Чтение онлайн

– Кто там? – на всякий случай спросил я.

– Добрый день, меня зовут Камата Иори. Я – помощник Синохары Керо-самы.

Я открыл дверь, поклонился.

– Одзава Иоши, приятно познакомиться. Спасибо, что приехали так быстро.

Он поклонился в ответ, сказал:

– Не возражаешь, если мы с инспектором Хаттори зайдем в дом?

– Прошу, – проявил я гостеприимство. Синохара на минималках помахал рукой, и что-то хмуро выговаривающий виновато выглядящим копам инспектор подошел к нам.

– Добрый день, инспектор Хаттори, – поклонился я, – Извините за доставленные проблемы.

– Если все было так, как рассказал мне Абэ-сан, проблемы будут у тебя! – буркнул он.

Я повел дорогих гостей на кухню. Там, после стандартных поклонов в исполнении Есикавы-сан и Кейташи, отдал записку ублюдочного порнографа инспектору, рассказав свою версию событий, благоразумно умолчав о камне. Ну его нафиг. Хаттори записал. Потом он опросил Есикаву-сан, полностью проигнорировав Кейташи. Школьник – не человек! Есикава-сан поклялась, что когда они с Чико пришли домой после окончания занятий в начальной школе, записки еще не было. Это позволило инспектору уточнить примерное время визита Канеки.

– Где вероятность, что ты не подделал это? – помахал уликой в воздухе Хаттори.

– Инспектор Хаттори, это решит экспертиза почерка, – осадил его Камата-сан.

– Знаете, инспектор Хаттори, я был лучшего мнения о полиции Уцуномии! – перешел я в нападение, достал из кармана диктофон, щелкнул кнопкой воспроизведения. Прослушав запись, инспектор покраснел, а Камата-сан ехидно разулыбался с горящими глазами.

– Это не может быть доказательством! – буркнул инспектор.

– Зато у нас есть свидетель и рассказ Ямато-сана о вопиющем непрофессионализме Абэ-сана! – пресек попытку отмазать своих нерадивых коллег Камата-сан, потом обратился ко мне, – Не возражаешь, если я заберу пленку, Одзава-сан?

– Пожалуйста, – вытащив кассету, протянул ему, – Инспектор Хаттори, такому потерявшему голову от власти человеку, как Абэ-сан – не место в рядах полиции! Где гарантия, что он не пристрелит кого-нибудь просто за то, что тот ему не понравился?

– Не надо было его провоцировать! – рявкнул Хаттори.

– Держите себя в руках! – рявкнул Камата. Хаттори фыркнул и протянул помощнику адвоката протокол допроса. Тот почитал, потом дал почитать мне и Есикаве-сан. Все было правильно. Есикава-сан и Камата расписались, мне расписываться не доверили. Даже обидно как-то. Нам он оставил копию. Потом он упаковал письмо гуля обратно в конверт, сунул в пакет, написал на ярлыке какие-то цифры и буквы, опечатал, расписался сам, дал расписаться Камате. После этого инспектор покинул наш дом.

– Одзава-сан, не беспокойся. Мы с Синохарой-самой приложим все усилия, чтобы эти жалкие подобия полицейских не остались без наказания. А теперь я вынужден вас покинуть, – мы раскланялись с адвокатом, и он покинул дом. Я выглянул в окно – адвокат подошел к краснорожему Хаттори, перед которым склонились в глубоком поклоне падшие копы, что-то ему сказал, тот кивнул, достал из машины рацию, что-то сказал туда. Адвокат слегка поклонился, сел в машину и уехал.

– Что там? – спросил меня подошедший Кейташи.

– Справедливость восторжествовала! – довольно улыбнулся я.

– Иногда ты бываешь таким жутким, – вздохнул друг.

– Обидно вообще-то! – расстроился я.

– Зато с тобой супер интересно! – хлопнул он меня по плечу с широкой улыбкой, – Так что, мы сегодня поиграем, или я могу идти домой?

– Пошли, – улыбнулся я.

* * *

Поиграв с Кейташи пару часиков, попрощались, и он пошел домой. Где-то в середине процесса к дому подъехала машина, я посмотрел – прибыла свежая пара копов. Они поклонились Хаттори, он отдал им какие-то указания, показывая пальцем на мой дом. Потом он сел в свою машину, Абэ и его напарник Ямата сели в другую, и уехали. Все, движуха на сегодня окончена.

Проводив друга, сходил разбудить Чико. Покушали, в компании няни поиграли в «Монополию». Домашку делать не стал – оставлю на завтра. Когда солнце начало садиться, раздался звонок в дверь. Сделав няне жест формата «сам открою», пошел в коридор. Открыв дверь, узрел румяного, покачивающегося батю. Он кинулся меня обнимать, обдав запахом перегара.

– Два миллиона долларов, сын! – ликующе заорал он, прижав меня к себе.

– А проценты? – сразу понял я, что он имеет ввиду.

– И проценты! – кивнул он, идя за мной на кухню. По пути мы встретили выглянувшую из гостиной Чико в компании Есикавы-сан. Последняя поклонилась-поздоровалась. Отец распахнул руки, готовясь традиционно обнять любимую дочь, но та сморщила носик:

– Фу! Папа пьяный!

– Но папа все равно тебя любит, – жалобно проблеял отец.

– Не подходи ко мне сегодня! – ткнула в него пальчиком девочка и вернулась в гостиную.

Сделав Есикаве-сан жест «сам покормлю, сиди», похохатывая, потянул расстроенного отца за рукав. На кухне, усадив его за стол, выставил суши. Он уныло обмакнул сушинку в соевый соус, сунул в рот, прожевал.

– Бать, а Синохара-сан ничего тебе не рассказывал? – спросил я. Странно, я думал отец с порога начнет на меня орать. Может, дикий профит от проданных передач перевесил все остальное?

– Да, он говорил мне, что ты поругался с полицией, но он все уладил, поэтому я не придал значения. Хорошо, что ты напомнил.

Он откашлялся, сложил руки на груди, строго посмотрел на меня мутными глазами и выдал:

– Сын, это непростительно. Полицию нужно уважать! Без органов правопорядка общество погрязнет в анархии!

– Одзава-сама, простите, что влезаю, но Иоши-кун в этой ситуации – пострадавший. Ваш сын бы никогда не позволил себе нагрубить взрослому человеку, не будь у него весомой причины! – вступилась за меня Есикава-сан.

– На, почитай, – я взял с холодильника копию протокола, положил перед отцом. Тот поправил очки и залип в листочки.

– Сын, это… – удивленным тоном начал он.

– Да, ублюдочный смертник до сих пор на свободе. Как думаешь, может вместо копов нанять телохранителей из якудзы? – хохотнул я.

– Это не шутки! Я запрещаю тебе выходить из дома, кроме как в школу!

– Черта с два! – покачал я головой, – Я тебе что, пленник? Завтра я иду в кино с друзьями, и тебе придется привязать меня к кровати, чтобы остановить!

– Как ты разговариваешь с отцом! – рыкнул он. Достало, ей богу. Тупые взрослые.

– Фу! Папа пьяный! Не подходи ко мне сегодня! – пропищал я голосом Чико, и, не дожидаясь реакции, свалил из кухни в свою комнату. Ох уж эта стадия подросткового бунта.

Врубив на полную громкость AC/DC, поприседал и покачал пресс. После этого понял, что мне совершенно нечем заняться. Нацарапал домашку, и тут раздался стук в дверь. Выключив магнитофон, открыл и узрел грустную Есикаву-сан.