Моя анимежизнь. Пенталогия
Шрифт:
Батя ошарашенно смотрел на меня, мало что понявшая Чико на всякий случай тоже. Пауза затягивалась. Наконец отец отмер и спросил:
– Как ты это придумал?
Я с улыбкой пожал плечами.
– Почему именно он? – указал на экран отец.
– Потому что ближайший десяток лет он не слезет с больших экранов, значит реклама останется актуальной. Кроме того, он пока еще не стал суперзвездой, а значит потребует вменяемый гонорар.
Отец задумался на пару минут, я сел обратно на диван и терпеливо ждал. Чико с любопытством вертела головой, переводя взгляд с отца на меня и обратно.
– Знаешь, а ведь может получиться очень хорошо! – улыбнулся батя, – Надо это записать, – он поднялся, сходил в коридор, вернулся оттуда с блокнотом и карандашом, – Можешь повторить?
Я повторил, батя записал. После этого мы продолжили смотреть фильм. Ближе к концу, когда за окном стемнело, Чико сходила в коридор и щелкнула выключателем, включив лампочку над крыльцом. Батя посмотрел на посветлевшее окно, встал с дивана, вышел на улицу. Через какое-то время зашел обратно.
– Сын, ты ничего не хочешь мне рассказать?
Глава 8.6: Изоляция
– Сын, ты ничего не хочешь мне рассказать? – строго спросил он, сложив руки на груди.
– Точно, совсем забыл! Нужен плафон и кабель-канал! Я бы сходил в строительный магазин, но ты сказал не выходить из дома, – с беззаботной улыбкой попытался я увернуться от проблемного разговора.
– Не придуривайся! Ты же прекрасно понял, о чем я! – повысил отец голос. Блин, не прокатило. Ладно, объяснения с отцом все равно были вопросом времени.
– Папа, братик не виноват! – протестующе сказала Чико. Какая молодец. Отец осекся и сбавил тон:
– Я его ни в чем и не виню. Просто хочу задать несколько вопросов.
– Чико, мы с папой немного поговорим на кухне, хорошо?
Девочка кивнула, я поднялся с дивана и повел отца на кухню. Мы уселись друг напротив друга. Отец сверлил меня взглядом, я собирался с мыслями. Ладно, попробуем так:
– Когда ты уехал, я впал в отчаяние, – батя отвел взгляд, – Первые дни были просто ужасны, я часами лежал на кровати и смотрел в потолок. Меня все бросили. Я никому не нужен. Стоит ли так жить дальше? – отец вздрогнул, – Я был почти готов наложить на себя руки, но в какой-то момент разозлился и решил, что это путь слабака. Я слишком долго был слабаком, и это не привело ни к чему хорошему. Тогда я решил, что изменюсь. И знаешь, – широко улыбнулся я, – С тех пор мне словно Богиня ворожит. Я нашел Сакамото-сана, потом встретил Хэруки. Завел друзей – помнишь, я рассказывал о них? – отец кивнул, снова поднял взгляд на меня, немного расслабился, – Выяснил, что у меня неплохо получается сочинять истории, попробовал писать ранобэ, вместе с Хэруки пошел в литературный клуб. Там собрались очень талантливые ребята! – добавил в голос радости, – Но этого было мало, тогда я придумал вот этот план с митингом. Тот день можно считать днем рождения нового Иоши! Я понял, что непреодолимых преград не существует. Богиня никогда не посылает человеку больше испытаний, чем он способен вынести!
Воспользовавшись паузой, отец спросил:
– Да что за богиню ты все время упоминаешь?
Я пожал плечами:
– Какая-нибудь да есть.
Отец хмыкнул, я продолжил.
– А потом Хэруки упала с моста.
– Что?! – удивленно воскликнул отец.
– Случайно получилось. Я провожал ее домой, она запнулась и перелетела через ограждение. В тот момент я решил, что изо всех сил буду защищать то, что мне дорого и прыгнул за ней.
Отец побледнел.
– Не переживай, бать. Как видишь, я жив и здоров. Переболел, конечно, но это нормально. Надеюсь, твоя страховка покрыла лечение, и доплачивать не пришлось?
– А? Ты о чем? Пока ты учишься в школе, расходы на твое лечение оплачивает государство.
Ничего себе! А я думал в Японии звериный оскал капитализма во всей красе.
– В общем, как-то так. Можешь считать, что старый Иоши умер, не выдержав тяжести бытия. А на его место пришел я – Иоши 2.0.
Отец хмыкнул.
– Не могу сказать, что меня порадовала твоя история, – добавил с грустной улыбкой: – Прости, что бросил тебя, сын.
Я покачал головой:
– Не вини себя! Я рад, что все получилось именно так. Посмотри, как все изменилось за какой-то месяц, – обвел я вокруг себя руками, – Разве оно того не стоило?
Отец кивнул:
– Пожалуй, ты прав, сын.
Я усилил:
– Кроме того, все это – твоя заслуга! Я бы сломался, если бы передо мной не было такого примера, – я указал на батю, – Ты ведь не сдался, когда эта сука тебя подставила!
– Следи за речью! – строго оборвал меня отец. Я покаянно вздохнул. Отец засмеялся.
– Не пытайся играть в раскаяние! Я помню, что ты устроил перед инспектором, со мной это не пройдет!
Я засмеялся вместе с ним. Фух, вроде отмазался. Отец успокоился и спросил:
– Но все-таки, откуда у тебя такие навыки? – он указал рукой в сторону коридора.
– В один из дней закапал кран, – я кивнул на раковину, – Я хотел вызвать сантехника, но решил проверить, смогу ли разобраться с этой проблемой сам. В школе нашел самоучитель по ремонту в доме, изучил, попытался починить кран. Как видишь, у меня получилось, – самодовольно выдал я.
– Не знал, что в школьной библиотеке есть такие книги, – задумчиво произнес отец. Я тоже не знал, бать. Ты же не станешь проверять, верно?
– Книга доказала свою полезность, поэтому я решил изучить ее до конца. Так что теперь я многое умею! – похвастался рукастый школьник.
– А если бы тебя убило током? – мрачно спросил отец.
– Чико! – крикнул я в сторону гостиной, – Можешь подойти к нам ненадолго?
– Иду!
Отец недоуменно смотрел на меня. Я улыбался. Чико зашла в кухню.
– Чико, что братик сделал, когда вешал лампочку? – давай, сестренка, расскажи бате про обесточенный дом.
– Выгнал тетю Нану? – попыталась угадать Чико. Твою мать! Глаза отца расширились, он грозно спросил:
– Что ты сделал?!
Чико поняла, что сказала что-то не то, и вступилась за меня:
– Тетя Нана мне не нравится! Она улыбалась также, как дядя Канеки! Дядя Канеки плохой! Братик не виноват! Он просто стоял перед ней с ножом, а она ругалась!
Жесть. Чико, я ценю твои усилия, но ты делаешь только хуже. Батя шумно выдохнул через нос, наливаясь краской.
– А потом братик начал кусать провода!
– Чико, спасибо, ты молодец, мы с папой поговорим еще немного, а потом все вместе поужинаем, хорошо? – от греха подальше выгнал я сестренку из кухни.
– Хорошо! – довольная девочка покинула сцену.
– Сын… – прошипел отец.
– Все было совсем не так! Сначала выслушай, хорошо?! – замахав перед собой руками, попросил я.
Отец кивнул, сверля меня тяжелым взглядом.
Я рассказал ему немного приукрашенную историю, напирая на то, что терпеливо и вежливо отвечал на все вопросы Наны-сан до тех пор, пока она совсем не потеряла грань и не начала истерить сама, пугая Чико. Не забыл указать, что ее расспросы явно были направлены на то, чтобы вывести потенциального похитителя собственной дочери на чистую воду. Отец вздохнул: