Чтение онлайн

— Я обещала, что не прощу тебя, но теперь вижу, что ты готов на многое ради того, чтобы получить моё прощение. Не стану говорить, что готова забыть твой поступок быстро. Долго буду злиться и имею на это право.

— Тогда я буду молить тебя. — Развернул он меня к себе лицом снова и, запустив длинные пальцы в волосы на моём затылке, слегка сжал их в кулаке, оттягивая голову назад, заставляя смотреть на него снизу вверх. — И для этого у меня есть особенные молитвы в твою честь.

Я выгнулась всем телом навстречу высокому и сильному мужчине, который точно знал, что именно заставляет меня плавиться в его руках. Дыхание стало прерывистым, коротким, а кожа наэлектризовалась, ощущая каждое касание, словно разряд тока. Эрбос с удовлетворением осмотрел моё лицо и оценил томный взгляд, которым его наградила. Затем неспешно, но страстно поцеловал, толкаясь глубоко языком в рот, иногда легонько покусывая нижнюю, особенно пухлую губу. Руки мои протиснулись между нами, и нашли путь от низа живота к верхним пуговицам его рубашки. Стало невыносимо оставаться лишь в тонком замысловатом нижнем белье, сшитом по моде фейцев, в то время как мужчина, который неспешно ласкал мою шею плечи и губы, был всё ещё полностью одет.

Вскоре я расстегнула ряд маленьких пуговиц на рубашке Эрбоса и он сам уже порывисто снял её, отбрасывая в сторону надоевшую одежду. Ладони мои коснулись его груди и начали спускаться по шёлковой горячей коже твёрдого мужского тела. Потянула за шнурок на свободных брюках и дала волю мужской чувственности, освобождая твёрдую как камень плоть Эрбоса от одежды. Низ живота тут же заныл при виде его естественной необузданной мужской красоты. Края моих губ тронула улыбка, когда я повела лишь кончиками пальцев по всей внушительной длине его твердыни, получила в ответ страстный поцелуй и следом глухой стон в губы.

«Вот оно — с удовлетворением подумала я, ощущая чувство полной власти над столь мощным и сильным мужчиной — как раз то, что мне было нужно всё это время». Но миг моей власти показался мне и вовсе пустяком, когда Эрбос спустился передо мной на колени, попутно снимая с меня миниатюрное бельё. Его рука коснулась моей внутренней части бедра влажной промежности. Пальцы неспешно скользнули между ног совсем поверхностной и аккуратной лаской, не проникая глубже. По спине и чувствительным ягодицам рассыпались сотни колючих мурашек.

От нетерпения я подалась вперёд, навстречу его рукам, хотелось, чтобы его касания стали смелее, даря, наконец, то, что от него ожидала. Я тихо застонала, когда он не поддался моей уловке, продолжил бережно гладить ноги, поднялся к плоскому животу и накрыл руками грудь с напряжёнными сосками. Поцеловал низ живота, пропуская между пальцами чувствительные соски, и стал опускаться ниже, исследуя ртом моё податливое тело, целуя более нежную кожу лобка.

— Забрось свою ногу мне на плечо, строго приказал он мне.

Я резко вдохнула больше воздуха, готовясь к сладкой пытке, которую для меня приготовил мой жестокий, но такой нежный именно со мной Инквизитор.

Стоя на одной ноге, другую послушно положила на мощное плечо Эрбоса. Сильные руки сжали ягодицы, удерживая и страхуя меня от падения, а красивый чувственный рот накрыл самое чувствительное место между ног. Бархатный язык проник глубже, стал кружить вокруг бугорка состоящего из чистых оголённых нервов. В этот момент я громко застонала. Ощутила, будто умираю и тут же возрождаюсь из-за его движений внутри меня. От того, что его язык творил со мной и как умело это проворачивал, в голове, словно бой барабанов шумела разгорячённая кровь. Лицо пылало, но не от стыда, а от невыносимости желания дойти до пика прямо сейчас, прямо в этих руках, практически удерживающих меня на весу.

Буквально за мгновение до падения в бездну наслаждения, когда уже глубоко внутри всё сжалось в преддверии оргазма, Эрбос отстранился, вынуждая всхлипнуть от досады, посмотреть на него из-под ресниц как на личного мучителя, злобно и с упрёком. Феец на это только довольно улыбнулся.

— Моя богиня недовольна. Это нужно исправлять. — Подхватил меня на руки и уложил на кровать мой мужчина.

Эрбос покрыл невесомыми поцелуями сначала одну мою щиколотку, укладывая её к себе на плечо, а затем проделал то же самое с другой. В пору уже мне стало молиться, чтобы он поскорее мной овладел, поскольку почувствовала, что больше не выдерживаю его нежных истязаний.

— Любимый, прошу… пожалуйста, — простонала еле внятно, чувствуя как его каменная шёлковая плоть упирается в мой вход но не спешит проникнуть, мучит и изводит близостью, но не полным обладанием.

— Какая ты чувствительная и нежная, Милли. Мог бы любоваться тобой вот так хоть всю жизнь, — Провёл он ладонью по моим грудям, животу и ниже, где уже было совсем горячо и скользко.

Большим пальцем руки он начал дразнить нервную точку между ног, а двинув бёдрами вперёд, стал медленно и чувственно заполнять меня изнутри. Всё натянулось в месте слияния наших тел, казалось, этого мужчины всегда будет слишком много для моего миниатюрного в сравнении с его размерами тела. Но Эрбос знал что делает, как и знал уже все мои слабости пред его ласками. Он стал входить аккуратно, постепенно, без резкости движений, попутно кружа пальцем вокруг моей женственной чувственности. Первая приятная волна растеклась по всему телу, завершаясь тихим стоном. Он полностью заполнил меня, не вызывая и толики боли или дискомфорта. Затем стал наращивать темп, когда я уже сама стала просить его об этом. Наше слияние не было просто бестолковым получением удовольствия. Моральное единение руг с другом было даже больше, чем физическое. Это я прочувствовала, когда столкнулась с затуманенным, полным страсти и любви взглядом Эрбоса. Этот мужчина смотрел на меня с таким обожанием, что я и сама поверила в свою несокрушимую божественность. Он входил глубоко и пылко, пока моя голова не закружилась от мощного удовольствия, которое накрыло неожиданно и сжалось внизу живота, распадаясь на тысячу лучших ощущений, какие я когда-либо испытывала вообще в жизни.

Когда Эрбос понял, что я добралась до вершины быстрее его, то сладко поцеловал, забирая свою награду с моих губ в виде последнего стона. Следующие его действия были удивительно ловкими и быстрыми. Мужчина поспешно перевернул меня сначала на живот, а затем приподнял выше бёдра, ставя перед собой на четвереньки.

— Держись за изголовье, — приказал он мне, и я сразу повиновалась, укладывая обе руки на деревянную поверхность кровати.

Второе его проникновение было более быстрым, но не менее приятным, задевая где-то глубоко уже иные приятные ощущения, непохожие на те, что испытывала ранее.

Феец обнял мою талию своими обеими сильными руками и стал двигаться уже менее бережно, распространяя по комнате отголоски наших взаимных стонов и звуки столкновения двух тел. Впереди замаячило чувство, обещающее новую ещё более мощную разрядку. Я ухватилась за дерево изголовья, крепко сжимая руки на нём, чтобы не сойти с ума от чувств, переполняющих разум и даже всё моё естество. Стала двигаться бёдрами навстречу, позволяя проникнуть глубже. В один момент, нас обоих одновременно, пронзила вспышка невыносимого наслаждения, заставляя опасть меня на кровать грудью, а Эрбоса прижаться ко мне всем телом, чтобы не потерять равновесия от столь мощных ощущений.

Дыхание наше сбилось, от чего невозможно было бы выговорить и слова. Язык, полагаю, тоже не претендовал на такие подвиги. А потому, через какое-то время мой мужчина аккуратно вышел из меня, уложил моё безвольное тело на кровать и лёг рядом, прижимая к себе и укрывая тонкими шёлковыми простынями.

Мы уснули мгновенно, измученные, абсолютно счастливые и влюблённые до умопомрачения.

***

На следующий день в Сармондсе появились мои родители и брат, хоть и с плохими новостями. Градос не был осуждён на казнь. Как и предполагал отец, моё отсутствие на суде и нехватка свидетельств с моей стороны, дали возможность королю фейского народа зацепиться за возможность не казнить родного сына. Градос Сактин, однако, получил всё равно жестокое наказание и теперь стал заключённым в глубоких тюрьмах своего отца на целых двести лет. И хоть эта весть встревожила нас с Эрбосом, но у нас было достаточно времени подумать о том, что будем делать, когда принц Мидера будет освобождён из темниц.