Чтение онлайн

Пройдя в дом, и не имея сил бежать, задыхаясь, я только и смогла, что пройти в гостиную и взгромоздиться на широкий диван. Кажется, все мои мысли, и опасения вовсе отступили, ведь я просто теряла остатки воздуха и уже как рыба, глотала его в попытке преодолеть удушье. Из глаз потекли слезы, тело колотило крупной дробью…

— Ты сейчас же должна объясниться!

Услышала словно из-под воды, злобный рёв своего мужа, но даже не пыталась на него взглянуть. Мир постепенно уже застилала мутная пелена.

— Что за… Миллиора! — наконец заметив моё состояние, в панике выкрикнул феец.

— Не подходи ко мне… — прохрипела, как могла и выставила руку, словно, отгораживаясь. Мне всегда становилось только хуже, если в моменты таких приступов кто-то находился близко, хоть и пытался помочь.

Но Эрбоса моя просьба конечно не остановила. Он бросился ко мне и, подхватив на руки, понес на улицу, в его глазах читалась паника. Впервые я видела этого сурового мужчину настолько растерянным и до ужаса напуганным. Со мной на руках, он быстро пересёк расстояние до широкого крыльца, уселся на гранитные ступени и начал ощупывать меня, проверяя наличие корсета, чтобы его ослабить. Его он на мне конечно не нашёл. Затем обхватил мое лицо своими большими ладонями и посмотрел прямо в глаза.

— Смотри лишь на меня, Милли. Смотри только на меня.

Поддавшись его приказу, я уставилась в темную зелень его глаз, что так приятно обволакивала, всякий раз, когда Эрбос смотрел на меня с нежностью. Как сейчас.

— Все будет хорошо. Слышишь меня? Все будет хорошо. Это нервный срыв, тебе ничто не угрожает. Это не какая-то болезнь, ты перенервничала… Все пройдет. Я никогда не причиню тебе вреда. Помни это.

Эрбос гладил меня по голове, укачивая, словно ребенка в своих руках и рожь в теле постепенно стала отступать, похолодевшие от напряжения руки и ноги снова стали наливаться теплом. Я уже знала — приступ заканчивается…

— Ты всё-таки ее укокошил… — даже раздосадовано прозвучал знакомый мужской голос в стороне от меня.

Йен. Догадалась я, ведь сил не хватало даже для того, чтобы повернуть голову и проверить это. Он уже вернулся. И правда, я лежала на коленях Эрбоса совершенно расслабленно и неподвижно, а лицо наверняка даже посерело, ведь так бывало всегда в минуты моих «припадков», так называла их мачеха. Впервые меня накрыло этим приступом в пятнадцать, когда Эндрюс стал запускать свои руки мне под юбку, зажимая в укромных углах дома не только для того, чтобы поколотить… С тех пор «припадки» стали неотъемлемой частью меня, проявляясь изредка, но с постоянством и вызывая в отце подозрения, что что-то не так…

Вид фейца был все ещё слишком взволнованным. Наверняка Йен и, правда, подумал, будто его хозяин сгоряча мог меня прихлопнуть.

— Заткнись, Йен, — злобно рыкнул Эрбос, теперь и его трясло, он прижал меня к своей груди сильнее.

— А что с ней тогда? — не прекращал попыток узнать больше рыжеволосый громила.

— Перенервничала.

— Разве от нервов такое бывает?

— Бывает…

Пламя:

Магия рокотом прокатилась по всему дому, хотя источник явно был на втором этаже особняка.

Я сразу понял. Он был зол. Очень зол. Только вошёл, но уже почувствовал окутавшую пространство ярость, она витала в воздухе. Хотя другого состояния в отце я и не припоминал, но сегодняшний вечер обещал воистину страшные события.

Хорошо, что я прибыл именно сегодня, ведь после двадцатилетия, король велел отправить всех детей чистокровных к себе во дворец, там мы обучались… быть покорными и служить ему. Но сегодня нас всех отпустили проведать родителей, ведь вскоре они отбывали в свой мир. Только Градос Сактин, единственный чистокровный фейри, который решил остаться в мире людей и продолжить править после отбытия своих сородичей. И хоть наш король был достаточно жесток, меня волновал совсем другой фейри, которому тоже вскоре придется покинуть мир слабых существ. Навсегда. Ведь после этого врата в иной, фейский мир, будут разрушены. И, клянусь, этот день станет для меня лучшим из всех возможных. Завтра.

Всего одну ночь осталось продержаться. Всего одну ночь…

И он исчезнет из нашей жизни, оставляя меня главой семьи, как старшего сына. После, я уже сам смогу позаботиться о матери, пятилетнем брате и том младенце, что родится у неё через пару месяцев.

Медленно, без единого звука, я поднялся по лестнице и стал вслушиваться в то, что происходит за дверью родительской спальни.

— Не смей перечить, женщина! Ты собираешь вещи, наших детей и мы отправляемся вместе! — послышался громкий грубый голос отца.

— Но ведь людям нет места в вашем мире. Нам запрещено там появляться, ты сам говорил… От нас просто избавятся…

— Я спрячу вас. У меня есть и там много мест, где я вас могу укрыть. Даже не смотри на меня так. Надеялась избавиться от меня? Так вот, что я тебе скажу — из моих рук ты выберешься только мертвой!

В комнате прозвучал громкий удар, стена затряслась, похоже, в этот раз, именно ей не повезло испытать силу моего отца. Кажется, я сегодня как раз вовремя оказался дома. Пока родители спорили, я заглянул в спальню к брату, тот не спал — это ясно читалось по его напряжённому маленькому тельцу, которое он пытался укрыть под одеялом от жестоких событий реальности. За маму я так не беспокоился, ведь он никогда ее не трогал, когда та носила очередного ребенка. Это я знал точно, ведь она и сама об этом сказала, перед тем как я отбыл ко двору. Тогда она уже была беременна, и только поэтому я безропотно оставил их с братом с этим извергом.

— Авалард, — прошептал я и коснулся плеча брата, от чего он сильно вздрогнул, но быстро понял, кто к нему явился и, откинув одеяло в сторону, бросился мне на шею.

Тем временем, пространство продолжали разрезать крики родителей.

— Нет! Даже не проси, Эраген, я не пойду в твой мир и тем более не поведу туда своих детей! Там мы обречены на смерть! Рано или поздно, но совершенно точно! — задыхаясь от страха, но все, же очень громко крикнула моя мать, чего она никогда ранее не делала при отце, и тем более не кричала на него самого.

За этим криком последовал громкий звук пощечины, и чьё-то тело упало на пол. И я знал уже этот звук, поскольку слышал его не раз. Брат замер, и слезы градом стали катиться из его сияющих золотом глаз. Он тоже понял, что сейчас произошло. В этот раз нашего отца не остановило даже положение матери. Новый удар был глуше, но вскрик боли женщины ещё громче.

Я стал расхаживать по комнате в попытке найти силы, чтобы не броситься защитить мать. Ведь прекрасно знал насколько он сильнее меня и как злился, когда я вступался за нее. После таких моих героических попыток, он лишь больше прежнего избивал мать и даже заставлял меня на это смотреть, что обжигало душу и кажется, образовывало в ней зияющую дыру из чистой боли.

Новый крик и грохот. Ещё. И ещё. Мои зубы заскрежетали от ужаса и злости. Я уже понимал, что моему будущему брату или сестре точно не выжить даже после пары таких ударов. Оставалось надеяться, что выживет хоть мама.

— Эрбос! Сделай хоть что-нибудь! Помоги ей! — бросился ко мне брат, умоляя. — Ты должен ей помочь!

В глазах Аваларда плескалось непонимание и злость. Он злился на меня, потому, что не знал причин того, почему я не иду к отцу, чтобы его остановить. Слуги же в такие моменты вообще не желали высовываться. Особняк словно вымирал. В нем селился другой обитатель — ужас и насилие.