Моя личная Катастрофа
Шрифт:
–Как тебе вечер?
–Нормально, – негромко ответила она.
–Тебя же домой? – вдруг обернулся он к ней.
Юля настороженно посмотрела в его глаза, и обиженными они не выглядели. Она кивнула и снова уставилась на дорогу.
–Ты думаешь, я из-за квартиры злюсь? – усмехнулся он.
–Не знаю, а ты что скажешь?
–Я давно там не живу. Просто отец на выходных даже не сообщил про квартиру и тебя. А если бы я с Евой или с друзьями туда нагрянул? Прикинь, ситуация получилась бы… вряд ли бы ты присоединилась к нам!
И Денис повернулся к ней с улыбкой до ушей. Юля тоже улыбнулась, отпустив, наконец, свои переживания.
–Это вряд ли, – кивнула она, – а Ева – твоя девушка?
–Ага, – ответил он и снова перевел взгляд на дорогу.
–И где ты живешь сейчас?
–В пятикомнатной, у нее. Иногда уезжаем в коттедж к друзьям ночевать.
–Хорошо живешь, Дениска.
Когда он притормозил во дворе, то вспомнил:
–Слушай, Юль, а ты кофейный набор в лакированной коробке не находила? Я его из Милана заказал и забыл забрать.
–А… – догадалась Юлия, – я теперь поняла, к чему там надпись «Eva». Твоя коробка стоит на шкафу в кухне.
–Я забегу забрать? – спросил он, глуша машину.
–Да конечно, – пожала она плечами.
Поднимаясь пешком на шестой этаж, Денис, наконец, не выдержал и спросил:
–А почему пешком-то?
Она обернулась на него с пролета сверху, и волосы сделали красивый полукруг:
–Потому что можем.
–М-мм, – задумчиво протянул он и спросил вдруг, – а сколько времени ты не ходила?
–Двадцать восемь месяцев и шестнадцать дней, – ответила она, поднимаясь все выше.
–Сказала бы, два года.
–Нет, два года – это другое, – ответила она, и Денис не стал спорить.
Переступив порог дома, он сказал:
–Прикольно приходить в свою-чужую квартиру.
Юля сбросила босоножки и обернулась:
–Да ты не стесняйся, разувайся!
И она направилась на кухню.
–Ну вот, – заулыбался Денис, – уже и правила другие. А, может, у меня дырка на носке!
–Тогда точно никакая Ева тебе не светит, – посмеялась Юля, выглянув из кухни.
С ним было прикольно, особенно приятно было осознавать, что между ними нет обиды. И, пожалуй, то, что он был частью Мирослава Александровича…
Денис зашел следом за ней, и как раз в его кармане завибрировал телефон, взглянув на который, он констатировал:
–Появилась в сети…
Юля в этот момент уже спускалась с табурета с коробкой в руках:
–Ну езжай.
–Ага! Что я, бесхребетный? Пусть сама звонит.
–Высокие у вас отношения, – сказала Юлия и включила чайник.
–Не говори, выше плинтуса, – и Денис недовольно наморщил лоб, – а можно и мне чаю? Да, знаю, я немного наглый.
–Ну раз знаешь, то можно, – ответила она добродушно, – но все печенье я ликвидировала утром.
–О! Да у меня же в багажнике офигенный шоколад!
И он шустро смотался за коробкой конфет в машину и обратно. И он, действительно, оказался офигенным. Спустя десять минут было съедено больше половины коробки фирменного шоколада.
–Кстати, их тоже из Милана передали, – сказал он между делом.
–Да у тебя все оттуда, – засмеялась Юлия, дожевывая конфету.
Она уже переоделась в домашнюю тунику и черные бриджи, собрав волосы в высокий хвост. Ее большие и красиво выведенные глаза удивительно смотрелись среди уютной простоты, которую она излучала в ту минуту.
–А если не позвонит? – поинтересовалась Юлия.
–Ну и дура, значит, – ответил Денис, – домой поеду.
–Понятно.
–А что предлагаешь остаться? – подмигнул Денис ей.
Юля округлила глаза и засмеялась, чуть не подавившись чаем:
–Щаз-з! Разве что в ванной постелю. Что скривился?
Она встала со стула в кухне и направилась в гостиную. Денис, захватив свою кружку и конфеты, пошел следом:
–О, у тебя ортопедическая подушка для спины?
Юля устроилась в кресле вместе с этой подушкой и подобрала под себя ногу:
–Да, я редко сижу на кухне, спина затекает. Обычно здесь.
Денис присел в белоснежное кресло напротив и покрутил в руках телефон. Юля взглянула на настенные часы.
–Я смотрю, отношения с отцом у тебя налаживаются, – негромко сказала она, отведя глаза.
–Вроде, – кивнул Денис, – я ему сказал, что у меня есть определенные планы. Надо только кое-что посчитать и доделать. Хочешь, покажу?
Он что-то поискал в своем телефоне и, не поднимая головы, подошел к ней.
–Смотри.
И присел на корточки рядом с ее креслом.
Наступила тишина. Лицо Юлии постепенно приобретало удивленное, а местами и восхищенное выражение.
–Ты сам это рисуешь?
–Да. Но пока это наброски. А вот уже готовые эскизы, – он листал фото своих работ в телефоне, поглядывая на ее реакцию, – тут есть разные стили, реализм – самый сложный в исполнении.
Юля остановила пальцем одну фотографию и сказала:
–Эта – самая красивая, мне кажется.
–Это эскиз тату в стиле Акварель, – улыбнулся он, – кстати, моя последняя работа. Хочешь себе такую? Я планирую скоро открыть свой тату-салон. Будешь первым клиентом.
Юля удивленно посмотрела ему в глаза:
–Татуировка?! У меня?
–А что? Было бы классно, где-нибудь на спине, над лопаткой, например.
–Знаешь, моей спине и без этого досталось. Без обид, но я сомневаюсь, что когда-нибудь решусь.
Он кивнул с пониманием:
–Как хочешь, но многие получают от этого эстетическое удовольствие. Мне кажется, ты из таких.
–Ты знаешь, талант к рисованию у тебя однозначно есть, – сказала Юлия, – но чтобы свое дело открыть, тут немного другие таланты нужны.
–Ой, ты прямо как отец говоришь. Даже интонация такая же. Ты думаешь, я такой глупый и балованный?
–Честно? – улыбнулась она.
–Мне тоже во многом отказывали, между прочим, – ответил он и уселся на подлокотник ее кресла, – знаешь, я до сих пор помню, как хотел на 14 лет вертолет на радиоуправлении. Жутко большой и дорогой.