Чтение онлайн

Эскапада Пилюлькина ей, очевидно, безумно нравится, и улыбка постоянно пытается прорваться.

— Ох, Ларион, рада вас видеть, — обращается ко мне дама уже чуть с большей теплотой. — Михаил, проходи, не задерживай гостей в этом неприглядном месте.

Целитель Марии Львовны едва заметно вздыхает. Холодно смотрит на Пилюлькина и задерживает непривычно долгий взгляд на мне и коротко кивает. Отвечаю тем же. А вот Пилюлькин откровенно его игнорирует.

Очередной холодный взгляд Михаила помогает сложить картинку целиком. Кажется, целитель Марии Львовны не одобряет присутствие здесь целителя Академии. Но самой Марии Львовне на его мнение чуть более чем наплевать. И Пилюлькин здесь — очень желанный гость.

Идём широким коридором и довольно быстро сворачиваем примерно туда, где, по моим расчётам, лежат бойцы.

— Константин, чай, кофе, ужин? — рассыпается в предложениях хозяйка дома.

— Если ужин — то только с вами, как и завтрак, как и любой другой приём пищи, — ничуть не сбавляет давления Пилюлькин. — Без вас любые, даже самые лучшие и изысканные блюда не так вкусны.

Пилюлькин вытаскивает самые тяжеловесные комплименты, за которыми очень сложно не увидеть личный интерес. Хотя с ним, на самом деле, всё не так очевидно. Очень может быть, что в данном случае я наблюдаю не более, чем просто игру этих двоих на публику. С учётом веселости девушки-бухгалтера в порту — вполне возможно, что это всего лишь пикировка, которая интересна только им.

— Да, да, я в курсе, Константин Иванович, — сухо улыбается Мария Львовна и добавляет после паузы: — Так. Давайте мы всё-таки перекусим после дороги. Не обессудьте, ужин давно окончен, придется угоститься, чем боги послали. И потом вы мне скажете: к чему такая спешка? Всё-таки работать ночью намного тяжелее, чем утром. Либо я чего-то не понимаю.

— Безусловно, Мария Львовна, — довольно говорит Пилюлькин. — Будем рады вашей компании.

Заходим в небольшое довольно мрачноватое помещение. Тут прохладно, но вполне терпимо. На столе уже стоит лёгкий ужин. Более того, поднимающийся над тарелками и кружками пар говорит о том, что его подали буквально за несколько секунд до нашего прихода. Правда, кто подал — не видно, в комнате никого лишнего нет.

— Садитесь, Костя, Ларион, — переходит на другой тон Мария Львовна. — Давайте поговорим по поводу наших дел.

Михаил присаживается рядом с хозяйкой дома.

— Костя, давай тогда начнём с тебя, — обращается к Пилюлькину Мария Львовна. — Твой заказ ещё в пути. Вот только по срокам я тебя не сориентирую — сам знаешь ситуацию. Но то, что ты заказал, уверяю, будет доставлено любой ценой. Ты помогаешь моим людям, я помогаю тебе.

— Знаю, Мэри, знаю, — кивает целитель. — И про блокаду слышал, и про усиленные патрули тоже — поэтому и обратился к тебе. Были, конечно, еще варианты, но работать с таким прекрасным и надежным компаньоном в разы приятнее, — снова идёт игра на публику.

Михаил негромко прокашливается — то ли выражая своё недовольство, то ли реально поперхнулся.

— Всё правильно делаешь, Костя, — продолжает хозяйка дома. — Поможем друг другу, так сказать, ради общего удовольствия.

— Расскажешь, кто у тебя там, среди людей, с которыми мы будем работать? Понимаю, что проявление подобной щедрости далеко не просто так, — спрашивает Пилюлькин. — Ты сказала, что разговор не для информера,

— Сын, — коротко отвечает Мария Львовна. — И хватит об этом.

— Уровень заражения? — не обращая внимания на слова женщины, продолжает целитель.

— Почти предельный, — со вздохом отвечает дама. — Стазис наложили вовремя, поддерживается постоянно. Жизненные показатели пока в норме.

— Расскажи про ваш предыдущий эксперимент? — просит Пилюлькин, кидая быстрый взгляд в мою сторону. На Михаила по-прежнему ноль внимания, будто его и вовсе нет за столом. Да и местный целитель голос не подаёт.

Мария Львовна слегка морщится при воспоминании.

— В качестве эксперимента, мы попробовали вытянуть Рыжую девчонку, — объясняет дама. — Она не близкий мне человек, но…

— Его нынешняя дама сердца? Так и говори. И что, у девчонки есть все шансы окрутить твоего сыночку-корзиночку? — ёрничает Пилюлькин.

— Да, вроде того, — недовольно кидает Мария Львовна. — К сожалению, в этот раз есть все шансы.

Этот трудный разговор не доставляет хозяйке дома никакого удовольствия. Каждое слово приходится вытягивать чуть ли не щипцами, особенно, когда дело касается Рыжей. Зато теперь понятно, почему девчонку выделили в качестве подопытной. А вот Пилюлькин с немалым энтузиазмом проходит по всем болевым точкам, которые успевает зацепить. Сразу виден циничный подход. Целитель делает это не только ради удовольствия — заодно просвечивает риски вмешательства.

— И что же с ней случилось? — уточняет Пилюлькин. — Сомневаюсь, что Орлов не смог вытянуть какую-то девчонку. — Смотрит на меня.

В разговор пока не лезу. Раз не спрашивают, значит, можно спокойно поесть. Чем и занимаюсь. Кухня здесь, как и в прошлый раз на высоте. Еще одно доказательство, что Мария Львовна больше скромничала, когда приглашала нас к легкому ужину. Еды вполне хватает, чтобы почувствовать себя сытым и полным сил, несмотря на поздний час.

— Не знаю, — качает головой дама. — Миш, расскажешь, что там у вас случилось? Я не особо разбираюсь в этих вещах.

— Я доверился Орлову, — сухо отвечает Михаил. — И после успешной операции наложил стазис. Потом проверил. Есть вторичное заражение.

— Вторичное заражение? — хмурится Пилюлькин. — Уверен?

— Да, уж заражение я определить могу. Хотя во время работы сам очаг не видел, — говорит Михаил. — Его заметил твой ученик. — Кивает на меня. — И вовремя остановил, чтобы тот не разросся.

— Я бы не стал сильно на это рассчитывать, — все-таки решаю вставить пару слов.

— Так, а сейчас лучше поподробнее, — обращается ко мне Пилюлькин. — Продолжай.

— Насколько мне помнится, вторичное заражение развилось уже при мне, — отвечаю. — Скорее всего, только поэтому его и заметил.

— То есть активность уже проявлялась? — задает вопрос целитель.

— Не факт. Скорее всего, мы успели вовремя наложить стазис. Но если упустим, — пожимаю плечами, — то сами понимаете…

— Костя, эту девчонку нужно спасти, — заявляет Мария Львовна. — Придется как следует постараться.

— Но ты же сама выбрала её в качестве эксперимента, разве нет? — удивляется Пилюлькин. — Значит, рассчитала риски. И понимала, что девчонке придется сложнее всего.

— Да-да, всё так, — подтверждает дама. — И, признаюсь, была не права. Сын не простит мне её смерти.

— С девчонкой все понятно, — отвечает Пилюлькин. — Что по поводу остальных?

— В той или иной степени заражение примерно на одном уровне, — поясняет Михаил. — Их успели вытащить, но они либо не одарённые, либо слабо одарённые, соответственно, никакого сопротивления практически не оказывали.

— Ну да, ну да, — со знанием дела говорит Пилюлькин. — Путь к терминальной стадии уменьшается в разы.