Чтение онлайн

–Ну… – на мгновение она замялась, – подъезжай к десяти.

–Хорошо, – поморгал он и улыбнулся.

–Ну вот и замечательно, – она тоже улыбнулась ему, – я побежала. Машина ждет.

В Ростехнадзоре Юля зашла в указанные кабинеты, зарегистрировала и передала отчет по экологии, что от нее и требовалось. И вернулась к себе в приемную уже через час.

Рабочий день подходил к концу, Анна все чаще сетовала на то, что не представляет, как справится завтра одна. Юлия же пребывала в какой-то агонии активности: делала все быстро, четко, не проявляла никакой лишней эмоции и почти не разговаривала ни с кем. Она ни секунды не позволяла себе думать о человеке с карими глазами, слишком болезненно ее душа отзывалась на все, что с было с ним связано. Юля оттягивала момент, когда следует зайти и отчитаться по поводу своей поездки и документов. Ее страшил тот факт, что ее зыбкое спокойствие будет нарушено за этой дверью.

Она решила погрузиться в работу, и, какое же счастье, вот ее было хоть отбавляй! Ближе к концу рабочего дня Мирослав Александрович появился из своего кабинета сам. И сразу направился к ней:

–Юля, почему ты ко мне не зашла, как приехала?

Юля делала записи в блокноте. Поставив точку, она подняла на него глаза и ответила без какой-либо эмоции в голосе:

–Не успела. Я планировала через пару минут зайти.

–М-м… а в отдел по экологии позвонила, как приехала? – спросил Мирослав Александрович.

–Да, – кивнула она.

–А ко мне не успела? – уточнил он, стоя над душой.

Юля медленно моргнула и улыбнулась:

–Нет.

–Нет, потому что… – выпытывал он.

–Потому что не успела, – закончила Юлия настолько спокойно, что это показалось странным.

Наступила пауза.

И вдруг Юлия отчетливо поняла, что Мирослав Александрович просто стоит и разглядывает ее. Невольным движением она откинула тяжелый хвост назад и закрыла блокнот, приняв важный вид.

–Значит, я прибыла в Ростехнадзор в 14-30, зашла в кабинеты, про которые Вы говорили, отдала отчет по экологии, забрала копию этого письма со штампом и вернулась сюда в 15-40.

И она показала ему копию возвращенного документа. Он выслушал, даже не глядя на ее бумагу, затем сказал всего одно слово:

–Понятно.

Ее сердце сжалось. Он хотел поговорить, а она держала его на расстоянии вытянутой руки. Она не ощущала в нем руководителя, и даже его «допрос» не показался ей обидным или унизительным.

У них были дни прекрасных теплых взаимоотношений, когда шутки оставались шутками, и ей было не стыдно показаться смешной в его глазах. Она вспомнила его улыбающееся лицо, когда они беседовали.

В этот момент в приемную зашли посетители, одним из которых был Максим Леонидович. Он едва заметно кивнул Юле и направился к Мирославу Александровичу, который стоял у ее стола.

–Мирослав Александрович, документы готовы, – сообщил Максим, – поставьте визу.

–Ну давай посмотрим, – с упрямой складкой губ он взял у него документы.

Знакомая картина заставила Юлю медленно подняться со своего места с диким желанием покинуть поле боя до начала их баталии. Ей совсем не хотелось тратить остатки своих душевных сил на усмирение их эго. Но она замерла в нерешительности рядом со своим столом, поскольку пройти вблизи Мирослава Александровича для нее было непосильной задачей. Руководитель поглядел на девушку, затем на документы в своих руках, и вдруг резко направился к себе в кабинет.

–Пойдем, Максим, а то Юлия Викторовна уже сбегать собралась. Видать, от нас с тобой.

И тут на пороге он отчетливо добавил:

–Идем, Аквамарин!

Юлия заметила по лицу Максима, когда он закрывал дверь кабинета, что он не понял такого обращения. Зато Юля даже приоткрыла рот от удивления.

Все-таки что происходило в голове Мирослава Александровича, ей было не понятно. Юле захотелось поставить на паузу этот день, и все обдумать, но пока такой возможности не было.

Через полчаса Анна накрасила губы, расчесалась и сказала:

–Все, за мной приехали. Мирослав Александрович занят, прощаться не буду, к тому же мой рабочий день уже кончился. Все, пока-пока, Юля!

Юля подняла на нее глаза, ни на секунду не забывая про ее сауну с директором, и ответила:

–Ну пока.

И ассистентка упорхнула к своему «Тагирычу» на парковку. Какого рода любовь была у нее с ним, да еще и его друзьями, было категорически непонятно Юле.

И тут она осталась в тишине в огромной пустой приемной, ощущая всю тяжесть накопившегося напряжения. Но за дверью еще оставался руководитель, к которому Юле предстояло зайти попрощаться. Она прикрыла глаза и почувствовала, как слезы вновь подступили к ее глазам. Спустя минуту она взяла себя в руки, тихо постучала к Мирославу Александровичу и сделала шаг на его порог:

–Прошу прощения, что прерываю. Я закончила на сегодня с делами. Я могу идти?

Он стоял полубоком, опираясь спиной о шкаф и задумчиво смотрел в огромное окно. Максим что-то доказывал ему, сидя за длинным столом с разложенными документами. Слушал ли руководитель его, было неизвестно, но к Юле он обернулся не сразу.

–Конечно, можешь, – ответил он ей, – удачно сдать экзамен завтра.

–Спасибо, Мирослав Александрович. Всем до свидания! – попрощалась она с обоими мужчинами и, буквально, сбежала с работы.

Сидя в автобусе у окна, она подумала, что Мирослав Александрович лишь посмотрел на нее перед уходом и не проявил никаких эмоций при прощании. Но почему ее это задело? Ведь это было мелочью в сравнении с тем, как они говорили днем, как он дотронулся до ее рук, как улыбался.

Ежедневно между ними стало происходить что-то непонятное – то война, то интриги, то капитуляция, но про ее победу речи не шло… поскольку в таких обстоятельствах Юля победить не могла. Слишком разное положение у них было – от возраста до статуса и семейных уз.

Очевидно, именно эти причины стирали все прекрасные и радостные ощущения от ее влюбленности, не позволяя рождаться чувству эйфории.

Увы, не счастье озарило ее лицо при воспоминании о своих руках в его теплых ладонях, а лишь горестная улыбка. Со сколькими еще он шутил и так тепло разговаривал, чьи руки держал – в своих? Кровь снова прилила к ее лицу, когда она вспомнила Анну и ее рассказ про первое знакомство с руководителем. Юлия зажмурилась, для нее это было почти мерзко.

Восхищаясь его умом, волей и дальновидностью, Юля с горечью осознала, что жизненные принципы и аморальное поведение Мирослава Александровича извратили для нее образ удивительного сильного мужчины. Которого она могла бы любить чисто и возвышенно, даже не надеясь на его взаимность. Тогда бы ее сердце не ныло и не сжималось так сильно…

Потом она провела ревизию в своей голове: жена, Алена Андреевна, стрип-клуб «Авокадо», ассистентка Аня, сотрудницы в вызывающих юбках в их приемной, настойчивые «белые танцы» на корпоративе, эти вечные женские взгляды на него, сауны, друзья с их развратными днями рождения и неизвестно кто еще…

Возмущение и неясная обида немного отрезвляли Юлю в ее состоянии нежной привязанности к этому мужчине, встряхивали и уводили подальше от чистых чувств. И вскоре она стала перечислять в голове все, что он сделал нехорошего на ее памяти.