Чтение онлайн

Я ухмыльнулся.

Она плохо скрывала... пожар в глазах и то, как выгнулась навстречу мне всем телом. Возможно, она и говорит себе, что презирает меня, но каждое движение, каждый вздох, каждая мурашка говорили мне об обратном. Она хотела меня возненавидеть, хотела думать, что ненавидит, но на самом деле...

Не ненавидела. Совсем нет. Это очевидно. Нет, ее глаза не полыхали ненавистью.

Они сверкали от похоти. В них отражалось желание и любопытство, страстная жажда избавиться от встревоженной хорошей девочки, от маски принцессы и позволить мне делать с ней все те грязные вещи, о которых тайно всегда мечтала.

Черт, задавался я вопросом, стала ли ее маленькое лоно еще горячее и влажнее, когда она думала о том, что я приготовил для нее.

Мы все уселись за стол. Я расположился рядом с будущей невестой и ухмылялся, не обращая внимание на ее надутые губки. Скоро я приручу эту дерзкую маленькую нахалку. Но пока сидел и улыбался, кивая, притворяясь, что слушаю полупьяные шутки ее матери, сплетни о различных королевских делах.

Как же я ненавидел все это дерьмо. Я вырос не в королевской семье, и вся эта мелкая хрень меня ни в малейшей степени не интересовала. Я ничего не имел против королевского рода как такового, но от большинства из тех, кого встречал, просто кровь вскипала в жилах, особенно бесили богатые высокомерные принцы, которые никогда в жизни не работали. Что насчет меня? Я надрывал задницу за каждый цент, который имел сейчас. Стал богат — богаче многих принцев, по правде говоря, — но заработал все собственным потом и кровью.

Я унаследовал компанию от отца, а затем еще прикупил местную горнодобывающую компанию и превратил ее в энергетический мировой конгломерат. Потихоньку скупил половину прав на бурение и добычу полезных ископаемых на этой планете. И вот теперь сидел за столом королевы, собираясь жениться на ее дочери-принцессе.

Мио родители никогда бы в это не поверили.

Отец умер, когда мне исполнилось двадцать, я только начинал работать в семейной компании. Мать умерла намного раньше, когда я был еще ребенком. Возможно, они и не оставили мне в наследство корону, но подарили больше сердечного тепла, чем я когда-либо мог попросить.

Знал, что Марианна, мать Колетт, старой закалки, вероятно, не приняла бы «не королевский» брак собственной дочери. Но если я чему и научился, став одним из богатейших людей на планете, — деньги, черт возьми, открывают любые двери. И когда дело дошло до выплаты ее долгов, до предложения жить так, как привыкла, королева оказалась более чем готова принять наличные вместо короны.

Меня это чертовски устраивало, потому что я заполучил ее.

Это означало, что Колетт станет моей.

— Итак, Рурк, — пьяное невнятное бормотание Марианны привлекло мое внимание. — Ваше хобби — тренировать лошадей?

— Да, ваше величество.

Марианна, покраснев, кокетливо взмахнула рукой.

— О, такое рыцарское занятие.

Я слегка улыбнулся полупьяной королеве, заметив, как рядом со мной напряглась Колетт.

Интересно.

— Ты же знаешь, Колетт ездит верхом.

— Неужели?

Повернулся, жадно разглядывая будущую жену, наблюдая, как ее лицо полыхает от смущения.

— А вам нравится ездить верхом, принцесса?

Она покраснела еще сильнее.

Отлично.

Колетт поджала губы, вероятно, желая что-то сказать, но прикусила язык и просто кивнула.

— Да, — прорычала она.

— Быстро или медленно?

Покраснела еще ярче.

Мне точно все понравилось.

Как и она.

— Зависит от лошади, — поспешно ответила она, заставив меня усмехнуться скрытой дерзости, и снова уткнулась в тарелку.

Нужно ее немного подразнить.

Хотя в эту игру могут играть и двое. Опустил руку под стол ей на колено, она вздрогнула, словно от удара молнии. Тихо ахнула, бросив на меня гневный взгляд, но я крепко сжал ее колено.

— О, она довольно хороша, — продолжала Марианна с другого конца длинного банкетного стола. — Хорошая фигура и посадка.

— Я бы хотел когда-нибудь посмотреть на это, принцесса, — жадно промурлыкал в ответ. — Как можно скорее, — прорычал, скользнул рукой выше, задирая платье. Черт, я почти ощущал тепло, исходящее от промокших трусиков, а ведь поглаживал только колено. Застонал про себя, притягивая колено к себе, широко раздвигая ее ноги под столом, словно это помогло бы почувствовать жар или аромат ее возбуждения.

Колетт тихо ахнула, хотела сомкнуть ноги, но я не дал, крепко их удерживая.

— Вот так просто, принцесса, — тихо прорычал ей в ухо, придвигаясь ближе под предлогом того, что потянулся за одним из обеденных блюд. — Держи свои красивые ножки вот так для меня.

Колетт ахнула, яростно сверкнула взглядом, прикусив нижнюю губу. Ее ножки медленно расслабились, и почувствовав, как она под столом раздвигает их еще шире, я застонал, а мой член дернулся в штанах.

— Хотел бы я как-нибудь, в ближайшее время, прокатить вас верхом, принцесса, — произнес я ровно, едва сдерживая похоть, чтобы не сорвать с нее платье, не нагнуть и не трахнуть так, как она того заслуживала, прямо здесь, за обеденным столом. — Вы бы идеально подошли для моего огромного жеребца.

Колет ахнула, отвела взгляд, ее щечки полыхали огнем.

Марианна пьяно хлопнула по столу.

— О, чудесно!

Все остальное время обеда прошло в бессмысленных разговорах о лошадях, и я, воспользовавшись возможностью, придвинулся ближе к Колетт, коснулся губами ее уха, заставляя всхлипнуть.

— Ты бы хотела увидеть жеребца, принцесса? — прорычал я.

— Нет, спасибо, — огрызнулась она еле слышно, хотя все ее тело кричало об обратном.

— Не верю, не убедительно.

Принцесса тихо ахнула.

— Ты не можешь так со мной разговаривать! — прошипела она.

— Думаю, тебе даже нравятся мои грязные разговорчики, — прорычал я. Скользнул рукой повыше, задирая платье, подразнивая пальцами обнаженное бедро.

И она застонала.

Не громко, не в открытую, но, черт возьми, этот еле слышный звук почти свел меня с ума. Член пульсировал между бедер, яйца жаждали освобождения, а сердце замерло, пропуская удар, едва стон сорвался с ее губ.

— Теперь я знаю, ты врешь, ты желаешь увидеть моего жеребца, принцесса, — тихо прорычал я, заставив ее едва слышно ахнуть. Ее грудь быстро поднималась и опускалась в такт дыханию. А я с одержимостью наблюдал, как она снова прикусила нижнюю губу. Притянул ее руку под столом к себе на колени, прижал ладошку к твердому пульсирующему толстому члену, и сладкая малышка Колетт всхлипнула.

— Вот насколько сильно вы меня достали, ваше высочество, — проурчал ей в ухо, скользнув рукой обратно по ее обнаженному бедру. Принцесса снова тихо застонала, сжимая рукой мой толстый член. А я пробирался рукой все выше и выше, и ее дрожащие прерывистые вздохи становилось все труднее и труднее скрывать. Мне плевать. Плевать, догадаются ли все за гребаным банкетным столом, насколько безумной я ее делал, насколько мокрой, прямо у них под носом.

Но терпение — добродетель.

Внезапно я отстранился, как раз перед тем, как коснуться костяшками пальцев тугой сладкой, насквозь мокрой, обтянутой хлопком сердцевины.