Чтение онлайн

— Я заставлю тебя кончить, — предупреждаю я.

Мой язык скользит по ее складочкам, а затем поднимается к клитору. Я беру ее прямо там, где хочу, не позволяя ей двигать бедрами, пока я свожу ее с ума. Обхватив мой член ртом, она стонет и опускается еще ниже. Я сосредоточен на ней, а не на интенсивных ощущениях, которые проникают в меня каждый раз, когда я попадаю в ее рот. Это превращается в битву за то, кто быстрее доведет другого до грани, и я прилагаю все усилия, чтобы победить. Не то чтобы здесь были проигравшие. И все же я хочу, чтобы она кончила. Я хочу почувствовать ее вкус, когда буду доводить ее до предела. Девни пытается отвести бедра, и я прижимаю ее к себе еще крепче, щелкая и посасывая, пока она не приподнимает голову и не падает. Я продолжаю держать ее, забирая все, что она дает, пока ее ноги не отказывают и она не упирается в мою ногу. Затем я переворачиваю ее, глядя в ее карие, насыщенные глаза.

— Мы еще не закончили.

Она ухмыляется.

— Надеюсь, что нет.

Ее ноги раздвигаются, и я погружаюсь в ее тепло.

Мы не отрываемся друг от друга, и я клянусь, она владеет моей душой. Исчезла бешеная борьба, которую мы только что вели, и я двигаюсь в ровном ритме, не желая, чтобы эта связь прервалась. Здесь она принадлежит мне так же, как и я ей. Наши секреты открыты, и я хочу, чтобы она знала, что я сделаю все, что ей нужно.

Я буду бороться.

Я буду сдаваться.

Я сделаю все, что угодно, лишь бы не потерять ее.

— Я не могу потерять тебя, — говорит она, и слезы наполняют ее прекрасные глаза.

— Ты не потеряешь.

Ее рука касается щетины на моей щеке.

— Я так люблю тебя, Шон.

Я закрываю глаза и проникаю глубже. Мне нужно, чтобы она почувствовала меня, почувствовала, как сильно мы похожи друг на друга.

— Ты не потеряешь меня…

Я хочу, чтобы эти слова были правдой. Она поднимает голову, нежно целует меня, и одно это прикосновение — слишком много. Я не могу сдерживаться. Весь контроль над собой исчезает, и я кончаю сильнее, чем когда-либо прежде. Долгие минуты после этого мы лежим, сплетясь в клубок, задыхаясь, но прижимаясь друг к другу. Это первое Рождество за последние десять лет, когда я не чувствую апатии к празднику. Последние две недели я потратил на то, чтобы купить подарки, отблагодарить невестку за их упаковку и постараться сделать этот праздник идеальным для Остина и Девни. Я очень надеюсь, что ей понравится то, что я им подарю.

— Пойдем, проверим, все ли готово, — говорит Девни, вставая.

Я следую за ней, надеваю шорты и хватаю ее за задницу, когда она проходит мимо меня в халате. Мы доходим до гостиной, и она вскрикивает.

— Шон, ты это сделал?

Когда она легла спать вчера вечером, елка была украшена минимально, и, хотя мы пытались придать гостиной более праздничный вид, мы мало что могли сделать с тем, что у нас было. Поэтому я нанял несколько человек, чтобы они помогли. Я прижимаю ее к себе и смотрю на зимнюю страну чудес перед нами.

— Мне помогли.

Теперь гостиная наполнена украшениями. Чулки развешаны перед камином, на окнах горят огоньки, красные пуансеттии стоят на торцевых столиках, а елка, благодаря Коннору, теперь стоит вертикально.

— Елка! — задыхается она. — Как ты…

— Коннор.

Она улыбается.

— Это он сделал?

— С трудом, но да. Он работал над ней и принес ее вчера вечером. Все мои братья помогли сделать это для тебя.

— Ты невероятно усложняешь мне задачу.

Я поворачиваюсь так, чтобы она оказалась в моих объятиях, и глажу ее по щекам.

— Это и есть конечная цель. Я сказал тебе, что не отпущу тебя без боя. Я сказал тебе, что сделаю так, что единственным вариантом буду я.

— А что будет, если я не смогу уехать?

Я провожу большим пальцем по ее гладкой коже.

— Тогда мы разработаем новый план, но в любом случае у нас будет много Рождественских дней.

Она поднимается на цыпочки, и наши губы встречаются.

— Я поняла, что от тебя одни неприятности, когда мы впервые встретились.

— Ну, к счастью, ты бежала навстречу неприятностям.

— И посмотри на меня сейчас.

Я дарю ей еще один поцелуй.

— Попалась мужчине, который не намерен тебя отпускать.

— Может быть, мне нравится быть пойманной.

— Может быть, мне нравится ловить тебя.

— Может быть, нам суждено поймать друг друга.

Я улыбаюсь ей.

— Я рад, что мы наконец-то это сделали.

— Я тоже.

— Счастливого Рождества, любовь моя.

Девни

— Вот, открой это! — говорю я Остину, и он впервые улыбается без грусти.

Он берет подарок и разрывает его.

— Ух ты! — радость в его голосе вселяет в меня надежду на то, что впереди нас ждет лучшая дорога. — Ты подарила мне новую перчатку.

Я смотрю на Шона с ухмылкой.

— Не просто перчатку. Мы сделали эту специально для тебя.

— Правда?

Шон кивает и берет ее, чтобы показать.

— Видишь, здесь дополнительная подкладка, которая поможет тебе быстрее вынимать мяч из перчатки. А это… — он указывает на какую-то другую область. — Это место, где ты сможешь регулировать её в течении следующих нескольких лет.

— Это так круто!

Они вдвоем еще немного рассказывают о тонкостях нелепо дорогой перчатки, а я откидываюсь на спинку стула с кофе. Это утро было потрясающим. Я проснулась в объятиях Шона, занялась с ним любовью, обнаружила лучший сюрприз и уютно устроилась в гостиной, где пылает огонь. Конечно, я скучаю по брату и Хейзел, но стараюсь позволить себе кусочек счастья. Остин — мой сын. Несмотря на то, что он всегда был моим племянником, у меня бывают моменты, когда я думаю… может быть, моя мама была права. У нас с Остином будет первое Рождественское утро, когда мы проснемся как одна семья. Чувство радости переполняет меня, но есть и чувство вины, потому что моего брата больше нет, и именно поэтому я переживаю.

— Тетя Девни?

Я поднимаю взгляд от своей кружки.

— Да?

— Ты в порядке?

Этот ребенок — самое милое существо.

— Я в порядке, просто я думала о подарке для Шона, который хочу подарить.

— О! — Остин оживился.

Я встаю и подхожу к окну, чтобы убедиться, что подарок доставлен. Джаспер работал над ним последние несколько недель, и, к счастью, несколько его друзей помогли мне, когда мы его потеряли. Я совсем забыла об этом, пока они не позвонили два дня назад и не сказали, что все готово. Вчера вечером его братья предложили проследить за тем, чтобы все было доставлено сюда без ведома Шона. Я нырнула под елку, стараясь не прикасаться к ней слишком сильно, на случай если самодельная подставка не выдержит. Я беру в руки небольшой пакет, и тут нервы сдают. Дарить ему подарки всегда было так просто, но в этот раз я мучилась над тем, что ему подарить. Часами искала то, что могло бы сказать все то, что я хочу сказать.

Я люблю тебя.

Ты значишь для меня весь мир.

Я не знаю, что буду делать, когда ты уедешь.

Конечно, ничего подходящего не нашлось, и я выбрала то, что, по моему мнению, могло бы вылечить еще кого-то.

— Что это? — спрашивает Шон.

— Открой.

Он снимает упаковку и смотрит.

— Ключ?

Боже, надеюсь, это не приведет к обратному результату.

— Да, и, пожалуйста, знай, что, если тебе это не понравится, я не расстроюсь. Я просто… ну, я подумала, что, может быть, ты захочешь что-то, что… ну, как я уже сказала, если тебе не понравится, это совершенно нормально, — я говорю бессвязно, но мне все равно. Я хочу, чтобы он знал, что я действительно не обижусь.