Чтение онлайн

Прервал наш разговор своим появлением второй Инквизитор.

— Это был выстрел, Оуэн, или мне послышалось?! Этот мальчишка визжит как девка, голова уже болит от него, — послышался басистый мужской голос из других, более дальних коридоров.

Дверей между простыми кирпичными проходами не было, а потому, я прицелилась и стала ждать мишень номер два, на которую, скорее всего, и должны были уйти все оставшиеся пули револьвера, чтобы хотя бы сбить его защиту, не говоря о большем. Сердце отбивало в груди быструю дробь, а в ушах загудело. Когда высокая тень показалась в проходе, я поняла, что мне точно конец, поскольку в этом силуэте на полу я распознала действия, указывающие на то, что феец тоже взял в руки оружие.

Шаг, два, три… дыхание остановилось, всё внимание замерло на мушке револьвера, я даже позабыла про девушку, которую послала искать ключи от камер, просто пошла навстречу давящему страху в попытке спастись правильными действиями, ведь поняла, что если стрелять в упор, то кольца защиты рассыпаются эффективнее, да и промахнуться, шансов мало.

Кольца фейри были и на мне, оставалось стать первой, кто опустошит барабан револьвера, стреляя прямо в лицо, ведь именно такой манёвр и предполагал преимущество. С этой мыслью я резко вынырнула из-за поворота толстой стены и щедро накормила Инквизитора всеми оставшимися у меня пулями. Череда выстрелов прозвучала дробью. Феец рухнул, заливая каменный пол темницы вязкой жидкостью своего тела, его лица я уже никогда не смогу рассмотреть, оно превратилось в месиво, кольца же с его рук осыпались кусками металла рядом. На моих пальцах тоже осталось всего три защитных кольца из десяти.

От того, что так ловко сумела избавиться от второго опытного бойца, даже успела обрадоваться, теперь оставался лишь один. Но я ещё не знала, насколько он будет хитёр или силён, чтобы иметь смелость праздновать свой триумф по-настоящему.

Громкий пронзительный крик мальчика, звучавший откуда-то из коридоров этих катакомб, смешался с моим стоном. Острая боль пронзила живот. Я подняла одежду и обнаружила на коже два больших красных пятна, в меня хоть и успел попасть противник, но защиту не сбил. Однако принимать пули врага всё равно было довольно больно.

— Эй! — позвала меня всё та же рыжеволосая девушка, которую я успела освободить. — Я не нашла ключей от решёток, но это точно тебе пригодится, — с этими словами она протянула мне небольшую коробочку, в которой я нашла шесть пуль.

Мы были совсем незнакомы друг другу, но она принялась мне помогать с большой охотой, поскольку поняла в ком последняя надежда на спасение.

— Прекрасно, это даёт нам шанс. Что-то ещё там было?

Девушка покачала головой.

— Нет, только какие-то записи.

Моя голова работала, как никогда ранее, обдумывая план действий. Одной сражаться с оставшимся надзирателем, совсем не хотелось. Что-то подсказывало, что лимит моей удачливости на сегодня может быть израсходован. Но новый крик ребёнка из пыточной камеры подстегнул идти дальше по мрачным коридорам, освещённым лишь редкими огнями горелок в фонарях. Пока я раздумывала, там страдал ребёнок, совсем невинный и не заслуживающий таких мук. Девушка же пристроилась сразу позади меня, шагая следом. В её руки я сунула найденный ранее кинжал.

— Если со мной что-то случится, защищайся до последнего, — бросила я ей, она кивнула, и мы продолжили идти на звуки голосов.

Вскоре я наткнулась на тяжёлую металлическую дверь, именно за ней и происходили основные зверства. Плачь и стоны не одного, а двоих детей заполнили мой слух и заставили сердце облиться кровью. Следом возникла и не поддающаяся никакому объяснению ярость, вытесняющая остатки страха. Мой кулак сильно и высоко ударил по металлу двери трижды, словно бы это кто-то из товарищей последнего выжившего Инквизитора, сейчас хотел к нему присоединиться.

Револьвер мой к этому моменту был уже полностью нашпигован пулями и готов к своей смертоносной миссии. Я лишь тихо и аккуратно взвела верхний курок, чтобы выстрел стал неожиданным, дверь открылась с громким скрипом, дразня и без того раздражённые нервы, указательный палец сам нажал на нижний крючок. Ещё, ещё и ещё… Я продолжала стрелять в мужчину, даже когда тот оказался у моих ног, безоружный и без фейских колец на руках, но на которых по локоть алела кровь его жертв.

Все Инквизиторы обычно были одеты похожим образом: в тёмные одежды, Инквизиторскую броню и кожаные длинные плащи, этот же был лишь в сапогах, брюках и чёрной рубашке с закатанными до локтей рукавами. Ему явно было жарко в этом месте от столь изнурительной и активной «работы», феец даже снял защитные кольца с рук, чтобы не пачкать их в крови. Я и сама вся взмокла и протёрла лоб тыльной стороной ладони, когда поняла, что третий и последний из прислужников короля мёртв.

Похоже, удача и, правда, сегодня улыбалась мне как никогда раньше, поскольку все из надзирателей, волшебным образом, были пойманы мной врасплох. Иначе мне точно было бы их не одолеть. Все фейцы представляли из себя очень высоких и сильных мужчин, наверняка они также владели навыками, которые мне даже и не снились, но моя хитрость и вероятно ум, оказались эффективнее, наряду с хорошо сложившимися обстоятельствами. Однако обдумывать прямо сейчас свои действия и эмоции являлось потерей времени.

— Пути наши открыты, — обратилась я к девушке, которая в страхе вся сжалась позади меня, держа при этом в дрожащих руках острый Инквизиторский кинжал.

Затем оружие из её рук упало на каменный пол, издавая неприятный лязг, девушка бросилась к мальчику, связанному и окровавленному, сидящему на стуле. Суставы его ног и рук были вспухшими и травмированными, а сам он едва дышал, измождённый и искалеченный. Это был тот самый ребёнок, которому я с утра, здоровому и невредимому, заглядывала в глаза. Теперь же он был обречён на смерть, если ему вовремя не помочь.

— Исцели его, скорее! — взмолилась юная ведьма.

— Откуда ты знаешь, что я фейри? — Удивилась я.

— Твоя природа читается по всему твоему телу, как бы ты не закрывала уши волосами. Я вообще не знаю, почему ты нам помогаешь, но если взялась, то исцели этого ребёнка, он мучается.

Только теперь я вспомнила, как быстро отличала сама когда-то фейри от людей лишь по их гибкому и красивому телу, нетипичной красоте движений. Мне всё еще не верилось, как я, обычная человеческая девушка могла стать одной из них.

— У меня совсем нет ресурса магии и я никогда раньше не исцеляла… Даже силами не умею толком пользоваться.

В этот момент девушка заплакала, но не одна. Из углубления в каменном выступе стены послышался плач совсем маленького ребёнка, заставивший волосы на моей голове по-настоящему зашевелиться.

Я подошла к каменной тюрьме, представлявшей из себя глубокое узкое отверстие закрытое решёткой и замкнутое на замок. Внутри находился живой ребёнок месяцев семи, не больше. Рядом располагались ещё два таких отверстия и, заглянув туда, я отшатнулась, прикрывая нос рукавом. Голова закружилась от вони и шока, смрад разлагающейся плоти ударил в лицо, вынося приговор всем границам моего представления об ужасах того, что творит Инквизиция. Две оставшиеся тесные тюрьмы из камня были наполнены останками маленьких людей. За ними в обитель смерти должен был последовать и третий, ещё живой ребёнок, но его я, к счастью, обнаружила вовремя.