Чтение онлайн

– Ир, не надо ерничать, прошу тебя! Сейчас я весь перед тобой… Такой как есть на самом деле. Я знаю, что и ты ищешь в этой жизни именно родственную душу, единомышленника, друга. Чувствую, что всех своих поклонников, сколько бы их у тебя ни было, ты изначально оцениваешь именно так – твой это человек или нет.

Девушка пожала плечами. Что ж тут говорить, если так оно и было. Она и в самом деле оценивала сначала именно так: старалась определить, понимает ее собеседник или не понимает, чувствует то же, что и она, или не чувствует.

– Вот и для меня это самое главное в жизни. Не перспективы, которые видит моя любимая, не деньги, на которые она рассчитывает. Понимает меня моя женщина или не понимает, чувствует то же, что и я, или не чувствует.

Ирине стало страшно: ее Ангел повторил именно ее слова, но о себе.

– Вот поэтому я и назвался мастером на все руки, чтобы понять пытались меня.

– Я все понимаю, Алексей. Фигня-то в другом, прости уж за выражение. А если б не сегодняшняя эта встреча, сколько бы ты еще молчал? Сколько бы времени еще морочил мне голову своими росказнями?

Алексей пожал плечами. Честного ответа у него не было, а очередных врак хотелось меньше всего.

– Я не знаю, Ира. Наверное, недолго.

– Предположим. Но вот теперь ты все мне рассказал. Я тебе за честность благодарна.

– Но мне этого мало, Ирочка! Я хочу, чтобы ты поняла – я именно тот, кого ты год называешь своим Ангелом, чем бы я ни занимался и кто бы ни были мои родители.

– Я поняла это.

– А, по-моему, ты просто это услышала. По-моему, ты только ищешь удобного предлога, чтобы сбежать от меня, причем навсегда. И сдерживаешь свои желания из последних сил.

Ира чуть улыбнулась – Ангел действительно ее отлично знал. Она и впрямь прикидывала, как бы сбежать половчее и побыстрее. И от этого разговора, и от него самого. Но не только… Еще она пыталась оценить, скольких сил ей будет стоить его исчезновение, если все-таки она сможет вычеркнуть его из своей жизни. И попытаться начать новую, без надежд, без друга в Сети. Скольких сил ей будет стоить жизнь с чистого листа.

– Ты прав, Алексей. И я сейчас действительно уеду домой.

– Пожалуйста, Ира, не надо торопиться с решениями. Мы с таким трудом нашли друг друга! И теперь из-за чего ты хочешь эту связь порвать? Из-за придури моих родных?

– Нет, не из-за нее. Хотя именно эта их придурь заставила тебя врать мне, врать целый год. И, думаю, не мне одной!

– Врать целый год – да. Не тебе одной – нет. Лучше тебя, умнее, роднее тебя у меня нет никого. Бабушка была когда-то. Она тоже понимала меня и принимала меня, хотя я был тем еще подарком. А теперь только ты понимаешь меня, и только ты принимаешь…

– Но ты уже не тот подарок, каким бы, да?

Алексей усмехнулся.

– Теперь еще больший, хотя у меня уже хватает мозгов себе в этом честно признаться.

Ирина усмехнулась в ответ. Прощение было даровано, хоть об этом она не сказала ни слова.

– А теперь ты позволишь мне поехать домой?

– И не подумаю даже! Я мечтал о тебе, две недели просто дни считал. И теперь ты сбежать решила? А вот не отпущу! Что ты будешь тогда делать?

Ира пожала плечами – она понимала, что не надо сейчас задавать вопросы о том, в чьем обществе он сегодня вышел в свет и в чьем обществе считал дни эти две недели. Может быть, когда-нибудь после…

– Плакать уж точно не буду. И драться не полезу.

– Это правильно! Так, может быть, тогда ты согласишься просто погулять со мной? Поболтать о том, о сем? О поездке своей расскажешь?

– Пожалуй, я приму твое приглашение погулять. Хотя о поездке мне что-то вспоминать не хочется.

Алексей открыл рот, чтобы что-то сказать. Но тут зазвучали куранты Спасской башни.

– Смольный на проводе, – ответил ее Ангел, заранее улыбаясь невидимому собеседнику. – Аналогически!.. Прямо сейчас? Ну как тебе сказать, не очень вообще-то… Но… Погоди минутку, Дим.

Ирина невольно вздрогнула. Похоже, еще долго ей будет не по себе от этого имени.

– Рыжик, а давай мы сейчас не гулять будем, а поедем в гости к моему лучшему другу Димке?

– А удобно? Ночь все-таки на дворе.

– Ну, не такая и ночь. А потом, он сам нас зовет.

– А разве не тебя одного?

– Нет, – Алексей стал очень серьезным. – Ты теперь часть меня, и раз зовут меня, то, значит, зовут нас обоих.

Ира, улыбаясь, кивнула. Почему-то у нее не возникло ощущения, что вокруг клетка, что ее стены сближаются. Совсем другое она сейчас почувствовала: мир стал больше и ближе. И, пусть не весь, но принадлежит ей.

Ирина проснулась. Яркое солнце играло с блестящими листочками тополя за окном, в распахнутое окно заглядывал робкий утренний ветерок – еще не горячий, а всего лишь теплый, еще не сильный, но пока просто веселый.

«Да, денек-то будет совсем летним…» Сейчас о жаре думалось с удовольствием. После двух недель пронизывающе-холодной осени, плотно закрытых окон и срывающихся дождей возвращение в лето было настоящим счастьем.

Вместе с воспоминаниями о сибирском августе вернулись к Ирине и все события дня вчерашнего – бесконечного, страшного, безжалостно расправившегося с одними сладкими грезами и взамен подарившего другие.

Девушка повернула голову. Алексей спал, откинувшись на высокие подушки. Его не потревожило ни солнце, похоже, вставшее уже давным-давно, ни ветер, ни пение птиц. Судя по всему, он пребывал в мире с самим собой. И со всем, что его окружает.

Удивительно, но и Ирина чувствовала нечто похожее. Да, сегодня, как бы ни был странен и страшен день вчерашний, все иначе. Наверняка впереди ее ждет еще много разного, но сейчас… Сейчас на душе было ясно и тихо. И потому можно было спокойно вернуться во вчера – больше для того, чтобы порадоваться хорошему и убедиться, что неприятности, пусть ненадолго, но отступили.

Такси довезло их с Ангелом удивительно быстро. Чему, конечно, трудно удивляться: ведь Дима, Лешин друг, оказался почти Ирининым соседом. А до дома, Ира отлично это знала, от Городского сада и пешком-то не больше получаса.

Привычный узкий и не самый чистый подъезд, похожий на все остальные подъезды всех остальных хрущевок, лестничная клетка, страшно напоминающая Ирине лестничную клетку перед бабушкиной квартирой, узкий коридор длиной в метр, впадающий в длинные комнаты «трамвайчиком». Но отличие все-таки нашлось: оглушительный запах кофе просто сбивал с ног, заставляя забыть обо всем, что видишь вокруг.