Чтение онлайн

— Чтобы я тебя с ним больше не видел, ясно?

— Да ёпрст, — закатываю глаза. — Гуляй с Артемом, не гуляй с Артемом. Определитесь уже!

— Кто тебе разрешил с ним гулять?

— Пфф, разрешил! Скорее, заставил!

— КТО?? — рычит, приближаясь к моему лицу.

Это нормальное поведение для «брата», поэтому я даже не вздрагиваю. Привыкла.

— Твой папочка. Сегодня. Здесь. Или ты оглох настолько, что не слышишь, что происходит вокруг тебя в радиусе двух метров?!

— Что здесь происходит? — в проходе появляется отчим.

— Вот, поговори со своим папашей, — киваю в сторону старшего придурка. — Заодно, возможно, и к единому выводу придете, если мозгов хватит!

— Что. Здесь. Происходит?!

— Ты говорил, что она выйдет за меня, а теперь заставляешь гулять с каким-то уродом, — цедит парень, не отворачиваясь от меня. — Что это значит?!

— Ты прекрасно знаешь, что это значит!

— Но фабрика, фабрика!.. — поток мата, да такой, от которого даже у меня, привыкшей ко всякому, уши сворачиваются в трубочку. — Ты обещал!

— Фабрики больше нет! — выкрикивает отчим, но осекается.

— Как… нет? — глаза округляются сами собой.

— Ты проиграл ее, проиграл! — Стас кидается к отцу. — Забрал все, не оставив даже ее! — тычет в меня пальцем.

— От фабрики остались одни долги, это единственный способ!

— Ты меня… п-продал? — выдавливаю через силу.

— А ты как думала?! — выкрикивает отчим, зло прищуриваясь.

Меня что, продали?.. Нет, не может быть! Это просто шутка.

Всего лишь.

Очередная.

Дебильная.

Шутка!

Еще раз. Фабрики больше нет. От нее остались одни долги. У Стаса теперь нет даже меня. Все сходится. Я. Продана.

— Интересно, за сколько… — хмыкает что-то внутри, фиг пойми как оставаясь равнодушным.

Какая разница. Это уже не имеет смысла. Уже ничего не имеет смысла…

А купил меня тот «урод», с которым я гуляла, то бишь Артем. Верь после этого людям…

Вы чувствовали себя когда-нибудь героем книги или фильма? Нет? А я вот чувствую. Обалденное, хочу вам сказать, ощущение! Просто канфэтка!

Стас что-то кричит. Отчим тоже. Оба орут все громче, с каждым словом набирая обороты. А что будет со мной?

— Я откуда знаю! — похоже, спросила я вслух… — Наиграется да бросит. Ты ж одноразовая, на большее и не годишься, — говорит с гадкой ухмылочкой.

Горький комок мгновенно встает в горле. Слезы выжигают глаза, предательски стекая по щекам. Он мне сейчас… прямым текстом…

— Глядите, какая у нас тут недотрога! Подготовишься хоть ко взрослой жизни! — обухом по голове.

Дальше ничего не слышу. И не хочу слышать. Только слова все равно долетают, обжигая кипятком.

— Повезет — оставит. На фиг ты ему сдашься, не знаю, ну да это и не мое дело. От тебя зависит… Анечка, — произносит мое имя так, что от омерзения хочется сплюнуть.

Стас оборачивается, и в его взгляде на миг проскальзывает… сострадание? Чувство вины? Нет, невозможно. Мне показалось. Таким людям не свойственны эти эмоции!

— Артем… он… он не такой!

— А какой?! Стал бы я тебе это говорить, если б собственными глазами не видел, сколько он ВИПок заказывает!

— Мы с ним иногда пересекаемся в клубе. Оттуда и знакомы, — всплывает в голове, расставляя все по своим местам.

— По себе судишь?! — все же нахожусь, что ответить. — Сам-то ты их сколько…

— Даже не отрицаю, — погано улыбается.

Конечно, что еще делают взрослые дяденьки в заведениях подобного рода?.. А наивные дурочки, вроде меня, верят в порядочность, искренность, которые… остались, да… не в этом мире!

— Эх, вы… мужчины! — презрительно выплевываю и, вскинув подбородок, прохожу мимо.

— Безмозглая истеричка! — летит в спину. — Недалеко ушла от своей мамаши!

Вот это уже слишком!

— Не смей говорить о маме в таком тоне, слышишь?! — шиплю, развернувшись. — Не смей!

— Что, яжедоченька проснулась?! — усмехается ядовито.

Пощечина звонким эхом разлетается по коридору, ненадолго примиряя весь этот бедлам. Он ошалело прижимает ладонь к щеке.

— Не смей! — цежу сквозь зубы.

— Аня… — Стас хватает за плечи, загораживая от отца.

— Ну, давай, давай! — кричу в сторону разъяренного отчима. — Ты ж только это и умеешь! Вдвоем ведь проще!

— Тише, успокойся.

— Успокоиться?! Вы решили мою судьбу, лишь бы свои шкуры спасти! Продали, как вещь на аукционе! И ты мне предлагаешь успокоиться?! Отпусти! — отталкиваю его, выворачиваясь из захвата.

— Аня!

— Да иди ты!

Прошмыгиваю мимо и падаю на кровать, до хруста костяшек сжимая простыню. Рыдания глухими потоками вырываются наружу, и я не в силах их остановить.

Слезы обжигают кожу. Осознание реальности кромсает, рвет душу на миллион молекул. Что делать? Что же мне делать?..

Купить человека, подумать только! Боже, как мерзко…

Отомстить хочу! Всем!

А, собственно, что мне мешает? Если «этот урод» меня купил, значит, я для него важна. Скорее даже не я, а те деньги, что он за меня заплатил.

Неожиданно отчаяние сменяется презрением и какой-то даже гордостью. Побег — вот решение всех проблем. И решение, и месть, и… короче, все в одном!

Больше меня здесь ничего не держит. Раньше я еще таила, лелеяла в себе надежду отвоевать папин бизнес, но сейчас… нечего отвоевывать.

Достаю рюкзак. Собираю все пожитки. Шматья у меня немного, поэтому все, что нужно сделать — просто переложить с одного места на другое.

Я ухожу… ухожу навсегда! И никто, слышите, никто не сможет меня остановить!

Проверяю технику. Планшет, бук, зарядка, наушники, плеер, телефон… а вот насчет телефона подробнее. Можно отследить место нахождения человека по симке. Вроде бы. У меня как раз стоит две штуки в телефоне. Второй номер знает только Лена. Хорошо хоть Макс меня кинул до того, как завела вторую карту. Отчим со Стасом понятия о ней не имеют. Ха!