Чтение онлайн

— Что это значит? — доносится женский голос с задних рядов. — Я могла сойти с ума?

— Дело в том, что вы все подверглись определенному воздействию, — объясняет препод. — Сразу скажу, ничего запредельного в этом нет. Вы просто проявили накопленные внутри чувства. Позволили себе чуть больше, чем позволяете в стенах Академии.

— Есть студенты, которые постоянно держат себя под контролем, — замечаю. — Что тогда?

— У таких просто усилилась магия или проявились новые, не проявленные ранее грани таланта, — обыденно произносит физрук. — Это, кстати, возможное объяснение, почему господин Орлов смог собрать всю свою группу. При нужной собранности, ритуал играет за вас. Основа наваждения — проявить то, что скрыто внутри вас.

— И как долго мы теперь сможем усиливаться с помощью такого ритуала? — интересуюсь.

— К сожалению, больше подобным способом вы себя проверять не будете, — поджимает губы препод. — Эффект недолговечный. Иначе бы вас подвергали подобной раскачке как можно чаще. Пользоваться ритуалом ежедневно и даже еженедельно, бессмысленно — организм привыкает, разум воспринимает происходящее как норму. Воздействие перестаёт быть той волной, которая может спровоцировать резкий скачок в развитии. Как вы уже поняли, некоторым хватает получаса, чтобы не выдержать напряжения. Мы уже пробовали. Результата, кроме первой реакции — нет.

— То есть парень, которого мы встретили на арене, находился под влиянием ритуала? — уточняю. — И он не хотел…

— Всё верно, Орлов, — прерывает мой вопрос физрук. — Раз вы встретили человека с подобным поведением — не переживайте. Да, в обычной жизни он вряд ли бы так себя проявил. Попрошу заметить, если бы был обычным человеком. Всё-таки ограничения социума имеют над нами некоторую власть. Чаще всего мы соотносим себя с другими людьми, поэтому стараемся по возможности держать себя в руках. Или наоборот — совершаем героические поступки, если надо.

В аудитории, наверное, было бы слышно, как жужжит муха, если бы здесь водились мухи. Все студенты слушают чуть ли не с открытыми ртами. Некоторые даже конспектируют, в том числе наша Аглая. И ведь молодец — физрук никогда не болтает просто так. Возможно, именно сейчас идет внеплановая лекция, и некоторая сказанная информация пригодится нам позже.

— Но вы — не просто люди, а будущие маги! — отмечает препод. — И всё то, что вы носите на душе, скорее всего, проявилось бы чуть позже. Проблема в другом — рядом может не быть тех людей, которые смогут вас остановить. Маги по определению больше одарены, чем обычные люди. И сильны. А сильных магов даже закон не всегда остановит. Если посмотрим на юг — там целая страна людей без ограничений, и чем сильнее маг, тем меньше ограничений у него остается. Там закон определяется не социальными взаимодействиями между людьми, а силой конкретного мага. Там право сильного, что бы там не говорили. И к чему это ведет? На дальней дистанции — к деградации. Но ладно. Это тема отдельной лекции. В наших же условиях, тех, кто может потерять над собой контроль, по возможности, лучше отсеивать как можно раньше. Как, собственно, сейчас и получилось.

Вокруг слышатся только тяжелые вздохи. Физрук буквально разжевывает принцип отбора.

— Я ответил на ваш вопрос, Орлов? — обращается он ко мне.

— Да, спасибо, — благодарю и сажусь на место.

Получается, мы преодолели не только бой с себе подобными, ловушки и монстров, но и немного себя. А это дорогого стоит.

— Ладно, — физрук хлопает себя по бёдрам и встаёт с кафедры, на которую облокотился, пока говорил. — По вопросам вознаграждений за свои места обращайтесь позже. Можно подходить лично ко мне. Индивидуально. Сегодня вы можете отдыхать. День был тяжёлый, а обед сам себя не съест.

Только сейчас обращаю внимание на чувство голода. Постоянный бой и постоянное принятие решений не оставляли времени подумать о еде. После слов физрука довольно чётко осознаю, что уже пора.

Довольно громкая трель желудка у сидящего рядом Макса только подтверждает мои мысли. Физрук тоже её слышит в звенящей тишине зала.

— Вот об этом я и говорю, — замечает физрук, чем, в общем-то, разряжает обстановку. — Всё. Давайте, закругляемся. Полчаса вам на личные дела и бегом в столовую.

Выходим из аудитории. Полчаса нам однозначно хватит.

— Ну что, встречаемся в столовой? — спрашиваю Олесю.

— Лучше в коридоре возле двери в мою комнату, как обычно, — отвечает девчонка. — А то сам знаешь, могу потерять счет времени. Надо успеть привести себя в порядок.

Кажется, она уже забыла об утренних проблемах, либо очень талантливо делает вид. Сам не напоминаю — захочет обсудить, обсудим. Нервы и силы сейчас точно не годятся для выяснения отношений. И если Олеся это понимает, то большой ей поклон.

— Выглядишь так, будто не сражалась полдня неизвестно с кем, — улыбаюсь.

Нисколько не пытаюсь льстить. Девушка и правда очень быстро приходит в себя. Форма Академии тоже принимает свой первоначальный вид. Прямо сейчас мы все чистые, как новые. Очень удобное свойство ткани.

— Да уж. — Олеся опускает взгляд. — Скажешь тоже. Если задержусь в душе, стучи громче!

И тут я согласен. После полигона хочется постоять под холодными струями и хотя бы пять минут ни о чем не думать. Не принимать никаких решений.

Поднимаемся по лестнице и расходимся в разные стороны. Захожу в комнату. Быстро хватаю сменную одежду и принимаю душ. Сложнее всего — выключить воду и перестать наслаждаться тишиной и спокойствием. Всё-таки иногда организм требует замедления. Весь адреналин остался на арене и конкретно сейчас нет никакой жажды приключений.

С некоторым удивлением замечаю сложенные возле кровати отдельной кучкой подарки от бесёнка. Он, похоже, побывал в комнате в моё отсутствие. Подарков немного, но все упакованы, как раньше. Быстро рассматриваю принесенные свертки. На первый взгляд, ничего особо дефицитного здесь нет. Значит, можно разобраться со всем этим потом. По крайней мере, до момента, пока вернусь с обеда, с запчастями вряд ли что-то случится.

Громко урчит желудок. После такой нагрузки не удивительно.

Привожу себя в порядок, переодеваюсь и выхожу к назначенному месту. Олесю не тороплю — девчонка обычно и без того пунктуальна.

Так и есть. Ждать приходится недолго.

— Ларик, да ты опять как на войну собрался! — слегка улыбаясь, замечает Олеся. — Мы же просто идём в столовую.

Всё так. Ловлю себя на мысли, что даже в столовую беру все свои вещи, включая револьвер. Похоже, я с ним очень плотно сживаюсь. На арене его сильно не хватало.

Все выходим из комнат примерно в одно время. Неровной цепочкой движемся в сторону столовой. Кое-кто обгоняет товарищей, чтобы зайти первым. Всё-таки такие игры на свежем воздухе сильно нагуливают аппетит.

Открываю дверь столовой и делаю шаг в сторону, чтобы пропустить Олесю. В самом центре зала накрыт стол буквой «П» на тридцать человек. Как только мы и еще несколько наших сокурсников заходим, стоящие в столовой студенты и преподаватели — да и вообще все присутствующие — начинают нам аплодировать. Кажется, торжественный обед — тоже одна из славных традиций Академии.