкопанный.
— Влад не будет рад или ты? — спрашиваю и продолжаю идти к берегу, слыша, что он идёт за мной.
— Возможно мы оба. Тебя это удивляет, блин?!
— Да, удивляет, Мирон. Меня это удивляет! Иди к своей девушке, она явно скучает там одна, — присаживаюсь на песок, и он садится рядом со мной.
— Она не моя девушка. И мне похрен, что она скучает, — коротко говорит он, положив руку на мою, но я тут же отдёргиваю её. — Зачем тогда приехала? Не дать мне отдохнуть?
— Возможно, — отвечаю, глядя вдаль. Вокруг так красиво. Солнце, что отражается в воде, песок, переливающийся на нём. Обожаю пляж… — Не льсти себе, Мирон. Можешь отдыхать. Я не трону тебя.
— Может мне это и нужно. Чтобы ты меня трогала, — шепчет он, повернув ко мне голову, и я делаю то же самое.
— Она красивая. Думаю, тебе будет с ней хорошо. Вы гармонично смотритесь. Как там её зовут… Женя, кажется…
Я прыскаю свой яд в него, а он рассматривает моё лицо. Чёрные ресницы распахиваются, обнажая передо мной его жестокие омуты, готовые поглотить меня полностью.
— Как долго ты будешь делать это со мной?
— До тех пор, пока ты не выплюнешь собственное сердце, — отвечаю, сжав зубы в тиски.
— А я уже, Каля. Показать?
— Покажи, — говорю и чувствую, что глаза слезятся.
— Нет никого красивее тебя, и ты это знаешь, — он отворачивает голову и потирает лицо ладонью. — Ладно… Твоя взяла… Пойду трахну Женю или как там её… Не важно. — Мирон встаёт с песка и отряхивает свои джинсы. — И не пей больше, а то ночью будешь скакать уже на Митяе.
Я слушаю его и внутри меня всё переворачивается. Хочу остановить, хочу сказать, как много чувствую, но внутри будто сидит блок, который не позволяет. Сжимаю песок пальцами, когда он уходит и смотрю вперед, не оборачиваясь, вспоминая слова мамы.
«Если ты хочешь бросить его, то успеешь сделать это. Но не тогда, когда внутри чувства, Мила. Если они есть, детка, не держи их в себе. Иногда достаточно просто поговорить. Может вы к чему-то придёте»…
К чему мы придём, если оба ведём себя как придурки, мама…?
Глава 30
Мирон Духов
Естественно, меня ломает. На тысячи частичек… Тем более, я знал, что она приедет. Я буквально ждал этого. А сейчас, когда она общается, кажется, со всеми кроме меня, я злюсь. Хотя, казалось бы, не имею на это никакого морального права, ведь сам постоянно с этой Женей тусуюсь, но…
Теперь уже нарочно пытаюсь надавить на больное место в ответ… Только для того, чтобы вывести её на эмоции. Эта девушка даже не нравится мне. Вообще никак. А Митяю я готов разбить ебальник только за один взгляд в сторону моей Кали...
Тем более, он знает, на что я способен в гневе.
Поэтому так легко свалил, когда встал выбор. И тем не менее, раздражает. Если она приехала только для того, чтобы я ревновал, у неё это прекрасно получается. Ведь я не могу показать ей чувства при всех. Не могу обнять её и скрыть ото всех, а она будто специально выглядит прекраснее всех остальных, хотя конечно это бред. Она даже не старается. Просто самая красивая девушка на свете, вот и всё…
Нервно сижу в стороне и прожигаю её взглядом как придурок. Хочу убить и её, и всех, кто даже секундно смотрит на неё. Евгения при этом не унимается, везде таскается за мной, как хвост, а мне даже нечего ей сказать. Разве что бросать на неё мажущие отталкивающие взгляды, и даже они не работают так как хотелось бы…
Ведь Каля-то из-за этого ещё сильнее бесится, а ту только разжигают подобные…
— У тебя глаза такие красивые, ты знаешь? — спрашивает и я готов заржать. Ведь рука её давно на моём колене. Костёр всё сильнее разгорается, а она лезет, как навязчивый дым в лицо.
— Точно глаза?
— Нууу… Не только… Куда ты всё время смотришь? — спрашивает у меня, и я тут же отворачиваюсь от Камиллы, которая только что присоединилась ко всем. Ебать меня пидорасит сейчас. И нахер я сказал ту фигню, что пойду её трахнуть, да у меня бы даже не встал на неё.
— Не распускай руки, пожалуйста, — снимаю её ладонь. — Я не твоя собственность. Терпеть этого не могу. Не лепи из меня полуфабрикаты. Не твоя профессия.
— А какая же моя?
— В душе не ебу, Женя…
— М-м-м… — смотрит на меня и улыбается. — А мне нравится, когда парень такой… С самомнением до небес. У тебя хуй такой же?
— Хочешь проверить или чё?
— Хочу…
— С-сука, — отворачиваюсь и насмехаюсь. Неугомонная баба. Как отшить, а… Сижу, выпиваю… Рассматриваю, что вокруг происходит, пытаясь прекратить этот подстрекающий на еблю разговор. Но она всё равно пожирает меня голодными взглядами. Реально течка, видимо. Затяжная… Бесит.
— Мы пойдём в комнату?
— Позже…
— Ладно…
— Анал любишь? — толкаю с явным желанием слить её раньше, чем она меня утянет куда-то.
— Для тебя — не проблема…
Пиздец.
— Хм, — хмыкаю и думаю, что это прям-таки зелёный свет на всё… А у меня хуй даже не дёрнулся. Вообще ничего… Я понимаю, что я даже телом зависим от своей. Не говоря уж о сердце… Я вообще полностью там… Мозгами, слюнями, соплями… Любыми биологическими жидкостями.
— Так долго мы ещё сидеть тут будем, — шепчет мне на ухо, заставляя раздувать ноздри.