Моя дочь – оторва
Шрифт:
Ксения потянула за круглые ручки настенного шкафчика. На нижней полке лежала неаккуратная стопка денег. Мама всегда говорила, что таскать все деньги в кошельке – глупо и неудобно. Ксюша догадалась, что перед ней лежит кусок последней зарплаты. Вытянув из пачки стольник, школьница вздохнула. «Не пойман, не вор», – пришла в голову дурацкая пословица. Желудок заурчал, напоминая, что у Ксюши есть еще одно очень важное дело.
Засунув тарелку супа в микроволновку, Ксения нарубила полдесятка кусочков копченой, резко пахнущей колбасы. Привкус после нее возможно было забить только парой сигарет. Зубная паста перед любимой маминой колбаской пасовала.
Выдавив в суп длинную полоску майонеза, Ксюша тщательно его размешала. Закусывая каждые три ложки первого бутербродом, школьница думала о предстоящей гулянке. Хотелось оторваться по полной. С учетом лежащего в кармане стольника, сигареты и выпивка у нее будут. А вот секс… «Может, надо было пригласить Серегу сейчас? – подумала школьница. – Хотя это вообще жесть: звать парня, чтоб он тебя трахнул».
Перейдя к чаю, Ксюша умяла три орешка с вареной сгущенкой. До встречи оставалось еще полчаса, но оставаться дома Ксюша не хотела даже лишней минуты. Поменяв кофту на более теплую, школьница вышла из дома.
Купив сигареты в первом же попавшемся киоске с табличкой: «Лицам, не достигшим 18 лет, продажа алкогольных и табачных изделий запрещена», Ксюша двинулась к месту встречи.
Друзья должны были подойти через четверть часа, и восьмиклассница закурила. Прямо напротив нее, в полусотне шагов, стояли восемь мусорных баков. Редкие порывы ветра выхватывали из них целлофановые пакеты, и они взмывали ввысь, словно воздушные змеи современности. Если им везло, они цеплялись за ветки деревьев и оставались на высоте. Если нет – то падали на землю, чтобы когда-нибудь их подобрал усталый дворник.
Через три минуты подошел Кастрат.
– Че, тоже дома не сидится? – спросил он.
Ксения кивнула.
Коля явно был доволен, что застиг подругу в одиночестве.
– Вы не обижаетесь, что я тогда ушел? – тоже закуривая, поинтересовался он.
– Да мне пох, – разглядывая трещины в асфальте, спокойно сказала Ксения.
Робкие травинки, пробивающиеся сквозь серую толщу, интересовали ее намного больше, чем писклявый друг.
– Ксюш, ты че? – обиженно спросил Коля. – То подбегаешь, улыбаешься… а сейчас, считай, послала.
– Да настроение говно, – пожаловалась Ксюша. Из головы не шла сворованная сторублевка.
– Выпьешь, полегчает, – со знанием дела, сказал Кастрат.
Ксения отшвырнула бычок щелчком указательного пальца и в первый раз взглянула на девятиклассника.
– Надеюсь.
– Воркуем? – послышался за спиной зловещий голос.
Ксюша почувствовала на плече чью-то руку. Оглянувшись, она с облегчением вздохнула – за спиной стоял Илья.
– Напугал, блин, – сказала Ксюша с легким раздражением.
– Зато бесплатно, – улыбнулся старшеклассник.
– Сегодня я при монете, – заявила школьница. – Шестьдесят с копейками, сиги уже купила.
– Ништяк, гуляем. У меня котел, – сказал Илюха. – А у тебя, Колек?
– Почти столько же, сколько у вас двоих, – ответил Кастрат. В голосе прозвучали нотки превосходства.
Это сразу заметил Илья.
– Мама за четверку по русскому дала? – нахмурился он. – А чего не пятихаточку? Может, твоя мама еще квартиру нам освободит для тусовки?
– Че ты к моей мамке прицепился? – взвился Кастрат.
– А че ты выпендриваешься, как будто миллион нам подарил?
– Я просто сказал…
– Как у вас двоих, – писклявым голосом передразнил его Илья.
– Отвянь и покури, – предложил Коля. – Ксюш, дай твои сигареты попробую.
Ксения вытянула из пачки тонкую бумажно-табачную палочку и отдала Кастрату. Илья показал жестом, что тоже хочет сигарету. Ему Ксюша протянула пачку.
Вскоре подошел Сергей.
– Здорово еще раз, – как всегда громко, грубым голосом сказал он. – Бабские сигареты тянете? Ладно, Колька, а ты-то чего, Илья?
– Дурное влияние, – ответил десятиклассник одной из любимых фразочек учителей и родителей.
Жорик и Таня появились одновременно с разных сторон двора. Чуть-чуть пухлый Вася сейчас напоминал паровоз. После каждых пяти шагов над ним поднималось густое облако дыма, словно невидимый кочегар подбрасывал внутри него в топку уголь. Танька же шла чуть ли не припрыжку.
Илья чмокнул восьмиклассницу и, как всегда, принялся создавать общак. На шестерых вышло чуть больше полштуки.
– Предлагаю для разгону взять пару баллонов, – сказал Илья. – А потом добиться вином. Что скажете?
Никто ничего не сказал. Лишь многозначительно кивнули. Илья пожал плечами, трезвому ему всегда было немного трудновато общаться с друзьями.
– Тогда пошли, – все-таки проговорил он, и двинулся к киоску.
Танька была в прекрасном настроении. Яркое теплое солнце и намечающаяся пьянка явно этому поспособствовали.
– Пришла весна, пора любви, – нараспев произнесла она, – кого поймал, того… э-э… – Таня с сомнением посмотрела на Илью, но все же закончила фразу, – еби.
Друзья засмеялись, хотя давным-давно знали этот бредовый стишок.
– Меня бы кто-нибудь поймал бы, – мечтательно проговорил Кастрат.
– Виталька-Прыщ, к примеру, – хмыкнула Ксюша. – Такой милашка.
– У него прыщей больше, чем у меня волос на жопе, – оскалившись, заявил Сергей.
– Фу, Серый, что за подробности?! – поморщилась Таня.
Старшеклассник издал неопределенный звук и двинулся за Ильей. В киоске, слегка подвыпившая молодая продавщица, посмотрела на них с завистью.
– Приходите еще, – сказала она, когда Илья извлек из маленького окошечка две огромных бутылки и три пачки сухариков.
– Спасибо, все может быть.
– Сигареты не забыли? – участливо поинтересовалась она.
– Да есть пока.
В этот момент к киоску подошли три мальчика лет по двенадцать. Самый взрослый на вид спросил:
– У вас сигареты поштучно есть?
– Бонд по два рубля, – послышался голос продавщицы.
– Вот кузнец современного поколения, – задумчиво сказал Илья, оглянувшись на киоск.
– Че? – переспросил Серый.
– Не заморачивайся, – пихнув локтем одиннадцатиклассника, сказала Таня. – Это он философствует.